Гром над Араратом - Григорий Григорьянц

– Ты наблюдал предзнаменование?

– Взгляни на небо: Юпитер и Сатурн соединились в знаке Рыб.

– Что это сулит?

– Противоборство богов! Меня пугает твоя судьба и судьба твоего народа.

– Могу ли я изменить судьбу?

– Не знаю.

Тигран очень серьезно посмотрел на астронома и спросил:

– Как ты думаешь, возможно ли, что разрушится весь мир?

– Замысел богов никто не знает, но ты ближе всех к богам, спроси их, а я лишь читаю послания богов по звездам.

Величайшая ответственность за свое царство требовала от Тиграна, получившего предсказание будущего на целый год вперед, что-то предпринять. Растерянности он не ощущал. Укреплением безопасности и защитой независимости своей державы он и так занимался повседневно, но его страшила некая мистическая опасность, о которой в последнее время говорили все его советники. Он произнес:

– Моя внутренняя политика – устройство общего согласия и стабильности, преодоление культурной отсталости моим народом; моя внешняя политика – отпор возможным угрозам. А как быть с темными силами, как спасти нацию от великих потрясений или даже гибели?

– Тигран, ты задаешь мне слишком сложные вопросы! Я не знаю.

– История Армении овеяна славой предков. Я хочу быть достойным их, и я найду ответы на все вопросы!

Тигран с уверенностью в своих силах ушел, а Вараздат вновь устремил свой взгляд на ночное небо.

На другой день, чтобы развеяться от тяжелых мыслей, Тигран приказал устроить в роще, примыкавшей к дворцу, соколиную охоту. Сокольничий Кохар, аристократ и знаток птиц, полный, добродушный и преданный царю человек, желая доставить Тиграну удовольствие, решил показать свою лучшую прирученную хищную птицу – сапсана.

Кохар сидел верхом на лошади, в перчатках из кожи, и держал на руке птицу с коротким и согнутым клювом, коротким хвостом, аспидно-серым оперением и острыми когтями. На лапе у птицы было надето кольцо из ремня, которым она была пристегнута к перчатке сокольничего, к хвосту был прикреплен небольшой бубенчик, чтобы не дать ей притаиться в укромном месте с пойманной добычей, на голове сокола был клобучок – специальная шапочка, закрывающая глаза птице.

Со стороны конюшен дворца показалась впечатляющая процессия на лошадях: впереди царь с охраной, за ним все приближенные. Азарт охоты будоражил Тиграну кровь. Подъехав к Кохару, он весело сказал:

– Красивая птица – длинные крылья, величественная осанка!

– Это – сапсан, государь, самая быстрая птица из всех птиц, – ответил польщенный Кохар.

– Не сокол, а загляденье, – произнес Васак, подъезжая ближе.

– В облике и повадках этой птицы есть что-то царское, – одобрительно сказал Гнуни, также встав рядом с царем.

– Это очень храбрая птица: врагам несдобровать! – воскликнул наивный Кохар.

А Тигран произнес:

– Фараон Египта рассказывал мне, что сапсан считается царским символом, поскольку его взгляд парализует птиц, как лик фараона его врагов.

Все посмеялись шутке царя.

– Ну, что ж, начнем! – Тигран был в нетерпении.

Кохар подал знак, его помощники приготовились травить дичь. Сокольничий снял клобучок с головы птицы, отцепил колечко с ноги и подбросил сапсана вверх. Птица взлетела на большую высоту, высматривая жертву. Выпустили куропатку. Та с шумом начала взлетать, а хищник, замерев на мгновение, стремительно упал с высоты на свою добычу, и вот он уже прижимает куропатку к земле и гордо посматривает по сторонам.

Тигран был в восторге, смеялся, любуясь чудесной птицей-охотником, рассказывая о красоте ее полета и стремительности атаки. Все вокруг выражали одобрение.

– Голубь, – произнес Гнуни.

– Что голубь? – не понял Тигран.

Гнуни показал на небо. Все подняли головы и увидели летящего в направлении дворца голубя.

– Кохар, сними его, – приказал Тигран.

Сокольничий подбежал к соколу, посадил его на руку и подбросил. Птица-охотник взвилась вверх к своей пернатой жертве. Голубь продолжал полет. Взлетев выше него, сапсан, сделав крутое пике, напал сверху, сбил добычу не только когтистыми лапами, но и всей массой своего тела, а потом схватил ее когтями и полетел к хозяину, который звал:

– Куу – куу!

Кохар забрал тушку голубя у прилетевшего к нему сапсана, дав ему кусок мяса, а голубя передал Меружану.

Все спешились. Меружан подошел к царю, рядом с которым стояли Васак и Гнуни.

– Это – почтовый голубь, – сказал он и показал на кольцо, надетое на лапку птицы, затем снял кольцо, осторожно развернул узкий клочок пергамента и произнес: – Здесь шифр, прочесть невозможно.

Шифрованное письмо взял Тигран. Мелкие надписи были сделаны греческими буквами, но слов разобрать было нельзя. Он протянул шифровку Васаку:

– Васак, расшифруй как можно быстрее.

– Да, государь! – Забрав клочок пергамента, Васак поспешил во дворец.

– Меружан, – обратился царь к главе своей охраны, – мы получили доказательство, что во дворце есть предатель и кто-то ему посылает указания извне. Что скажешь?

– Мы проверили всех обитателей дворца, обыскали все помещения, усилили охрану, – оправдывался Меружан.

– Факты требуют, чтобы ты взглянул на свою работу объективно: работа сделана плохо! – Царь жестко смотрел на Меружана.

– Государь, – обратился Гнуни к царю, – предательство нельзя ничем оправдать, предателя нужно установить.

– Что ты предлагаешь, Гнуни?

– Этот разговор между нами троими – ты, государь, я и Меружан. Предатель может выдать себя, если мы расставим ловушки.

– Предательство отвратительно, оно ранит больнее, чем стрела, – сказал Тигран. – Удара в спину придется ждать, пока не поймаем предателя. Действуйте!