О пользе волшебства - Бруно Беттельхейм

61

Здесь и далее в главе сказка цитируется в пер. Г. Петникова. Цит. по изд.: Гримм Я., Гримм В. Сказки. М., 1949. В скобках указаны номера страниц. Прим. пер.

62

Для волшебной сказки в высшей степени не характерна такая конкретность в отношении топонимов. Те, кто изучал эту проблему, пришли к следующему заключению: упоминание топонима указывает на то, что сказка так или иначе связана с реальным событием. К примеру, в Гамельне в какой-то момент, вероятно, произошло похищение группы детей, что породило историю о крысолове и исчезновении детей из города. (Перед нами именно история с моралью, но не сказка: в ней нет ни развязки, ни счастливого конца.) Однако подобные повествования, отсылающие к историческим событиям, существуют по преимуществу в одном варианте.

Широкое распространение мотива трех языков и существование множества его воплощений в различных сказках свидетельствуют против наличия у этой сказки исторического ядра. С другой стороны, вполне закономерно, что сказка, действие которой начинается в Швейцарии, подчеркивает важность изучения трех различных языков и интеграции их в некое образование более высокого уровня, поскольку население Швейцарии состоит из представителей четырех языковых групп: германской, французской, итальянской и ретороманской. Поскольку один из этих языков — по всей вероятности, немецкий — был для героя родным, вполне понятно, что его посылают в три города, и там он учит другие языки. Швейцарец, слушая сказку, тут же понял бы, что речь идет о насущной потребности лиц, говорящих на разных языках, образовать единство более высокого порядка — Швейцарию. Одновременно — на скрытом уровне — сюжет затрагивает потребность индивида в интеграции различных тенденций, присущих его внутреннему миру.

63

Номер первый. Прим. пер.

64

Здесь и далее в главе сказка цитируется в пер. Г. Петникова. Цит. по изд.: Гримм Я., Гримм В. Сказки. М., 1949. С. 291. В скобках указаны номера страниц. Прим. пер.

65

Обычай пустить перо по воздуху, дабы избрать направление пути, рассматривается в работе: Bolte and Polivka, op. cit., vol. 2.

66

Здесь и далее в главе сказка цитируется в пер. Г. Петникова. Цит. по изд.: Гримм Я., Гримм В. Сказки. М., 1949. В скобках указаны номера страниц. Прим. пер.

67

Пер. М. Салье. Цит. по изд.: Арабские сказки. Книга тысячи и одной ночи. Полное иллюстрированное издание в двух томах. Том 1. М., 2017. С. 1168. Прим. пер.

68

Пер. П. Полевого. Цит. по изд.: Гримм Я., Гримм В. Страшные сказки братьев Гримм: настоящие и неадаптированные. М., 2024. С. 9. Прим. пер.

69

Пер. С. Кошелева. Цит. по изд.: Толкин Дж. Р. Р. О волшебных историях. СПб, 2000. Прим. пер.

70

Пер. С. Кошелева. Цит. по изд.: Толкин Дж. Р. Р. О волшебных историях. СПб, 2000. Прим. пер.

71

См., например, историю мальчика по имени Джой в нашей книге The Empty Fortress: Infantile Autism and the Birth of the Self, The Free Press, New York [Беттельхейм Б. Пустая крепость. Детский аутизм и рождение «я». М., 2013.].

72

Jean Piaget, The Origins of Intelligence in Children (New York: International Universities Press, 1952); Jean Piaget, The Construction of Reality in the Child (New York: Basic Books, 1954).

73

Создается впечатление, что высказывание Фрейда о сути развития человечности: «На месте “оно” должно появиться “я”» — заменили его противоположностью: «Там, где было “оно”, от него не должно остаться ни следа». Но Фрейд недвусмысленно подразумевал, что лишь «оно» может обеспечить «я» энергией, необходимой, чтобы бессознательные тенденции обрели форму и могли быть использованы конструктивно. Хотя новейшие психоаналитические теории утверждают, что с самого рождения ребенка «я» также питается энергией из собственных источников, «я», не способное черпать и из других, более мощных источников, будет слабым. Более того, «я», вынужденное тратить собственные ограниченные силы на подавление энергии «оно», истощается еще более.

74

То есть примерно к двенадцати годам. Прим. пер.

75

Чтение сказочных историй стимулирует детскую фантазию, так же как и многие другие виды опыта. Так как недовольство родителей волшебными сказками часто связано с тем, что в этих историях можно натолкнуться на описание жестокости или пугающих событий, сошлемся на экспериментальное исследование учащихся, описанное в работе: Ephraim Biblow, “Imaginative Play and the Control of Aggressive Behavior,” in Jerome L. Singer, The Child’s World of Make-Believe (New York: Academic Press, 1973). Из него следует, что ребенок с богатым воображением (а его развитие как раз и стимулируют волшебные сказки), сталкиваясь с фантастическим материалом, насыщенным мотивами агрессии, откликается на это значительным снижением агрессивности собственного поведения. (В эксперименте детям показывали фильм, в котором присутствовали мотивы агрессии.) Если же испытуемых не побуждают погружаться в агрессивные фантазии, снижения агрессивности поведения не наблюдается.

Приведем два суждения из этого исследования, подтверждающих, что сказки способствуют развитию детской фантазии: «Как показали наблюдения во время игры, ребенок с плохо развитой фантазией был в значительной степени ориентирован на моторику: играя, он много действовал и мало думал. Напротив, ребенок с хорошо развитой фантазией демонстрировал высокую структурированность и способность к творчеству и проявлял агрессию скорее на словах, нежели в поступках».

76

Одно дело — рассказывать ребенку сказку о Золушке, давая ему возможность воображать себя Золушкой и представлять себе, как бы он сам вел себя, оказавшись на ее месте. Другое — поощрять его действовать с опорой на фантазии. Первое помогает надеяться, второе дезориентирует.

Отец одной девочки, исходя из собственных эмоциональных потребностей, пытался найти в фантазии убежище от собственных проблем в отношениях с женой и решил, что станет сочинять для дочери сказки сам. По вечерам он рассказывал ей фантастические истории, в которых она играла роль