Финал в Турине - Алексей Вячеславович Зубков

— Согласен.

— Ваша очередь, сеньор Бонакорси, — Фуггер посмотрел на Тони.

Тони с грустью в глазах посмотрел на Марту.

— Я не знаю, — ответил он.

— Покойный Петер Грубер, — Фуггер вздохнул и перекрестился, — Говорил, что для того, чтобы понять истинную сущность человека, надо спросить его о мечте. Есть ли у него мечта, которую можно купить за деньги. И есть ли мечта, которую за деньги купить нельзя.

— Я вам правда нужен? Зачем?

— Напрашиваешься на комплименты, мой ученый друг. Ты легок на подъем и готов к путешествиям. Ты не лезешь на рожон, ты осторожен. Но ты не трус и не боишься крови. Ты не мастер меча, но способен постоять за себя и со сталью, и с порохом. Ты умеешь разговаривать с людьми и легко входишь в доверие. И ты дипломированный врач, что хорошо и в плане практических навыков, и как легенда прикрытия. А твоя Другая Версия действительно стоила потраченных денег.

— У меня есть мечта, — Тони посмотрел на Марту, но не встретился взглядом, — Но я ее не скажу.

— Это которая из двух?

— Которую нельзя купить.

— Хорошо, что она есть. А та, которую купить можно?

Тони еще раз посмотрел на Марту.

— Должность. Положение в обществе. Уважение. Дворянство.

— Через брак? — спросил Фуггер.

— Нет. Как награда.

— Даже я не дворянин, — растерялся Фуггер, — Нет, эта дверь не закрыта, и император может наградить своих верных солдат. Но гражданских служащих… Впрочем, если ты не претендуешь на статус имперского графа, как дядя Якоб… Полагаю, это возможно. Не сразу, но возможно.

— Тогда я могу поучаствовать в еще какой-нибудь миссии Службы Обеспечения. Для начала.

— Хорошо, — Фуггер встал, — Дамы и господа. Еще раз всем спасибо. Остальное обсудим в рабочем порядке.

На выходе Максимилиан подошел к Устину.

— Когда уезжаешь? — спросил он.

— Завтра.

— Может, расскажешь, как ты попал в подвал замка Акайя?

— После мистерии аббат передал мне, что со мной хотела бы поговорить королева-мать Луиза Савойская. Переводчик не нужен, она хорошо знает немецкий. Я предполагал, что меня куда-нибудь пригласят, и взял в Турин свой лучший костюм. Как только мы закончили с кулачными боями, я переоделся. Отец Августин поспешил передать мне приглашение, и я пошел в замок, весь такой красивый-красивый. Внизу меня встретил паж Ее Высочества. Сказал, что она сейчас на конюшне, проводил меня и оставил нас наедине с лошадьми.

Луиза всегда держит немного сердитое выражение лица, но на самом деле у нее большое доброе сердце. Она любит сына, внуков и свою лошадку. У нее очень хорошая лошадь. Лучшая из всех, что я видел. Я имею в виду, лучшая для дамы. Очень умная, послушная и добрая. У Луизы в сумочке кроме обычных дамских мелочей лежит кусочек сахара, яблоко и морковка.

Луиза сказала мне, что ей часто некому пожаловаться на жизнь, и только лошадь ее понимает и сочувствует. Прислуга не заслуживает доверия, фрейлины — волчицы в овечьих шкурах, а дамы высшего света ведут свою игру, которая по определению против интересов королевы-матери.

Мы немного поговорили с лошадью и пошли наверх. Луиза сказала, что она уже немолода, и ее раздражают постоянные лестницы. Пока мы поднимались, она еще больше расстроилась и пожаловалась, что ее бросил мужчина, которого она любила и ждала всю жизнь. Ее официальный любовник в Испании, и они не виделись уже несколько месяцев. Она надеялась в Турине встретиться с другим, с молодым и красивым, похожим на мужчину ее мечты. Но он не приехал. Утром того дня она узнала, что он погиб на дуэли.

Я никогда не привыкну, что у вас дама может сказать кавалеру, что у нее есть любовник, да еще и несколько. Она поняла, что я удивлен такой откровенностью. Ее это даже позабавило. Для своего возраста я слишком благопристойный, сказала она. И попросила придумать какой-нибудь комплимент, чтобы утешить бабушку, у которой недавно появились первые морщины. Даме отказывать нельзя, сказала она.

Я за месяц запомнил очень мало этих ваших «комплиментов» и не уверен, что понимаю, в какой ситуации какие уместны. Выбрал тот комплимент, который подслушал на встрече с Палеологами. В самом высшем обществе, где я был. Сказал, что морщины ничего не значат, потому что французские Прекрасные Дамы не стареют ниже пояса, и французские Благородные Рыцари это отлично знают.

Она рассмеялась. Я сильно рисковал, потому что у нас в Москве за шутку ниже пояса в разговоре с княгиней могли бы отрубить голову. Я так и сказал Луизе, она рассмеялась еще веселее, обняла меня и положила голову мне на грудь. К этому времени мы уже были в ее апартаментах.

Как-то само собой получилось, что мы оказались в постели. Она настаивала, а я отвечал взаимностью. По вашим правилам мы не делали ничего предосудительного. Она вдова, а я пусть женат, но моя жена далеко отсюда и никогда об этом не узнает. Я бы мог отказать, но по вашим правилам, чем на более близкой стадии отношений кавалер отказывает даме, тем более тяжкое оскорбление он ей наносит. Верно? Верно.

Раз уж у вас о таких вещах говорят, то Луиза тоже под платьем выглядит моложе, чем одетая. Неудивительно?

Потом в дверь грубо постучали. Пришел, насколько я понял, коннетабль Шарль де Бурбон. Он и есть мужчина ее мечты? Да, я слышал эту историю. Луиза настаивала, чтобы он на ней женился, а он отказал. Сначала сослался на траур, а потом просто отказал. Она возненавидела его и вознамерилась лишить его всех государственных должностей и всего имущества. Но в глубине души она не переставала его любить. Несмотря на то, что в ее постели бывали другие мужчины.

Кто-то посоветовал коннетаблю помириться с Луизой и жениться на ней. Все равно за столько времени он не нашел себе другую жену. Максимилиан, это ты и посоветовал? Вот спасибо. Конечно, ты не виноват, что он пришел именно в этот день. Просто так получилось с этим медведем, что коннетабль первым встал с мечом между зверем и убегающими дамами. У него нашелся повод сказать Луизе, как она ему дорога.

Нет, я не понял, о чем они говорили за приоткрытой дверью, пока я спешно одевался. Они говорили по-французски.