Прощай, Ариана Ваэджа! - Стелла Странник

Задумавшись, она не заметила, как Володя отложил в сторону тетрадку и внимательно смотрел на нее темно-коричневыми глазами из-под пышных, девичьих, ресниц:

— Вера Валерьевна! Я закончил!

Она мгновенно вышла из раздумий и посмотрела на него. Темнобровый и смуглолицый — видно, где-то поджарился под солнцем, он так походил на персидского мальчика из школьного учебника…

— Уже? Давай проверим… — и она пробежала взглядом по аккуратным строчкам рукописного текста. — Ну что ж, отлично… отлично… А скажи-ка мне, Володя, чем тебе нравится персидский язык?

— Он легкий… многие слова из русского…

— Например?

— Ну, например, «базар», «див», «шах»…

— Стоп! — прервала его. — Эти слова не из русского, а наоборот — из персидского! Понял? Это мы их заимствовали. И не только эти, но и многие другие! У них «бахче», у нас — «бахча», у них — «кареван», у нас — «караван», у них — «парче», у нас — «парча»… А есть еще, Володя, слова, которые персияне на самом деле переняли у русских.

— А какие?

— Это уже более современные! «Бензин», «бигуди», «самовар»… Кстати, у нас «са-мо-вар» пишется через «о», а у них — «са-ма-вар» — через «а». Или «бочка»! У нас просто «боч-ка», а у них — «бош-ке»… Ну ладно… то, что язык показался тебе легким, это понятно… А что еще?

— Он такой мелодичный…

— О! Молодец! И ведь многие поэты с удовольствием изучают персидский и делают переводы. Есть такое понятие как «поэтическая сладость» — так вот, это о персидском языке… А как ты относишься к поэзии? Чьи стихи читал? А знаешь ли их наизусть?

Вера заговорилась и не заметила, что растянула урок еще минут на десять. И ведь ученик тоже ничего не сказал, хотя и мог бы…

Занятия с Володей Каменским имели еще один плюс. Когда бы она вот так, пешком, прогулялась от Большой Пушкарской по Татарскому переулку в сторону Зоологического сада? Туда и обратно! Особенно когда стоит такая чудесная погода как сегодня!

Вот здесь в прошлый раз встретила скромницу Леночку Протасову с астрологом Олегом Королевым. Надо же — такая интересная пара, хоть и «разнополюсная», как назвал ее сам «светило науки». А что у меня? Или кто? Перед глазами встал Николя. Вот он улыбается и протягивает к ней руки, хочет обнять. А в это время за его спиной мечется чья-то тень и начинает загораживать жениха. Да это Павел! Боже! От него невозможно убежать!

Вера зажмурилась — солнце било лучами в глаза — и быстрее поцокала каблучками по мостовой.

* * *

Родители были дома. О чем-то оживленно разговаривали в гостиной, да так громко, что многие слова доносились до холла.

— Валера! Я так устала от твоих разъездов! — повысила голос Любовь Ильинична.

Надо же… она обычно очень сдержанна…

— Ну вот… Обиделась? А я тебя никогда не оставлял надолго! И всегда возвращался… — проворчал отец, но очень добродушно, словно успокаивая ребенка.

Неужели опять уезжает? Вечно он так! Только распакует саквояж, как нужно его опять собирать!

— Мама! Папа! Я пришла. Что у вас там?

Вера, сбросив туфли на небольшом, но тонком каблучке, стремительно прошелестела шелковой юбкой в гостиную. Родители чинно восседали на диване, причем, очень близко друг к другу.

— Все в порядке, Верусик! — проворковала Любовь Ильинична. — Только вот папка наш сказал, что на кудыкиной горе рак свистнул…

— Ну уж и свистнул! — в тон ей подыграл Валерий Петрович. — Об этом симпозиуме я тебе давно говорил…

— Ты уезжаешь? — у Веры на переносице появилась глубокая складка.

— Дочка! Следи за мимикой! Не то морщины появятся…

Ну и мама, кому что, ей — красоту!

— Да, Верочка… — уставшим голосом произнес он. — Но… Я вот подумал…

— И что?

Она села в кресло возле небольшого столика и автоматически взяла в руки какой-то журнал.

— Если бы тебе предложили поехать за границу, то какую страну бы выбрала?

Вера задумалась.

— Ага… Значит, мне дают выбор… Тогда — Грецию или… Персию…

— Вот видишь, дорогая! И Вера бы не отказалась поехать! — с необычайной радостью и даже — торжественностью произнес он. Как будто выиграл партию в шахматах!

— Ну еще бы! — парировала Любовь Ильинична. — То Вера, которая и была-то всего пару раз в Европе… а то ты, объехавший весь свет!

— А что? Мне кто-то на самом деле предлагает вояж? — удивленно вскинула брови девушка.

— Считай, что так! — в голосе отца чувствовалась уверенность, а лицо выдавало самые серьезные намерения.

Да он действительно не шутит!

— И куда именно? Или по моему желанию?

— Считай, что по желанию, если назвала Персию…

— Папка! — Вера соскочила с кресла, выронив на пол журнал, но, не обращая на это внимание, бросилась ему на шею.

— Подожди-подожди, — заулыбался он. — А ты что, никаких вопросов мне не задаешь?

— Например?

— Ну, для чего едешь и… все такое…

— Как? Разве не на отдых?

— Не совсем так, дочка. У меня в Тегеране симпозиум по вопросам древних цивилизаций. Вот подумал… тебя взять… ведь неплохо иметь личную переводчицу… Кроме официальной части будут и поездки по городу… Или не справишься?

— Справлюсь-справлюсь! — прозвенел ее голосок и ему отозвалась подвеска на люстре.

— Да ты осторожно! Хрусталь разобьешь! — засмеялся он и добавил, — хрустальная моя!

Вот такая новость ошарашила Веру в этот замечательный августовский, почти что — августейший — день. Ура! В Тегеран! Да еще на две недели! Не считая дороги, конечно… Здорово!

* * *

Вечером, после ужина, они сидели втроем в гостиной и обсуждали детали предстоящей поездки. Родители, как и в прошлый раз — рядышком на диване, а Вера — в кресле.

— Какая там погода? — спросила у супруга Любовь Ильинична.

— Чудесная!

— Тогда, Верусик, много одежды не набирай, ну… конечно, легкую накидку на случай прохладного вечера… да, и зонтик обязательно, и платье выходное… может, на светский раут выйдете… — тараторила она, давая дочери советы.

Мама такая — если воспламенится, тут же и отходит. А потом вдруг резко замолчала и, повернувшись лицом к супругу, пристально посмотрела ему в глаза:

— О Боже! Так в Тегеране сейчас неспокойно! Я в газетах читала…

— Не волнуйся, дорогая! — ласково произнес Валерий Петрович и в подтверждение слов положил руку на ее скрещенные в замок кисти, лежавшие на коленях. — Там наши войска! И британские тоже! Да и вообще… Мы ведь не в частный вояж! Со всего мира собираются ученые… археологи, историки, географы… Понимаешь?