Целоваться с дьяволом - Ирина Гончарова

«Счастливые бабы к гадалкам не ходят. Преуспевающие и состоятельные бизнес-леди тоже чураются всяких астрологов и колдунов — не дай бог, их купили враги, чтобы навести на тебя порчу!.. — Светлана открыла глаза и закончила последнюю мысль: — Так на кой черт я-то, как последняя дура, потащусь сегодня к предсказателю?! Такой же шарлатан, как и все остальные! Пусть Маринка сама идет к нему за своим прошлым и будущим!»

Она окончательно проснулась. За стенами мирно шумело море. Спать больше не хотелось, да и грешно проспать последнее утро отпуска на теплом южном берегу.

Светлана села в постели и огляделась, словно уже прощаясь со своим временным жилищем. Обычная комната в абхазском доме. Побеленные стены, темный шкаф, свидетель еще Первой мировой войны, круглый обшарпанный стол под обветшавшим шелковым абажуром, двуствольное ружье на стене и старинное зеркало в резной деревянной раме — вот, пожалуй, и все. Обитель молодого охотника, по острой нужде сданная на три недели приехавшей на отдых москвичке. Светлана подошла к зеркалу. Бесстрастное стекло отразило молодую женщину лет тридцати. Пухлые губы капризно изогнуты, как у избалованного ребенка, ласковые, миндалевидные глаза сейчас были цвета кофе, но становились почти черными, когда Света злилась. Предметом своей особой гордости она считала волосы — роскошную гриву каштановых кудрей. В детстве они доставляли ей массу неприятностей — каждый так и норовил дернуть за кудряшки…

В доме было тихо. Большая абхазская семья, конечно, давно проснулась, но, оберегая сон своей постоялицы, все ходили на цыпочках и переговаривались шепотом. Светлана надела на голое тело длинный махровый халат, намотала на голову чалму из полотенца, сунула ноги в сандалии и вышла из комнаты. Она понимала, что выглядит весьма привлекательно, но здесь красоваться было не перед кем, да и по дороге к морю никто не попадется, а жаль, ведь ей так нравится, когда ее замечают.

Двор двухэтажного дома был просторным и ухоженным. Небольшая мандариновая роща, виноградник на специальных шестах и стволах высохших деревьев — все как положено у абхазов, остатки роскоши некогда богатой семьи. Минувшая война с Грузией повергла цветущий край в нищету.

Едва Светлана прошла через калитку, как за ее спиной раздался пронзительный голос Фатимы, хозяйки дома:

— Руслан, у тебя машина ходит?

— Ходит, — неторопливо ответил молодой баритон.

— Ты не забыл, что сегодня надо гостью отвезти?

— Не забыл.

Дом ожил. К голосу Фатимы и ее сына Руслана примешались звуки бытовой повседневной жизни. Заработало радио, послышался гул мотора — Руслан проверял свою «Волгу», по которой давно скучала свалка металлолома.

До кромки прибоя было около ста шагов. Света на ходу скинула халат, полотенце, сбросила сандалии и, поеживаясь, ступила в прохладную — курортный сезон уже кончался — воду.

Море было спокойным. Сверкающие серебром в лучах восходящего солнца волны с негромким шелестом накатывали на берег. Светлана вошла в море по пояс и отважно, с тихим визгом, окунулась. Вода показалась ей колючей — настолько она остыла за ночь. Но женщину это не испугало. Она отплыла от берега метров на сто, потом развернулась и направилась обратно, фыркая, отдуваясь и барахтаясь, как щенок. Ступив на берег, она услышала, что из кармана халата подает свою призывную мелодию сотовый телефон. Света схватила аппарат и выкрикнула напряженно:

— Да! Я слушаю! Марина, это ты?

Ей ответили спокойно:

— А от кого еще ты ждешь звонков?

— Ты где остановилась?

— В отеле «Жемчужина», в Сочи. Я, в отличие от тебя, люблю компашку, здесь очень весело, а твоя любовь к одиночеству, даже в ущерб дружбе, меня до сих пор поражает. Приехали вдвоем, а отдыхаем порознь. Зря ты все-таки бросила меня! Ну и как, стоило оно того? Как прошел твой аскетический отдых?

— Шикарно! Море, солнце, домашняя обстановка и ни одной навязчивой рожи рядом! Практически полное одиночество.

— Когда приедешь, пойдем к экстрасенсу!

— Зачем?! Мне уже обсуждали это…

— Пора тебя лечить. Я жду, приезжай, поговорим.

Светлана выключила мобильник с легким раздражением. А чем ей может помочь какой-то экстрасенс? Ладно, поживем — увидим…

Она вернулась в свою комнату, где на столе уже стояла дымящаяся большая чашка кофе — Фатима была предупредительна сверх всякой меры.

Светлана скинула мокрый халат и попробовала стать в контрольную позу: слегка подогнула колени, закрыла глаза, вытянула руки и оторвала от пола правую ногу. Тут же покачнулась, не удержавшись в неудобном положении и пяти секунд, и опрокинулась на постель. Вот так! А еще вчера простояла больше минуты! Значит, отдых не дал результатов: нервы все так же расшатаны. Подавив раздражение, она быстро оделась по-походному; вещи были упакованы уже с вечера.

Прощание с Фатимой прошло на трагической ноте. Пожилая женщина (вся в черном — по обычаю), получив последние деньги за гостеприимство, кинулась к Светлане:

— Приезжай, дорогая, когда хочешь приезжай! Подруг своих присылай, весь дом ваш будет! Мы без вас погибнем! Пусть вся Москва к нам приезжает, как в старое время!

— Обязательно, — не нашлась Светлана с ответом поумнее, после чего женщины расцеловались, и Руслан открыл заднюю дверцу «Волги».

Парню едва ли исполнилось двадцать лет, но он уже был воином — с неулыбчивым, замкнутым и суровым взглядом снайпера из-под густых бровей. Под стать ему была и машина — битая-перебитая колымага, с облупившейся по всему корпусу краской и простроченным пунктирными дырочками в горизонтальный ряд правым передним крылом. След автоматной очереди, надо полагать, но спрашивать о том у мужчины было не положено.

Очень быстро и практически молча они проскочили Пицунду — некогда цветущий курорт, место отдыха союзной элиты, артистов и писателей, профессиональных карточных шулеров и шикарных проституток (как же без них?). Теперь Пицунда стояла в запустении. Без приключений доехали до пограничного пункта у реки Псоу. Строго говоря, пограничная застава была номинальной. По большей части пограничники даже документов ни у кого не спрашивали, хотя и считалось, что здесь рубеж двух самостоятельных государств — России и Грузии.

— Мне дальше нельзя ехать, — сказал Руслан.

— Я понимаю, — заверила Светлана, — не хочешь лишний раз мелькать перед пограничниками.

Руслан кивнул:

— Спасибо тебе.

— За что?

— Не побоялась у нас отдыхать. Сама видела — теперь спокойно, не стреляют. Всем так дома скажи. Пусть приезжают, как раньше. Мы не позволим гостей обижать.

— Скажу.