Глаза Сатаны - Константин Волошин

А Луис вдруг с наглым хохотом поведал друзьям за очередной попойкой:

— Дознался я, ребятки, что наш Дон очень успешно справляется с Хавитой!

— Как же тебе удалось такое узнать? — встрепенулся Макарио.

— Моя обезьяна с нею дружит. Разве баба устоит от соблазна похвастать перед подругой о своём успехе, ха-ха! Но молодец, Дон! Поздравляю! И это у Хавиты после нашего знаменитого Амбросио! Дон, чем это ты так взял Хавиту?

Ивась не стал отвечать. Он лишь опрокинул кружку с вином в рот, встал и молча удалился, злой и возбуждённый одновременно.

Глава 16

Случай, повернувший всю жизнь Ивася в другую сторону, произошёл спустя почти полгода после его начала работы надсмотрщиком. Он вдруг обнаружил, что его деньги, почти пятьдесят песо заработка, исчезли.

Ариас выслушал эту весть и задумался.

— Я уверен, что это дело рук Луиса, — кипятился Хуан. — Но как это доказать? И оставить так просто душа не лежит.

— Обыскать его вещи, Хуан, — предложил Ариас.

— Трудно, Ар. Мы оба на плантациях, а потом оба в хибаре.

— Я попробую это сделать, — расширив глаза, предложил мулат. — Улучу момент и пролезу в вашу хижину. Собственно, это не должно сильно заподозрить меня. Ведь мы братья, Хуан. Что ты на это скажешь?

— Тебя могут застукать за этим, и сильно изобьют, Ар. Мне страшно за тебя.

— Не убьют же! Что-нибудь придумаю, Хуанито! Но что делать, коль я обнаружу пропажу?

— Ничего не делать, Ар. Сообщи мне, а я уж буду думать и решать. Ты лучше побудь в стороне. Это мои дела, Ар.

Уже через день мулат доложил Ивасю, что деньги он обнаружил.

— Они зашиты в матрасе, Хуан! Я их не видел, но хорошо прощупал.

— Может, это его собственные, — предположил Хуан.

— Его я тоже нашёл. Они лежат отдельно, но тоже спрятаны. Не так хитро, однако не на виду.

— Стало быть, надо подумать, что предпринять. Если обратиться к хозяину?

— Не верю я в его помощь, Хуанито.

— Что ж тогда, Ар? Обвинить Луиса в воровстве и потребовать вернуть украденное? Будет драка, и я не уверен, что мне удастся увернуться от его кулаков. А они у него внушительные.

— Что я могу тебе посоветовать, Хуан? Ничего не приходит в голову. Подумай сам и реши. Только будь осторожен, прошу тебя.

Ивась два дня думал, колебался, и на всякий случай незаметно занимался с оружием, особенно кинжалом.

С сильным сердцебиением и волнением, Хуан после работы при Луисе полез проверить деньги и, конечно, не обнаружил их. Он торопливо перерывал свои вещи, которых было слишком мало, чтобы что-то там потерялось.

— Луис, ты не брал моих денег? — Хуан быстро взглянул на испанца.

— Ты что это болтаешь, Дон? Откуда у тебя могут возникнуть такие мысли? Поосторожнее с этим, парень!

— Но денег нигде нет! Сам видишь, я всё перерыл, да и не так далеко их я спрятал, чтобы не найти.

— Мало ли тут могут разного сброда шататься! Откуда мне знать!

Всё же Ивасю показалось, что в словах Луиса слышались какие-то фальшивые звуки. Да и лицо его несколько не так выглядело, если б он был чист.

— Странно всё это, — пробормотал Хуан и подозрительно смотрел на Луиса.

— Чего так смотришь, дохляк?! Перестань, а то врежу, чтоб ничего не думал, паршивец!

— Луис, всё же, если это ты их взял, лучше тебе их вернуть, — проговорил Ивась с волнением и дрожью в голосе.

— Сволочь! Ты ещё не заткнул свою пасть? — Луис поднялся с угрожающим видом и сделал шаг к бледному парню. — Да я тебе башку сейчас расквашу и свиньям выброшу!

Луис не очень быстро поднял кулак, готовя удар, Хуан быстро отклонился и кулак испанца лишь слегка задел кожу скулы. Хуан не ответил. Он немедленно выскочил из хибарки на двор, Луис бросился за ним, изрыгая ругательства и угрозы.

Тут же во дворе появились остальные надсмотрщики. Они с интересом наблюдали, как Луис надвигался на бледного Ивася, который отчаянно избегал встречи с его кулаками.

— Погодите вы, дурни! — заорал Макарио. — Чего ссора?

— Этот подонок обвиняет меня в краже его денег, сука! Убью!

— Кто ж мог их украсть, — взвизгнул Ивась нервно. — Сами они, что ли, убежали? Дай проверить твои вещи и тогда я успокоюсь!

— Прибью, гадёныш! — кулак Луиса всё же достал Хуана.

Удар пришёлся в левое плечо, но юноша всё же покатился по земле, ощущая тупую боль и злобу. Ивась вскочил, тронул за поясом кинжал, убедившись, что тот на месте.

— Перестаньте, петухи! — продолжал увещевать Макарио. — Давай разберёмся!

— Чего тут разбираться, Макарио? Не мешай мне его прикончить!

Луис опять бросился к поднимавшемуся юноше. Тот поспешил отскочить и стать за одним из надсмотрщиков, спокойно наблюдавшем за ссорой.

— Луис, не дури! Угомонись! Давай поговорим! — Макарио всё ещё надеялся уладить всё миром. — Парень может просто так сказал. Или действительно, давай проверим, и всё станет на свои места.

— Я угомонюсь, когда придушу эту гниду!

Ивась вышел перед ним, он был очень бледен и сильно волновался.

— Луис, не доводи до беды! Я не хочу причинять тебе вред. Успокойся!

— Вы слышали, он мне угрожает!

— Да никто тебе не угрожает, Луис, — вступился Челато. — Постой, давай с тобой разберёмся и всё выясним!

— Плевать я хотел на ваши выяснения! — Луис опять двинулся к Хуану.

И тут он словно наткнулся на столб. Согнулся слегка, прижав руку к правому боку. И все увидали торчащую рукоятку кинжала, с которой капала кровь. Луис удивлённо смотрел на рану, на руку, испачканную кровью и молчал.

— Ребята! Я не хотел! — Это голос Хуана срывался на дискант и сильно выдавал страх. — Он сам напросился! Я его просил!

— Что тут происходит? — послышался голос Менто.

— Да вот, Херонимо, — ответил в растерянности Макарио. — Смертоубийство случилось! Дон…

— Что Дон?! Отвечайте!

— У него деньги пропали, а Дон обвинил в краже Луиса. Тот и взвился и гонял Дона, пытался убить. А как всё получилось — никто и не заметил, — Макарио оглядел стоящих в растерянности надсмотрщиков.

— Как это не заметили? Они что, дрались?

— Нет, Менто. Он подошёл шага на четыре. Дон просил его, но тот не остановился. Вот теперь что, — и он кивнул на медленно опускавшегося на колени Луиса.

— Сеньор! — пролепетал Хуан растерянно. — Он же убил бы меня одним ударом! Я не хотел!..

Менто подошёл к Луису. Остальные столпились рядом. Кровь из-под крепкой костяной рукоятикинжала продолжала обильно сочиться.

— Луис,