Сердца трех - Джек Лондон

Большого дома.

Когда видения потускнели и исчезли и все, точносговорившись, отошли от

котла, Леонсия, сверкая глазами, как тигрица, накинулась накоролеву:

- Твое Зеркало Мира лжет! Лжет твое Зеркало Мира!

Френсис и Генри, все еще  находившиеся под сильным впечатлением

виденного, даже вздрогнули, пораженные вспышкой Леонсии.Но королева мягко

возразила:

- Мое Зеркало Мира никогда не лжет. Я не знаю, чтооно тебе показало.

Но я знаю: то, что ты видела, - правда.

- Ты чудовище! - воскликнула Леонсия. - Мерзкая,лживая колдунья!

- Мы обе женщины, - с мягким укором возразила ей королева, - а

поскольку мы женщины, то сами не знаем порой, что делаем и говорим. Пусть

мужчины решат, кто я: лживая ведьма или женщина с женскимлюбящим сердцем. А

пока - уж раз мы обе женщины и, значит, существа слабые - будем

великодушны друг к другу.

Теперь, жрец Солнца, поговорим о нашем решении. Какжрец бога Солнца,

ты лучше, чем я, знаешь старинные наши обычаи и обряды.Ты лучше, чем я,

знаешь все, что касается меня, и то, как я здесьочутилась. Ты знаешь, что

всегда от матери к дочери и через мать и дочь нашеплемя передавало и

сохраняло тайну этого дома, в котором обитала Та, ЧтоГрезит. Настало время

и нам подумать о будущих поколениях. К нам пришли чужеземцы, все они

неженаты. Надо объявить день свадьбы, если мы хотим, чтобыу нашего племени

в будущем тоже была Та, Что Грезит. Так должно быть- время пришло,

потребность назрела и место предопределено. Я вопрошала видения, и они

подсказали мне, как поступить. И вот каково мое решение: я выйду замуж за

того из этих трех, кто был предназначен мне судьбой еще дооснования мира.

Да будет так: если ни один из них не женится на мне, то они все умрут и их

еще теплую кровь ты принесешь в жертву на алтаре бога Солнца.Если же один

из них женится на мне, то все останутся живы и время определит нашу

дальнейшую судьбу.

Жрец Солнца, дрожа от гнева, попытался возразить, ноона прервала его:

- Молчи, жрец! Ты только благодаря мне правишь этимнародом. Стоит мне

сказать слово и... ты сам знаешь, что тебя ждет. Это будет нелегкая смерть.

- И она повернулась к трем мужчинам со словами: - Таккто же из вас

женится на мне?

Они смущенно и растерянно посмотрели друг на друга, но ни один не

произнес ни слова.

- Ведь я женщина! - подзадоривая их, сказалакоролева. - Так неужели

ни один мужчина не пожелает меня? Разве я не молода? Развея не красива?

Неужели мужчины такие странные, что ни одному я не кажусьпрекрасной и ни

один не хочет заключить меня в объятия и поцеловать в губы, как добрый

Френсис поцеловал мне руку?

Она посмотрела на Леонсию.

- Будь ты судьей! Ты женщина, которую любит многомужчин. Разве я не

такая, как ты, и разве я тоже не могу быть любимой?

- Ты всегда будешь добрее к мужчинам, чем кженщинам, - отвечала ей

Леонсия, и смысл ее слов, загадочный для всех троих мужчин,был вполне ясен

для женского ума королевы. - Как женщина, - продолжалаЛеонсия, - ты на

редкость хороша и обольстительна; на свете, конечно,найдется немало мужчин,

которые все отдадут за право заключить тебя в свои объятия.Но предупреждаю

тебя, королева: среди мужчин встречаются всякие.

Выслушав Леонсию и поразмыслив  над  ее словами, королева резко

повернулась к жрецу.

- Ты все слышал, жрец. Сегодня я должна выйти замуж.Если ни один из

чужеземцев на мне не женится, все трое будут принесены вжертву на твоем

алтаре. И эта женщина тоже! Ей, видно, очень хочется опозорить меня и

унизить. - Королева говорила это жрецу, но слова ее явно предназначались

для всех. - Их здесь трое, и одному из них, еще задолго до рождения,

суждено было стать моим мужем. Итак, жрец, вот что ятебе скажу: уведи

пленников куда-нибудь в другое место, и пусть они решатмежду собой, кто из

них женится на мне.

- Раз это было так давно предопределено, -вырвалось у Леонсии, -

зачем же предоставлять решение случаю? Ты знаешь своегоизбранника! Зачем же

действовать наугад? Назови его, королева, назови сейчас!

- Я уже сказала, как он будет избран! - возразилакоролева, рассеянно

бросая щепотку порошка в золотой котел и так же рассеянноглядя в него. - А

теперь ступайте, и да свершится неизбежный выбор! Нет, стойте! - вдруг

закричала она, когда пленники уже выходили из комнаты. - Поди сюда,

Френсис. Я вижу кое-что, касающееся тебя. Поди сюда ипосмотри вместе со

мной в Зеркало Мира.

Все остановились в ожидании, а Френсис, подойдя ккотлу, нагнулся над

ним вместе с королевой и стал смотреть на поверхность неизвестного жидкого

металла. Он увидел себя в библиотеке своего нью-йоркскогодома, а рядом с

собой - Ту, Что Грезит, и он обнимал ее за талию.Она с любопытством

разглядывала биржевой телеграф. Френсис стал объяснять ей,как он действует,

но, взглянув мельком на ленту, увидел столь неприятныеизвестия, что кинулся

к телефону звонить своему маклеру, - и тут видение исчезло.

- Что вы там узрели? - спросила его Леонсия, когдаони вышли.

И Френсис солгал. Ни словом не обмолвившись, что виделТу, Что Грезит в

библиотеке своего нью-йоркского дома, он ответил:

- Биржевой телеграф, который сообщал об огромном падении акций,

грозящем вызвать панику на Уолл-стрите. Но откуда ейизвестно, что я имею

какое-то отношение к Уолл-стриту и биржевым телеграфам?