Любовь к несовершенству - Гемин Суним

Я сердился на отца. «Отец, почему ты так долго откладывал поход к врачу? Почему не послушал меня?» Хотя мне и не нравилось говорить с отцом в таком тоне, я был раздражен. А произошло вот что. После осеннего ретрита в буддийском монастыре Бонгам я приехал погостить к родителям и увидел, что отец сильно исхудал. Я спросил его, что случилось. Он ответил, что ничего особенного не произошло, просто у него проблемы с пищеварением и он время от времени принимает какие-то лекарства. Услышав это, я забеспокоился, что у него может быть рак желудка, так как резкая потеря веса – первый симптом этой болезни. Мой дед скончался именно от нее.

Но, несмотря на мой совет, отец отказался делать гастроскопию. Утверждая, что с ним все в порядке, он попросил меня последить за собственным здоровьем. «Я не так важен, но ты, сын мой, ведь ты приносишь людям столько пользы. Ты должен заботиться о себе, чтобы помогать им и дальше». Вернувшись к родителям той зимой, которая выдалась очень холодной, я узнал, что отец уже больше месяца простужен. На сей раз он сам признал, что с ним творится что-то неладное, и согласился сделать гастроскопию. Сердце у меня упало. Почему ты не ценишь собственное тело? Почему постоянно говоришь, что ты не важен? Почему ты не думаешь о своих детях – о том, как сильно они волнуются за тебя? Я был огорчен.

По всей видимости, я не единственный, кому знакомы подобные переживания. Я заметил, что более сложные и противоречивые эмоции люди испытывают именно по отношению к отцу, а не к матери. Особенно это касается взаимоотношений сыновей и отцов. И вот, на основании всего, что я узнал из своих бесед с людьми, я выделил пять типов отношений между отцами и детьми – хотя, разумеется, таковых намного больше. Читая, поразмыслите над тем, к какому типу можно отнести отношения в вашей семье.

Первый тип – патриархальные отношения. Отец скуп на эмоции, устанавливает строгие правила и нормы поведения. Зачастую манипулирует детьми посредством чувства вины и стыда. Детям кажется, что отец довлеет над ними – как гора, которую невозможно преодолеть. Даже во взрослом возрасте им некомфортно рядом с ним, так как все детство они его боялись и теперь не могут решиться поговорить с ним искренне.

Ко второму типу относятся дети, которые наблюдали, как их мать страдала из-за внебрачных связей отца или его безделья. Такие дети склонны сопереживать матери и гневаться на отца. Если в детстве у них не было возможности выразить свою злость, то впоследствии эти подавленные эмоции будут осложнять общение с родителем. Зачастую они вовсе избегают отца.

Третий тип – когда отец «сделал себя сам» и предъявляет завышенные требования к детям. Так как ему пришлось всего добиваться своим трудом, в его глазах недостаточно того, что дети просто стараются или хорошо учатся в школе. Отчаянно стремясь завоевать одобрение отца, такие дети во взрослом возрасте страдают тревожностью и не способны расслабиться. Они считают, что будут достойны любви только тогда, когда сделают что-то хорошо или добьются значительного успеха. Я часто встречаю молодых людей с великолепным образованием и хорошей работой, у которых при этом заниженная самооценка и явная склонность к трудоголизму; беседуя с ними, я узнаю, что у многих именно такой отец.

Четвертый тип – это дети, которые родились в обычной семье и впоследствии добились больших успехов в учебе или какой-то еще области. Таким детям кажется, что отец их в каком-то смысле ограничивает, и они внутренне обижаются на него за вмешательство в их жизнь. Они независимые и целеустремленные и считают, что им не нужен непрошеный совет отца, который и представления не имеет о том, какой жизнью они живут. Такие дети любят отца, но не обязательно к нему прислушиваются.

И наконец, пятый тип – это дети, которые очень рано лишились отца. В детстве им сильно его не хватало, и, повзрослев, они все еще остро ощущают его отсутствие. Обычно они помнят отца героем и испытывают симпатию к учителям или наставникам, которые чем-то на него похожи.

Мне хотелось понять, почему мой отец постоянно повторяет, что он не важен, и не дорожит своим здоровьем. Чтобы разобраться в этом, я решил вести себя так же, как поступаю при встрече с незнакомцем. Я постарался по-настоящему понять его. Я впервые посмотрел на него не как на своего отца, а как на отдельного человека. И увидел мальчика, чей отец – мой дед – почти не проявлял к нему внимания и не выражал чувств. Моему отцу до сих пор больно вспоминать о том, как во время войны в Корее дед ушел искать убежище, взяв с собой только старшего сына. Он же, младший сын, остался с матерью и сестрами. Редкие вкусные блюда, такие как, например, яичница, всегда доставались старшему сыну. Кроме того, мой дед, как, впрочем, и другие мужчины в то время, придерживался патриархальных взглядов, был довольно жестким и почти не показывал эмоций. Мой отец вырос в тени своего отца и старшего брата и не имел возможности понять, насколько ценно его собственное существование. Даже сейчас, в том возрасте, когда он сам мог бы стать дедом, ему не хватает уверенности в себе, чтобы считать себя значимым. Всю жизнь он ставил на первое место других людей. И при мысли об этом у меня вдруг защипало в глазах.