Тайна шотландской принцессы - Карен Хокинс

Из дневника Майкла Херста, знаменитого путешественника и египтолога:

«Наконец у меня есть полная карта — та самая, что приведет к амулету Херстов, украденному из нашей семьи несколько столетий тому назад. Я был уверен, что карта станет последним ключом, который откроет нам дверь к месту нахождения амулета. Был уверен, пока моя помощница, несравненная мисс Джейн Смит-Хоутон, не сделала следующего замечания, о котором ее никто не просил: „В чем вы абсолютно не сведущи, так это в нюансах картографии“. Ее неверие в мои познания в этой области непоколебимо, и теперь я вынужден доказывать свою состоятельность. Поэтому я обратился к известному эксперту. Как только получу подтверждение тому, что мои предположения верны, мы продолжим поиски амулета. Потом, конечно, я перестану изводить Джейн насмешками за ее сомнения в моих глубоких и безошибочных способностях разбираться в картах».

Майкл Херст не обратил внимания на гул, пробежавший по бальному залу при его появлении.

— Вот дураки, — пробормотал он и потянул за узел шейного платка, пытаясь его ослабить.

Сестра Мэри укоризненно на него посмотрела.

— Оставь галстук в покое.

— Он меня душит.

— Это модный галстук, а ты должен выглядеть респектабельно. — Заметив его сердитый взгляд, она добавила: — Майкл, в этом зале полно людей, которые могут вложить деньги в твои экспедиции.

«От них одна головная боль», — подумал он, а вслух раздраженно произнес:

— Я ведь пришел сюда, не так ли? Где тут, черт возьми, буфет? Если уж мне придется общаться с этими мартышками, я должен сначала выпить!

— Они не мартышки, а привлекательные женщины, которые… — Мэри осеклась, заметив выражение лица брата. — Хотя, возможно, спиртное поднимет тебе настроение. Леди Белфорт обычно устраивает буфет около библиотеки.

Майкл едва успел сделать шаг в нужную сторону, как дамы мгновенно устремили взоры на него, пытаясь скрыть свое любопытство за веерами, которыми стали отчаянно обмахиваться.

— Да поможет мне Ра[1], — сквозь зубы процедил Майкл. — Им что, делать нечего, кроме как пялиться на меня?

— Ты же знаменитость, — спокойно пояснила Мэри.

— У меня нет ни малейшего желания быть знаменитостью.

— Но ты знаменитость, поэтому придется с этим смириться. — Сестра положила ладонь ему на руку. — Просто улыбайся и кивай. Тогда мы быстро проберемся сквозь толпу.

— Улыбка не поможет, а вот это — да.

Он грозно сдвинул брови и с удовлетворением отметил, как разноцветные веера замерли.

— Майкл, ты не должен…

Он твердо взял сестру за локоть и повел к буфету, не забывая хмуриться при виде тех ретивых мисс, кто еще не оставил надежду приблизиться к нему. Девицы краснели и поспешно отходили в сторону.

— Если будешь продолжать в том же духе, мы никогда не найдем спонсора. Эти дамы — дочери и сестры богатых людей, которые могли бы помочь снарядить твои экспедиции! — со вздохом сказала Мэри.

— Они пустоголовые вертихвостки, и я отказываюсь потворствовать их уловкам.

Тут одна из мисс нахально ему подмигнула. Майкл застыл.

— Господи, куда подевалась женская скромность, пока я был в египетской пустыне?

— Уместнее спросить, куда подевались манеры джентльмена?

— Я оставил эти бесполезные навыки на тростниковых берегах Нила, — в тон сестре ответил Майкл. — И правильно сделал.

Мэри с кислым видом смотрела на него.

— Братья правы: ты превратился в дикаря.

— Почему? Потому что я делаю и говорю то, что следует?

— Нет, потому что ты несешься по жизни не останавливаясь и не задумываешься о последствиях своих слов и поступков. Я…

Перед ними появилась молодая особа лет семнадцати, высокая, с большим носом и рыжими локонами, в которых торчали перламутровые шпильки. За ее спиной столпились другие юные девицы.

— Мистер Херст! Как приятно снова вас увидеть!

Последовал глубокий реверанс, а широкая улыбка свидетельствовала о том, что от него ожидается такое же проявление радости.

Майкл приподнял бровь, но ничего не сказал.

Щеки у девушки сделались пунцовыми, она поджала губы, но тут же деланно улыбнулась:

— Я мисс Лидия Лейтем. Мы встречались на вечере у леди Маклейн.

Майкл пристально смотрел на мисс Лейтем, которая протянула ему руку.

Мэри больно ткнула его локтем в бок. Он охнул и сердито взглянул на сестру.

— В чем дело?

Она наклонила к нему голову и еле слышно прошептала:

— Я сейчас перед всеми наступлю тебе на ногу, если ты не возьмешь ее руку и хотя бы не притворишься джентльменом.

Майкл вдруг вспомнил, что однажды, когда они были детьми, Мэри столкнула его в пруд с холодной водой всего лишь за то, что он посмеялся над ее новой прической. Конечно, тогда она была девочкой и куда меньше обращала внимание на то, что думают другие о ее поведении. Интересно, неужели она действительно способна устроить сцену прямо сейчас? Стальной блеск в глазах сестры подтвердил его опасения.

Поморщившись, Майкл повернулся к девушке, взял протянутую руку, задержал в своей ровно на секунду и отпустил.

— Мисс Лейтем, здравствуйте, — произнес он без какого-либо намека на радость.

А мисс Лейтем засияла, словно он высыпал к ее ногам бочонок золотых монет.

— Я знала, что вы меня вспомните! Мы с вами долго обсуждали Розеттский камень.

— Да? — скучающим тоном буркнул он.

— О да! Я читаю каждое написанное вами слово.

— Сомневаюсь. Если только вы не пробрались ко мне в спальню и не заглянули в мои дневники. Я абсолютно уверен, что, кроме меня, их никто не читал.

Мэри на него шикнула, но Майкл не придал этому значения.

Лицо мисс Лейтем стало багровым, и она испуганно зачирикала:

— О… нет-нет! Я никогда ни за что на свете не войду в спальню к мужчине.

— Тем хуже для…

— Майкл! — поспешно одернула его Мэри, пронзая брата уничижительным взглядом и одновременно любезно улыбаясь высоконравственной мисс Лейтем. — Мой брат хочет сказать, что статьи, напечатанные в «Морнинг пост», — это лишь малая толика из написанного им. Он автор многих научных трудов по артефактам, найденным в руинах, которые он раскопал, и…