Приют - Алиса Бодлер

В отличие от квестового клуба, здесь всегда дел было по горло. Мы должны были сделать влажную уборку в каждом зале, проверить форму сотрудников перед сменой, провести легкую ревизию на кухне и в баре, зафиксировав срочные закупки, устроить саундчек, осмотреть гримерки для артистов, прощупать каждый экземпляр меню на целостность и многое, многое другое… Словом, свободного получаса на то, чтобы просто посидеть на улице, у меня не было.

Самым сложным этапом подготовки был час, в который босс покидал собственный кабинет, сокрытый во тьме коридора на втором этаже, и шел проверять выполненную работу старших. По словам Шона, Оуэн никогда не устраивал перепалок, но его «тыканья» пальцем в проблемные места было достаточно для того, чтобы начать переделывать все с нуля. Без комментариев.

– Сегодня бегаешь с подносом, – на улыбке кинул мне Шон, когда я, наконец, отмыл последний канделябр. – Если что, не я придумал, не смотри на меня так.

– К нему в кабинет, как ты, или же по залу? – пытаясь подражать манере управляющего подшучивать, отозвался я.

– К счастью, по залу, – парень отмахнулся. – И вообще, это он перед тобой изображал не понять что. Никогда он раньше еду в кабинет не заказывал. Обычно спускается и ест в баре, преспокойно, вместе с гостями.

– Простой души человек… – скривил мину я. – Экономит на сотрудниках, подключая меня к каждому виду деятельности в клубе.

Старший коллега громко рассмеялся и похлопал меня по спине:

– Вот сразу видно, какой ты еще юный! Он прогоняет тебя по всем позициям, потому что сам так делал, когда входил в дело. Джереми хочет вырастить из тебя замену себе, Боузи, вот и все. Уже не молод наш босс. А кроме тебя у него никого нет.

– Не знаю, – я пожал плечами. В настолько высокий уровень доверия от дяди пока не верилось. – Какой из меня управленец? Я даже свои вопросы решить не могу.

– Пока он здесь, будет помогать. – Управляющий принялся разминать спину после своих вынужденных физических упражнений. – Ночной клуб, конечно, с натяжкой можно причислить к семейному делу, но такая забота о младших вполне логична. Он мне еще на стадии реставрации МёрМёр говорил, что, если Реймонд найдется, ему хотя бы будет кому завещать все это.

– Ой, ну все, давай его похороним. – Смутный образ Германа, застрявшего в невесомости между кроватью и пологом вдруг мелькнул в моем сознании, и я поспешил тряхнуть головой. – Меня еще переживет.

– Это точно, – весело булькнул Шон. – Как всегда, да?

Двусмысленность диалогов о смерти, скорее всего, теперь собиралась преследовать меня до конца дней.

Через три-четыре часа, когда мы, наконец, завершили все основные дела по подготовке клуба, а я переоделся в черно-красную форму официанта, Оуэн спустился вниз для планового обхода. По крайней мере, так мы думали до момента, пока он, не прощаясь, достиг главных дверей и покинул здание.

– Что-то странное, – тихо буркнул я.

– Может, у него дела в городе. – Управляющий помогал мне правильно завязать фартук. – Что ты взялся?

– Ничего не знаю ни про какие дела.

– А он обязан был отчитаться? – Шон прикрыл свое лицо рукой. – Боузи, ты же вроде ему не мама и не жена.

Я отмахнулся от коллеги и принялся возиться с красной бархатной бабочкой, венчающей итоговый образ местного сотрудника.

Вчерашние переживания об Иви, приправленные горькой щепоткой неприятных воспоминаний, фиксировали мое внимание на негативе. А интуиция, выкрученная на максимум из-за недавнего безрадостного опыта, подсказывала, что что-то точно пойдет не так.

Снова.

Глава 3

– Зи-зи, сдавай сокровища! Ну!

Негласная предводительница подопечных «Приюта сестры Александры», вечно лохматая и гиперактивная Иви командовала новой игрой. Сразу после переезда в дом к господину Камерону – так называл себя благодетель, что открыл двери перед миссией Александры – малышам была предоставлена короткая, но емкая свобода действий на пару часов. За это время все шестеро могли найти себе по безделушке в качестве приветственного сувенира.

Поиск допускался лишь в открытых для посещения комнатах.

А таких было достаточно много. Не менее четырех на первом этаже и еще пять – на втором.

Новое пристанище для сирот с трудом вписывалось в стандартное понимание слова «дом». Эту громадину с начищенной широкой лестницей прямо в центре с лихвой можно было назвать настоящим фамильным особняком или замком. Вездесущие деревянные панели сопровождали обои с разнообразными цветочными узорами, потолки венчали дорогие люстры, а к антикварной мебели и вовсе было страшно прикасаться.

Все это впечатляло и отталкивало одновременно, пробуждая в сознании жуткую мысль: «Детям тут не место». Эти безвкусно облепленные мертвой флорой стены однажды возвели для себя богатые взрослые. И что-то неочевидно намекало на то, что господин Камерон к ним никак не относился.

После успешного «похода за сокровищами» дети расположились на полу в главном коридоре, прямо напротив входных дверей. И уселись плотным кружком так, что теперь все могли презентовать свои находки в лучшем свете.

Одиннадцатилетний Самсон (самый старший из всех, как теперь было известно) откликнулся на просьбу девочки первым, хоть обращение и было адресовано не ему.

– У меня трубка! – радостно объявил мальчишка и выложил курительное приспособление прямо в центр. – Очень крутая.

– Самсон… – Ив демонстративно скрестила руки на груди. – Я хотела, чтобы первым был новенький!

– Достала ты с ним… – буркнул мальчик и еще сильнее надул свои пухлые щечки. – Он даже не разговаривает…

– Ну и что. Ада вот тоже с нами не сразу хотела дружить. Так ведь, Ада? Давай теперь ты, раз Самсон все испортил.

Самая хрупкая на вид девочка, со смуглой кожей и темными кудряшками, стыдливо кивнула. До появления Боузи статус новенькой носила именно она. Аде было всего шесть.

– У меня вот… Заколочка, – стеснительная малышка неловко улыбнулась. У нее отсутствовал один передний зуб. – Очень понравилась.

К трубке Самсона добавился деревянный гребешок со стрекозой на горбушке. Туловище декоративного насекомого, сплошь от и до, было усыпано разноцветными камушками.

– Ада, ну ты как сорока прям. – Иви захихикала и схватила заколку, принявшись с интересом ее рассматривать. Казалось, еще чуть-чуть, и юная командирша нарушит правила игры: заберет находку себе. Но, налюбовавшись вдоволь, Ив все же положила стрекозу на место. – Теперь Тина.

Десятилетняя Тина была всего на пару сантиметров ниже Самсона, но все еще выше остальных детей. А еще она обладала роскошной русой шевелюрой и имела ярко-голубые глаза причудливо округлой формы. Правда, слишком уж долгий зрительный контакт