Сердца трех - Джек Лондон

опустился на колени и на старинном испанском языке вознес богу Солнца

молитву о плодородии. Затем он повернулся к королеве и Френсису и жестом

заставил их склониться в земном поклоне и чуть что неопуститься на колени

перед ним. Когда пальцы старика коснулись их соединенных рук, лицо его

искривилось в непроизвольной гримасе.

По мановению жреца жених и невеста поднялись сколен, жрец разломил

пополам кукурузную лепешку и протянул каждому по половинке.

- Причастие, - шепнул Генри Леонсии, в товремя как Френсис и

королева откусили каждый от своей половины.

- Римско-католический обряд, который, должно быть, завез сюда да

Васко, и здесь он уже постепенно превратился в свадебный,- шепнула ему в

ответ Леонсия. Сознание, что  она навсегда теряет Френсиса, было ей

бесконечно мучительно, и она едва владела собой: губы еесжались и побелели,

а ногтями она до боли впилась себе в ладони.

Жрец взял с алтаря миниатюрный кинжал и миниатюрнуюзолотую чашу и

вручил их королеве. Та сказала что-то Френсису, он закатал рукав и, оголив

левую руку, подставил ей. Королева же приготовиласьсделать надрез на его

коже, как вдруг остановилась, подумала - и вместо того,чтобы сделать это,

осторожно лизнула кинжал кончиком языка.

И тут ею овладела ярость. Попробовав лезвие на вкус,она отшвырнула от

себя кинжал, готовая кинуться на жреца и приказать своимкопьеносцам убить

его, - она вся дрожала, тщетно пытаясь совладеть с собой.Проверив, куда

упал кинжал, и убедившись, что его отравленное остриеникого не задело и

никому не причинило вреда, она вытащила из-под складокплатья на груди

другой миниатюрный кинжал. Его она тоже сначала лизнулаязыком и лишь после

этого сделала  надрез на руке Френсиса и собрала взолотую чашу несколько

капелек его крови. Френсис проделал то же самое с ее рукой,а затем жрец под

гневным взглядом королевы взял чашу с этой смешанной кровьюи, пролив ее на

алтарь, совершил обряд жертвоприношения.

Наступила пауза. Королева стояла сердитая и хмурая.

- Если чья-то кровь должна быть сегодня пролита на алтаре бога

Солнца... - угрожающе начала она.

И жрец, словно вспомнив про свою неприятную обязанность, повернулся к

народу и торжественно объявил, что отныне Френсис икоролева - муж и жена.

Королева повернулась к Френсису с сияющим лицом, всемвидом своим призывая

его заключить ее в объятия. Он обнял ее и поцеловал, аЛеонсия, увидев это,

охнула и оперлась на руку Генри, чтобы не упасть. Однакоот Френсиса не

укрылась ее минутная слабость, - он заметил это и понялпричину, хотя через

минуту, когда раскрасневшаяся королева бросила ликующийвзгляд на свою

соперницу, Леонсия уже являла собой олицетворение горделивогобезразличия.