Чувство любви - Сью Джонсон

Кроме того, у женщин может иметься потаенный страх забеременеть, что вызывает еще большее напряжение. «Биологически женщины больше вкладываются в потомство, чем мужчины», – отмечает Гиллат. Он полагает, что у женщин больше, чем у мужчин, рецепторов окситоцина в мозге, потому что им нужно больше гормона, уменьшающего стресс: «Возможно, женщинам нужно больше окситоцина, чтобы побороть страх, захотеть и заняться сексом».

В отличие от мужской, женская сексуальность, по всей видимости, гораздо сильнее зависит от качества отношений, чем от интенсивности тактильных ощущений. «Сексуальность естественным образом зависит от привязанности и безопасности в отношениях, – утверждает Гиллат. – Возможно, именно поэтому даже после появления оральных контрацептивов и феминизма женщины больше занимают принимающую сторону в отношениях, а мужчины – инициирующую».

Психиатр Розмари Бэссон из Университета Британской Колумбии предложила новую модель женской сексуальности взамен старой линейной модели. Это замкнутый цикл, включающий такие факторы, как степень удовлетворенности отношениями, эмоциональная близость и предыдущий сексуальный опыт. Все эти факторы влияют на сексуальные реакции. «В начале интимной жизни женщины часто относятся к сексу нейтрально, – отмечает она, – а желание и возбуждение появляются в ответ на сексуальные сигналы от партнера. Женская сексуальность часто является скорее ответной, чем действующей. Это реакция на интерес со стороны партнера».

Признание факта, что для возбуждения и сексуальности женщинам требуется безопасная привязанность, открывает путь к новым способам решения проблем женщин в сексуальной сфере. Используемая до сих пор лекарственная терапия не имела успеха. Например, «Виагра» действует не на всех женщин – возможно, потому, что она вызывает прилив крови к гениталиям, а не желание близости как таковое. Женщинам с низким либидо требуется более чувственная, будоражащая прелюдия, которая укрепляет ощущение безопасности и приводит к осознанному желанию и возбуждению.

Получается, что мужчинам необходимо пересмотреть свое отношение к женской сексуальности и изменить свое поведение (вербальные и физические проявления интереса и желания) таким образом, чтобы показать, что они хотят человека, а не просто оргазма. Только так женщина сможет почувствовать себя более уверенной.

На сеансе психотерапии Кэри рассказывает:

– Я никак не могу свыкнуться с этой мыслью. Зачем только я читал все эти руководства по сексуальным техникам? Только зря время тратил. Ей нравится, когда я с ней разговариваю. Я не люблю все эти сантименты, но, похоже, ее заводит, когда я говорю о своих чувствах. С ума сойти. Раньше я просто спрашивал: «Хочешь побаловаться?» Я не понимал, что это убивало ее желание на корню. Я хотел, чтобы она вспыхивала страстью немедленно. Теперь я понимаю, что ей хочется, чтобы я обнимал ее, шептал на ухо нежности и долго, не спеша заводил ее. И это работает.

– Ну еще бы, – бормочет его жена Джилл и улыбается.

Джилл говорит, что ей необязательно получать оргазм каждый раз, когда они занимаются сексом, чтобы чувствовать удовлетворение. И хотя Кэри это ставит в тупик, такое совсем не редкость.

Для Энди, мужа Лауры, такой новостью оказалась мысль о том, что женщинам – и только что вышедшим замуж, и давно находящимся в браке – нужно больше времени, чем мужчинам, чтобы возбудиться, и что для этого им важно чувствовать себя защищенными, находящимися в надежных руках. Энди – стереотипный продукт нашего общества, одержимого сексом и не придающего никакого значения отношениям, общества, где секс как самоцель считается нормой и чуть ли не идеалом. В процессе терапии я удерживала Энди от критики и давления на жену и помогала ему говорить о тревоге, которую он чувствует, когда в постели жена не реагирует так, как ему хочется. Благодаря тому, что нам удалось изменить его поведение, Лаура решилась выбраться из своей раковины и четко сформулировать, чего она хочет и чего не хочет до секса и во время него.

– Пожалуйста, не прижимай меня к кровати и не засовывай язык мне в рот, – сказала она Энди. – Меня это пугает, мне хочется бежать от тебя. Мне нужно больше нежности.

Как только Лаура сумела рассказать о своих потребностях и страхах, их с Энди сексуальная жизнь наладилась.

Несмотря на то что мужская сексуальность более прямолинейна, мужчинам тоже требуется эмоциональная близость. На сеансах психотерапии они говорят, что секс без нее «пустой» и что эмоции делают секс лучше.

Начнем с того, что эмоциональная близость позволяет мужчинам рассказывать о своих страхах потерпеть неудачу в постели и помогает им получить поддержку. Около 60 % мужчин перестают принимать средства для улучшения потенции после первого раза – и это значит, что секс для них тесно связан с отношениями и эмоциями.

Все это многократно подтверждается нашим опытом практической эмоционально-фокусированной терапии. Когда отношения в паре становятся более прочными и безопасными, секс (даже если терапия его не затрагивала) автоматически улучшается. И даже решение конкретных проблем в сексуальной сфере начинается с укрепления связи между партнерами. Безопасный фундамент создает чувство защищенности, которое необходимо для формирования гибкой и активной сексуальности обоим партнерам, и в особенности женщинам.

ЛЮБОВЬ В ЭПОХУ ПОРНО

В нашей культуре не так много возможностей научиться тонкостям эмоционального и физического взаимодействия, необходимого для хорошего секса – точнее, секса, который будет хорошим для обоих партнеров. Энди, к примеру, узнал про секс и как им заниматься от друзей, из журналов, книг и фильмов. Эти культурные ориентиры до сих пор остаются основными источниками информации для мужчин и женщин. Однако сегодня есть и другой источник, прежде всего для мужчин, – интернет.

Общим для всех этих «кладезей знаний» (а также для уроков сексуального просвещения в школе) является одно: основное внимание уделяется механике секса. Нам ничего не говорят об эмоциях, которые окружают секс, о контексте его существования. Единственное исключение – любовные романы для женщин. Этот жанр на сегодняшний день занимает один из самых крупных сегментов книжного рынка, но не пользуется особым уважением (в отличие от триллеров – любимого жанра мужчин). Первые любовные романы никто не воспринимал всерьез, потому что в них описывались покорные женщины в корсетах, которых порабощали принцы, пираты и средневековые рыцари. Но в последние годы жанр изменился. Современные образцы женской прозы рассказывают о сильных, уверенных в себе женщинах и затрагивают сложные темы, например домашнее насилие. Важная особенность любовных романов заключается в том, что даже в самых откровенных книгах секс почти всегда является частью отношений и описываются чувства партнеров.

Примером нового пикантного направления в жанре любовных романов является бестселлер «Пятьдесят оттенков серого» Э. Л. Джеймс. Книга и два ее продолжения содержат все сахарные клише любовного романа. Юная девственница Анастэйша влюбляется в «принца» – миллиардера и любителя БДСМ Кристиана Грея. Она соглашается войти в его «Красную комнату боли» и стать сабмиссивом, то есть сексуальной рабыней. Однако, несмотря на обуревающее Анастэйшу желание (она испытывает множество оргазмов буквально от прикосновения его длинных тонких пальцев), она не теряет голову и меняет контракт, который Грей просит подписать, устанавливая границы допустимого. Конечно, она обнаруживает, что сексуальные предпочтения Грея обусловлены его внутренней болью (в юности он подвергался насилию), и превращает травмированного любовника в человека, который «хочет любить и быть любимым». Эта история Золушки на новый лад (или сказка о Красавице и Чудовище?) наполнена описаниями порки, связывания, подчинения и садомазохистских игр.