Честь Джека Абсолюта - Крис Хамфрис

Развернув Лакки, Джек подъехал к откосу и посмотрел вниз. Команды Паксли незамедлительно выполнялись. Люди сноровисто связывали лошадей для попарного форсирования водной преграды. «Главное, чтобы они не перетопили друг друга», — мелькнуло у него в голове, но пока все делалось без промедления — карабины и походные сумки откреплялись от седел и найдя себе место за спинами всадников, схватывались ремнями. Каждый драгун знал, что испанцы уже совсем рядом, и, хотя никому, включая и Джека, не хотелось лезть в бурую бурлящую воду, перспектива угодить в испанский застенок казалась гораздо менее привлекательной. Впрочем, порой юноша ловил себя на том, что вспоминает о сухом помещении, отведенном ему инквизицией в Риме, чуть ли не с сожалением.

— Все приготовились, сэр.

— Действуй, сержант, — кивнул Джек, и первая группа всадников двинулась к Тежу.

Паксли без колебаний направил своего коня прямо в воду, и его люди последовали за ним. Когда все животные, вытянув шеи, погрузились в поток, Джек окликнул корнета Стоки. Сердитый Боб по-прежнему оправдывал свое прозвище, будучи вечно надутым, угрюмым.

— Где Уорсли? — спросил Джек, когда они поравнялись.

— Все еще там.

Движением головы Стоки показал на каньон, по которому эскадрон добрался до места. Джек напряг зрение, но разглядеть что-либо за пеленой дождя было практически невозможно.

«Черт бы его подрал!» — выбранился про себя Джек, но вслух ничего не сказал. Девонец сам напросился в тыловое прикрытие. Другое дело, что ему уже следовало бы вернуться.

— Последний сигнал давно подавали? — спросил Джек, указывая на рожок Стоки.

— Недавно, — буркнул корнет, глядя в сторону, и Джек понял, что Сердитый Боб ему лжет.

Асам он, закрутившись, совершенно не взял во внимание, что уже с полчаса не слышал переклички сигналов. Однако устраивать разнос было некогда.

— Ладно, займись переправой. А рожок, — он протянул руку, — дай мне.

Переправа второго отряда пошла не так гладко. В тот момент, когда более половины конников уже находились в воде, три лошади заартачились, напугав остальных. Пришлось их — и еще трех, что были связаны с ними, — вернуть на берег и закрыть им глаза матерчатыми кружками. После этого животные, хотя и с видимой неохотой, вошли в воду и поплыли за остальными, но из-за заминки на берегу образовался небольшой затор.

Раздосадованный Джек повернул к третьему отделению. Пусть Стоки сам разбирается с образовавшейся толкотней. А у него других дел по горло — надо проверить состояние своей группы и найти потерявшегося солдата.

— Прайс, — обратился он, спустившись в лощину, к капралу, — ты поплывешь замыкающим.

— Есть, сэр! — капрал заколебался. — Агдебудетевы, сэр?

— Поищу моего чертова денщика.

Пришпорив коня, Джек поднялся на гребень холма, остановился и с сомнением посмотрел на сигнальный рожок. Предполагалось, что он освоил умение дуть в эту дудку еще три года назад — в то недолгое время, когда проходил обучение до отправки в Канаду. Может, и так, но особых успехов, как помнилось, ему добиться не удалось.

Он выпятил губы, приложил их к мундштуку, дунул и произвел звук, весьма похожий на те, что доносятся из солдатских уборных. Выругавшись, Джек набрал воздуха, повторил попытку, и на сей раз инструмент испустил некую трескучую трель. Надеясь, что уж в третий-то раз у него все получится, он сделал еще один глубокий вдох и… понял, что трубить не придется.

Всадник, которого он собирался призвать, галопом мчался к нему. Но не один — за ним неслись еще пятеро кавалеристов.

— Испанцы! — орал на скаку Уорсли, хотя в том не имелось нужды.

Джек держал карабин заряженным, но — из-за ливня — завернутым в плотную ткань. Разворачивать ее было некогда. Правда, под плащом у него пряталась увесистая кобура. К тому времени, когда юноша, расстегнув пряжку, рывком вытащил пистолет, денщик был уже в двадцати ярдах от него, но преследователи стремительно сокращали разрыв.

Джек взвел курок, наскоро прицелился и нажал на спусковой крючок. Попасть он, разумеется, ни в кого не попал, но, должно быть, пуля просвистела у самого уха испанца, мчавшегося впереди маленького отряда. Во всяком случае, этот малый, не имея возможности развернуться на полном скаку, резко послал своего коня в сторону, и остальные испанцы повторили его маневр. Чуть было не врезавшись в стену ущелья, враги описали рискованный полукруг и, не снижая скорости, унеслись прочь.

Возбужденный Уорсли осадил коня рядом со своим командиром.

— И стоило нам улепетывать от этих ублюдков, если они задают стрекача при виде единственного пистолета? — проворчал Джек.

— Э-э… сэр?

Уорсли жестом указал за спину. Джек обернулся — и увидел все третье отделение, развернувшееся неровной цепью и нацелившее карабины.

— Понятно.

Джек спрятал пистолет в кобуру и отдал приказ:

— Прайс, живо веди всех на тот берег. Без промедления.

Драгуны убрали карабины, снова попрыгали в седла и потрусили к реке. Джек и его денщик замыкали колонну.

— На меня наскочил чуть ли не эскадрон, — ухмыльнулся девонец. — Я уж совсем было собрался атаковать, но потом подумал: не жадничай, Томас Уорсли, не греби все под себя.

Оставь нескольких даго, чтобы и полковнику было кого укокошить.

— Очень любезно с твоей стороны. Думаю, полковник это оценит. А сейчас, приятель, давай-ка сцепим ремнем наших лошадей и посмотрим, удастся ли нам до него добраться.

* * *

— Полковник велел приветствовать вас, сэр, и спросить, не заглянете ли вы к нему в палатку?

Когда за парусиновой стенкой кто-то чихнул, Джек с надеждой подумал, что это вернулся посланный промышлять по соседям Уорсли. В смысле добычливости парень был хват и очень редко разочаровывал своего офицера. После недавнего вынужденного купания юношу бил озноб, который мог бы унять обещанный ему горячий чай с ромом.

Поэтому он изумленно воззрился на Гриффитса, адъютанта Бургойна, и растерянно пробормотал:

— Мне… э-э… не в чем… мой мундир…

Джек махнул рукой на мокрый камзол и на прочие вещи, брошенные сушиться поверх сундука.

— О, все в порядке, сэр. Все остальные офицеры тоже будут не при параде.

Джек вздохнул и отбросил одеяло. Если Гриффитс и удивился, увидев на завалившемся в постель лейтенанте жилет и рубаху, то виду не подал. Хотя, наверное, поднял бы бровь, знай он, что под ними находятся еще три рубахи, которые молодой человек натянул на себя, пытаясь хоть как-то согреться.

По выходе из палатки юношу встретил денщик.

— Вот, сэр, самое лучшее, что я смог раздобыть.

Пришлось перекусывать на ходу. Уорсли попеременно подавал ему то кружку с чаем, как минимум наполовину сдобренным ромом, то миску с коричневой жидкой похлебкой.