Две стороны стекла - Александра Турлякова

А потом свидетели уехали, и я выдохнул. Хвала Свету! Не прошло и полгода, как они убрались. Интересно, нашли хоть что-нибудь из того, что искали?

А вечером этого же дня ко мне заявился отец. Ну, конечно, все эти дни ему было всё равно, что я им говорил? О чём меня спрашивали? Что они хотели узнать? А теперь, вот, заявился…

Габиан тут же шмыгнул в дверь послушным псом, а отец прошёл и спросил сразу же, как мы остались одни:

— Что они спрашивали у тебя?

Я помолчал, а потом вздохнул, отвечая:

— Какая разница, что они спрашивали? Если они не забрали меня с собой, значит, я правильно отвечал на их вопросы. Разве нет? Вы же не предупредили меня о том, что можно говорить. — Я пожал плечами. — Я решил сам, что ничего не буду говорить об Энионе, раз они ищут Арса из Эниона… И, конечно же, я промолчал о Нандоре. А вообще, они мало мной интересовались. Я им точно был не нужен.

Отец стоял посреди комнаты, заложив пальцы ладоней за пояс, и внимательно слушал меня, не перебивая. Я же сделал паузу, вздохнув опять, и добавил:

— Если они не забрали меня, значит, Отец Берток ничего не успел им сообщить… И этому, второму, — я дёрнул головой за спину, — как его? Отец Андер? Тоже ничего не сказал. — На мои слова отец как-то громко так хмыкнул, я в этой усмешке уловил для себя: «Ну, ещё бы! Я же позаботился об этом…» И у меня невольно вырвалось: — Зачем надо было его убивать?

— Будешь думать в другой раз, где, с кем и о чём разговаривать.

О-о-о, мне не нравился тон голоса моего отца. Какого мрака он вообще припёрся? И так настроения нет, ещё и он масла в огонь подливает.

— Они для чего приехали? Эти, в синем… Что они у них, как зондеркоманда?

— Что? — Отец нахмурился, не понимая вопроса, и я пояснил:

— Похоронная команда они, да? Или что они здесь так долго делали? Следствие вели?

Он кивнул на мой последний вопрос, и отсвет пламени от горящего камина сверкнул на его тронутых сединой волосах.

— Синие лучи, они вызываются только в крайних случаях, когда есть подозрение на убийство свидетеля. И мёртвых своих они тоже забирают.

— И что, они что-то нашли?

— Если бы нашли, мы бы сейчас не разговаривали.

Я поджал губы. Конечно, он своё дело знает, следов не оставил, и свидетелей тоже.

— Наверное, они посчитали, что это несчастный случай?

— Как-то так…

Видно было, что графу неприятна эта тема разговора, но я-то хотел всё знать, поэтому задавал и задавал свои вопросы:

— Почему тогда они так долго были здесь, если посчитали, что произошёл несчастный случай?

Отец скривился, понимая, что всё же придётся ответить.

— Они потеряли его зеркало. — Он даже невольно выдернул ладонь из-за пояса и коснулся пальцами грудины там, где обычно у свидетелей был их знак в виде солнца.

Странно как-то шёл наш разговор: граф пришёл сюда задавать вопросы мне, а получалось, что вопросы ему задавал я.

— И что, вы забрали его себе? — Я знал о трепетном отношении моего отца к зеркалам, совсем бы не удивился, если бы это было так.

— Я что, похож на дурака? Да они тут из-за этого зеркала весь Лоранд бы на рога подняли!

— И где тогда оно?

— Во рву нашли… Сами ныряли.

Я зябко повёл плечами, представляя в тепле своей комнаты ледяную воду рва. Это какая же надобность была найти его, это злополучное зеркало. Конечно, свидетели никогда не бросили бы зеркало без присмотра, они искали его, упрямо, упёрто, и уехали, судя по всему, только тогда, когда нашли.

— И что теперь? — Я поднял глаза на лицо отца, глянул вопросительно.

— Что?

— Что теперь будет со мной?

— С тобой? А что должно быть с тобой?

— Я понял, для чего я вам нужен. — Я не мог молчать, не мог знать, догадываться — и просто молчать. Всё кипело во мне с возмущением, и я не мог спокойно сдерживать всё в себе, знать и ничего не говорить. — Я догадался.

— О чём ты?

— Через два месяца ваш праздник… Как вы там его называете? Король определит семьи, а Верховный Луч выберет новых свидетелей из этих семей. Ведь так? — Граф Бернат нахмурился на мой вопрос, будто в самом деле не понимал, к чему я завёл этот разговор. — Если вдруг по жребию выпадет наша семья, вы отправите в свидетели меня, а не Вирага. Ведь так? Я для этого и был вам нужен, чтобы Вирага прикрыть, он же — наследник, а я — никто и звать меня никак. Подумаешь, какой-то внебрачный сын…

— О чём говоришь? Арс? В своём ли ты уме?

— Я в своём уме. — Я упрямо поджал губы, глядя графу в глаза. — Я понимаю, я не маленький. Вам нужен наследник, а какой из меня наследник? Я ничего не умею и не понимаю. Вираг должен быть наследником, он рос им всегда. Со мной или без меня…

Нахмуривший брови и озадаченный моими рассуждениями граф смотрел на меня с недоумением, пока не перебил:

— Где ты набрался этого всего? Ерунда какая-то!

Я медленно кивнул и шепнул:

— Я понял. У меня было много времени подумать.

— Твоя голова тебя не туда заведёт. Какого мрака, Арс? Откуда ты это взял? Как придумал такое?

— Вы отправите меня в свидетели. Вы сделаете это. Я уже понял. Не надо было трогать старика, я так и так попаду к ним. Разве нет? Всё к одному! Всё с самого начала шло к этому…

— Перестань, мрак тебя побери! Арс!

Я медленно по слогам ответил ему:

— Я — не Арс! Я — Арсений!

Отец какое-то время молчал, потом подошёл ко мне поближе и ответил:

— Ты