Финал в Турине - Алексей Вячеславович Зубков

с благословения викария Пандольфо Медичи. После этого епископу Турина будет непросто наладить отношения с Савойским домом. Кроме того, мы достигли принципиального согласия о сотрудничестве с высокопоставленным французским полководцем в случае, если король Франциск не оценит по достоинству его таланты. А он не оценит, потому что у нас есть просчитанные планы обороны Милана, где бы французы ни попытались устроить наступление. В целом, дамы и господа, от имени и по поручению императора я выражаю вам искреннюю благодарность, а от дома Фуггеров все получат справедливое вознаграждение.

Шарлотта де Круа первой хлопнула в ладоши, и все вслед за ней немного поаплодировали.

— Теперь я бы хотел спросить, как вы относитесь к дальнейшему сотрудничеству со Службой Обеспечения? Я мог бы задать этот вопрос каждому в отдельности, но подозреваю, что ответы некоторых из присутствующих будут зависеть от ответов других. Что ответят герр и фрау де Круа?

Ответил Максимилиан.

— Раз уж мы на обозримое будущее решили вопрос с замком Круа, то было бы невежливо расторгать в одностороннем порядке вассальные отношения с королем Франциском. С другой стороны, у нас остались очень влиятельные недоброжелатели, которые могут нас подвигнуть к этому решению.

— И влиятельные друзья, которые могут потянуть вас за собой, если надумают отъехать к императору, — ответил Фуггер.

— Да. То есть, пока нет, — замешкался Максимилиан, — Я имел в виду, что насчет друзей верно, но отъехать к императору прямо сейчас мы не готовы.

— Как вам угодно, — кивнул Фуггер, — Герр фон Нидерклаузиц?

— Статус оруженосца графа де Круа дает мне очень отдаленную перспективу получить золотые шпоры, — ответил Фредерик, — Наследником родового замка и титула я не стану, если только Господь не разгневается на старшего брата. Поэтому для меня будет наиболее разумно поступить в подчинение человеку, который подчиняется непосредственно императору и в мирное время организовывает миссии, которые стоят золотых шпор.

— Бросишь нас? — спросил Максимилиан.

— Не думайте, что ради денег, — ответил Фредерик, — Я сейчас достаточно богат, чтобы купить приличный дом в Аугсбурге, а может и в Вене.

— Не замок? — спросила Шарлотта.

— Рыцари не покупают замки. Замки дает император за верную службу.

— Благословляю тебя служить императору верой и правдой, — сказал Максимилиан, — Твой отец тебя тоже в этом поддержит. Хотя и огорчится, что ты не вернешься в родовой замок и не встанешь с ним в одном строю.

— Наш родовой замок нипочем не примет Кармину, — ответил Фредерик, — Даже при вашем с тетей Шарлоттой заступничестве. И семья, и родственники, и местное дворянское собрание. Нам будет легче дышать в Аугсбурге или в Вене.

— А мама будет говорить, что это я во всем виноват, — вздохнул Максимилиан.

— Бабушка Генриетта не поедет в Круа, чтобы стоять там у тебя над душой.

— И то слава Богу.

— Спасибо, — сказал Фуггер, — Что нам скажет герр Юстиниан?

— Я еду домой, — ответил Устин, — Когда бы император помог мне добраться до Новгорода, я бы дружил с его посланником в Москве и принимал бы купцов из числа его подданных. Не могу обещать решения вопросов с Великим Князем Московским, но могу объяснять нашим, кто есть кто у вас, а вашим кто есть кто у нас.

— Благодарю, — сказал Фуггер, — Я напомню императору Карлу про постоянное посольство в Москве. Следует продолжить отношения, начатые императором Максимилианом. Может быть, даже заключить военный союз. Но не обещаю. Император, насколько мне известно, не часто смотрит на северо-восток. Его беспокоит Франция, его беспокоят османы, его беспокоят протестанты.

Устин пожал плечами. Было бы предложено.

— Фрау Циммерман? — Фуггер посмотрел на Марту.

Марта пожала плечами.

— Я на самом деле не хочу ни работать, ни служить, — ответила она, — Я хочу купить дом в хорошем городе, вложить средства в выгодное дело и пожить на доходы в свое удовольствие.

— За делом всегда надо присматривать, — строго сказал Фуггер, — Деньги не делают деньги сами по себе. И деньги не возносят человека ближе к Богу. А от праздности люди только деградируют, внешне и внутренне.

— Куплю себе монастырь, чтобы вознестись ближе к Богу, — сказала Марта, — Женский. Буду принимать строго девиц из хороших семей, и чтобы все молились о моей душе.

— Настоятельница в красном платье? — усмехнулся Фуггер.

— Патронесса в красном платье! — ответила Марта, — Я же Фрау Профос. Профос не руководит и не командует. Профос следит, чтобы был порядок.

— Фрау Эльза Миллер следит за порядком в миланском филиале Службы Обеспечения, — сказал Фуггер, — Как Вы относитесь к тому, чтобы присматривать за филиалом под крышей женского монастыря?

— Филиалом секретной службы под крышей монастыря? — удивилась Марта, — У вас есть такой филиал?

— Будет.

— Ну, я подумаю… — неуверенно протянула Марта.

— Магистр? — Фуггер перевел взгляд на Симона.

— Я просто хотел лечить людей, — сказал Симон.

— Как же алхимия?

— Мне уже предлагали все царства земные. Я повелся на предложение купить себе больницу.

— И как? Купите?

— Нет. Я не настолько богат.

— Я дам Вам больницу. С дисциплинированными младшими врачами и благодарными пациентами. Но Вы не бросите алхимию. Сохраните библиотеку, я видел книги из вашей телеги. Продолжите опыты с фейерверками и прочими… субстанциями. Будете поддерживать связи с научным сообществом.

— Я согласен.

— Сеньор Антонио Кокки?

— Боюсь, нога никогда не восстановится полностью, — ответил Кокки, — Вряд ли я буду полезен как телохранитель.

— Голова не пострадала?

— Нет.

— Можете быть полезным в другой должности.

— В какой?

— Иногда нам приходится набирать, скажем так, живущих с меча, на, скажем так, разовые работы. Как учитель фехтования, Вы знаете эту братию как облупленных. Отличите мастера от подмастерья или самозванца. Отличите адепта болонской школы от маркова брата, миланца, римлянина, неаполитанца.

— Я не поеду туда, где говорят по-немецки.

— Оставайтесь здесь, в Милане.

— Здесь тоже опасно. Эта война еще не закончилась, и она точно не последняя. Если бы не семья, я бы рискнул. Я еще не выбрал, где мы будем жить, у меня два условия. Подальше от Генуи и Турина, но там, где говорят по-итальянски.

— Венеция Вас устроит?

— Вполне.

— У нас там хороший филиал.