Неукротимый, как море - Уилбур Смит

— Николас, я тут про тебя кое-что разведал. Ты уж не сердись, ладно? Дурацкая привычка все проверять.

— Что-нибудь любопытное? — кротко поинтересовался Ник.

— Поиск оказался делом несложным. Ты за собой оставляешь след, как… — Том запнулся в поисках подходящего сравнения, — как медведь гризли на пасеке. Черт возьми, Ник, твой послужной список более чем впечатляет.

— Да уж, постоянно нахожу себе какое-нибудь занятие, — сознался Николас.

— Как насчет пива?

Том прошел в угол, где стоял холодильник с табличкой «Зоологические образцы. Не открывать».

— Мне, пожалуй, рановато.

— Для пива рано не бывает, — изрек Том и пшикнул запотевшей банкой «Миллер», после чего взял со стола листок с биографией Ника. — Постоянно чем-то занят, а? Не то слово… Некоторые люди, похоже, прямо-таки притягивают к себе события. Забавно, правда?

Николас промолчал, и Том стал излагать дальше:

— Нам нужен человек, который умеет делать дело. Обдумывать и планировать можно сколько угодно, но всегда наступает момент, когда требуется нечто вроде катализатора, чтобы мысль и намерение претворить в действие. — Том приложился к банке, затем слизнул пену с усов. — Я знаю, что ты уже сделал, слышал, что и как ты говоришь, видел тебя в деле: эти вещи дорогого стоят. Но самое главное — я внимательно наблюдал за тобой, Ник. Ты по-хорошему, по-настоящему одержимый — как и все мы.

— Звучит так, будто ты собрался предложить мне работу.

— Что ж, не буду ходить вокруг да около. Ты прав, я действительно предлагаю тебе работу. — Он помахал большой рукой. — Да, я отлично знаю, какой ты занятой человек, но все же тешу себя надеждой, что удастся заманить тебя предложением занять должность адъюнкт-профессора. Хорошо бы, если б ты смог уделить нам время, когда дело дойдет до маневров и лоббирования в Вашингтоне. Позовем тебя на помощь, как появится надобность в настоящих мускулах, чтобы протолкнуть наши предложения. Черт возьми, нам требуются правильные контакты, требуется человек с серьезной репутацией, который сможет распахнуть нужные двери… Нам нужен человек, на практике знающий, что такое океан, и знакомый с породой бессовестных, хищных грабителей… Нам нужен человек, который, с одной стороны, обладает крепкой деловой хваткой, знает все тонкости экономики морского бизнеса, который сам строил и водил танкеры, сознает, что нужды человечества являются приоритетом номер один, но, с другой стороны, способен соотнести потребность в белке и в ископаемом топливе с величайшей опасностью превратить океаны в подобие водяных пустынь.

Том освежил глотку очередной порцией пива, пристально следя за реакцией Ника, а когда не нашел ободряющих признаков на лице собеседника, перешел на более убедительные аргументы.

— Мы — специалисты, и коль так, наш взгляд, наверное, в чем-то слишком узок. Бог свидетель, нас считают сентиментальными, наивными дурачками, а то и похуже — умалишенными фанатиками из разряда проповедников конца света или интеллектуальными хиппи. Что нам нужно, так это человек с пробивной политической силой. Понимаешь, Николас? Ведь если ты собственной персоной появишься на слушаниях в конгрессе, все эти дряхлые старцы выйдут из своего коматозного сна и включат слуховые аппараты.

Ник по-прежнему безмолвствовал, и Том, похоже, начинал впадать в уныние.

— Что мы можем предложить взамен? Я знаю, ты не особо нуждаешься в деньгах, да и ставка не превышает каких-то жалких двенадцать тысяч в год, но ведь адъюнкт-профессор — вполне симпатичная должность для начала. А уж потом можно замахнуться и на полного профессора… Кафедра прикладной океанологии или еще какой-нибудь внушительный титул, а? Придумаем чего-нибудь… Слушай, я не знаю, что еще тебе предложить, разве что упомянуть про теплое и доброе чувство в сердце, когда знаешь, что делаешь трудное дело, без которого не обойтись.

Том вновь остановился, исчерпав доводы, и досадливо махнул рукой.

— Я вижу, это тебе совсем не интересно, да?

Ник пошевелился, разминая плечи.

— Когда приступать? — спросил он. Лицо Тома расплылось в широченной улыбке, и Ник протянул руку. — Пожалуй, теперь и мне пиво не помешает.

Прохладная вода бодрила. Ник и Саманта заплыли так далеко, что земля почти растворилась в вечерних сумерках. Наконец они повернули к берегу, держась рядом. Пляж был полностью безлюден, окна ближайших кондоминиумов светились не ярче звезд на небе, да и людские голоса, смех и музыка звучали едва ли громче криков чаек.

Пожалуй, пришло время обо всем рассказать Саманте. Ник в подробностях описал беседу с шейхами, не оставив в стороне их предложение выкупить буксирно-спасательную компанию.

— И что ты решил? — негромко спросила девушка. — Ведь ты не собираешься продавать «Океан»?

— За семь миллионов долларов чистыми? Ты понимаешь, какая это сумма?

— Я с такими громадными цифрами обращаться не умею, — пошутила Саманта. — Но тогда чем ты будешь заниматься? Не могу вообразить тебя за боулингом или игрой в гольф до конца твоих дней.

— Сделка предусматривает, что я буду руководить «Океаном» от их имени в течение двух лет. А потом… Понимаешь, мне тут предложили подработку, которая вполне может заполнить свободное время, если оно, конечно, останется.

— Ты о чем?

— О должности адъюнкт-профессора при университете Майами.

Саманта остановилась как вкопанная и развернула Ника к себе лицом.

— Ты смеешься надо мной! — укоризненно воскликнула она.

— Ну, положим, это только для начала, — добавил Ник. — Годика через два, когда я совсем отойду от дел с «Океаном», есть вероятность, что меня будет поджидать кафедра прикладной океанологии.

— Не может быть!

Саманта обеими руками ухватила Ника за плечи и даже немного встряхнула.

— Том хочет, чтобы я пробивал прикладные аспекты экологических исследований: лоббировал предложения в законодательных органах, выступал на морских конференциях… Своего рода наемный стрелок под стягом «Гринписа».

— О Николас! Николас!

— Спаси и сохрани! — ужаснулся он. — Ты опять расплакалась!

— Я стараюсь держаться, но…

Мокрая, холодная и шершавая от налипшего пляжного песка, девушка бросилась ему в объятия. Ее тело подрагивало от радости.

— Николас, ты хоть понимаешь, что это значит? А? Да ничего ты не понимаешь!

— А ты просвети меня, — предложил он. — Ну и что это значит?

— Значит это, что в будущем мы сможем делать все сообща, не просто ужинать вместе и кувыркаться в постели, но все-все-все! Работать и веселиться! Жить вместе, как и полагается мужчине и женщине!

Она робко замолкла, словно ее саму потрясла грандиозность открывшейся перспективы.

— Такими планами меня не испугаешь, — ласково прошептал он и приподнял ее подбородок для поцелуя.