Ассасины - Виталий Гладкий

Никем не замеченные, лодки добрались до шейти, вверх полетели обмотанные тряпками абордажные крюки, и темные фигуры одна за другой начали подниматься на палубу судна. Его охраняли всего четыре человека, да и те сгрудились у противоположного борта, жадно принюхиваясь к аппетитным запахам, доносившимся с берега – пираты ждали свою порцию жаркого. Несколько беззвучных теней скользнули к пиратам, короткий замах, удар ножом, и даже предсмертный хрип не раздался в вечерней тишине, потому что жертвам зажали рты.

Вскоре и остальные, находившиеся в лодках, оказались на палубе; был поднят якорь, и по воде тихо и мерно зашлепали большие весла шейти – судно медленно, но уверенно набирало ход. Пираты не сразу поняли, в чем дело – все они смотрели на огонь, поэтому ничего не видели в темноте. Но кто-то из них все-таки услышал удары весел о воду и поднял тревогу. Все начали кричать, бестолково бегать по берегу, не в состоянии понять, что случилось с их кораблем, какая нечистая сила управляет шейти и кто на веслах.

Наконец к-б-тан пиратов все-таки понял, что судно уводят прямо из-под его носа, и приказал сесть в лодки и отправиться за ним в погоню. Что и было сделано.

– Догоняют… – с тревогой сказал Ачейко; ему еще не приходилось сражаться на воде.

– А луки у нас зачем? – спокойно ответил Ярилко-Вилк.

Он был переполнен радостью – получилось! Теперь у них есть судно, на котором они могут, если им помогут боги, добраться до родных берегов!

Получив в комтурии деньги Великого магистра, – это был увесистый мешок с золотыми безантами – Вилк отправился на невольничий рынок, чтобы исполнить задуманное. Он находился в Яффе и полнился разным людом. После подписания мирного договора в Яффу начали привозить своих невольников и крестоносцы, и сарацины – и тем, и другим нужны были деньги. А как они получены, каким путем, этот вопрос волновал торговцев живым товаром меньше всего. Правда, сами крестоносцы не принимали участия в торговле, но они нанимали знающих толк в этом деле людей и невольничий рынок Яффы вскоре стал поистине золотым дном.

Вилк старался покупать русов. Это были люди из других племен, но юношу такие мелочи не смущали. Он подбирал тех, кто знаком с морским делом, кто прежде воевал и умеет обращаться с оружием. В конечном итоге Вилк набрал целый отряд, почти сто человек, которых накормил, одел и вооружил.

Но прежде чем выкупить очередного невольника, Вилк, умудренный нелегким опытом, требовал, чтобы каждый поклялся ему в личной преданности и готовности идти туда, куда он укажет, хоть в ад.

Где находится пиратская бухта, указал один из бывших невольников; он попал на невольничий рынок как раз по милости сарацинских пиратов. Все дальнейшее зависело от терпения. Им пришлось ждать появления шейти почти неделю, скрываясь в невысоком кустарнике, который рос на берегу. Сарацины были довольны, – они возвратились с богатой добычей – поэтому решили прежде всего отпраздновать удачу, которая не любила долго ждать и могла обидеться.

Лодки пиратов приближались.

– Ну-ка, покажите, чего вы стоите! – сказал Вилк своим лучникам.

Десять бывших невольников встали на корме, и смертоносный дождь жалящих стрел пролился на морских разбойников. Среди стрелков был и Ачейко. Он стрелял с таким азартом и с такой точностью что сарацины не выдержали и повернули обратно. Тем более что поднялся ветер и на шейти начали ставить паруса. Прошло совсем немного времени, и темная ночь проглотила берег, судно, и весь подлунный мир…

* * *

На берегу, неподалеку от селения русов, шло отчаянное сражение. Четыре драккара выплеснули на песок около двух сотен данов, и русы дрались не на жизнь, а насмерть. Они знали, что никакой пощады им не будет. С данами бились даже женщины и подростки – слишком большое войско привел вождь северных разбойников.

Всех так захватило сражение, что никто не заметил, как в бухту вошло большое двухмачтовое судно, с него спустили лодки, и они быстро устремились к берегу. Только когда их днища заскребли по песку и к месту битвы бросились хорошо вооруженные воины в броне, даны, наконец, увидели новую опасность и попытались отбить первый натиск неизвестных. Но высокий плечистый рыцарь в шлеме с забралом и черном плаще что-то скомандовал и в бой вступили лучники. Они стреляли убийственно точно, и за очень небольшой промежуток времени отряд данов не досчитался многих воинов.

Тогда их вождь, мощный, коренастый мужчина с длинными черными волосами, которые выбивались из-под рогатого шлема, прокричал какую-то команду, и даны, сбившись в плотный железный кулак и закрывшись щитами, начали пробиваться к своим драккарам. Но тут опомнились русы. Неожиданная помощь придала им сил, и они начали атаковать данов с таким свирепым напором, что те дрогнули.

А тут еще рыцарь сцепился с вождем данов, которого защищали двое. Но он убил их походя. Вождь оказался более крепким орешком. Его огромный топор вмиг разбил щит рыцаря и уже готов был обрушиться ему на голову, как тот невероятно быстрым движением сместился в сторону, взмахнул мечом, и голова дана в рогатом шлеме покатилась по взрыхленному песку.

Даны яростно вскричали и дружно бросились на рыцаря, горя желанием отомстить за вождя, но тут подоспела вторая волна воинов с большого корабля и сражение превратилось в избиение. И русы, и их спасители были беспощадны. Даны пытались сдаваться в плен, ни их не брали. Вскоре от них осталось всего несколько человек, и тогда рыцарь властно крикнул громовым голосом:

– Прекратить!

Сражение закончилось, словно по мановению волшебной палочки. Рыцарь подошел к одному из данов, которые бросили оружие, снял шлем, и буднично сказал:

– Привет, Гуннар. Как поживаешь?

– Ты?! – Дан в ужасе закрыл лицо руками, словно увидел какое-то чудище.

– Я. Да не трясись ты, как заячий хвост! Я дарю вам жизнь. Но с одним условием – чтобы вы больше никогда не смели появляться на нашей земле. Иначе я приду в ваши селения, вырежу всех до одного.

– Д-да… Я так и передам.

– И скажи Хальфдану, что я не шучу.

Гуннар потупился и глухо ответил:

– У нас теперь другой вождь. – И тут же поправился: – Был…

– Не понял… А где Хальфдан?

– Помер он. Год назад.

– С какой стати? Он был крепким, нестарым мужчиной.

– Его отравили.

– А-а, тогда понятно… Все-таки Хальфдан не поверил мне. И кто же его отравил? Только не говори, что не знаешь!

Ты тоже был в числе заговорщиков.

– Магнус…

– Сын отравил отца… Ну у вас и нравы! Что ж, тогда передай мои слова отцеубийце Магнусу. Хотя его вряд ли чем проймешь. Он все равно придет к нам, чтобы отомстить. Но тогда мы сначала встретим вас как следует, а потом и сами заглянем в гости.

– Некому передавать, – буркнул Гуннар. – Ты только что убил Магнуса.