Ожерелье для Франчески - Ли Уилкинсон

– Такой же, как ты? – не удержалась она от дерзости.

Он пронзил ее острым взглядом, но промолчал.

Вокруг стояла кромешная тьма, небо напоминало черный вельвет, и звезды казались на нем металлическими заклепками.

Экзотический запах цветов, лимона и специй растекался в знойном неподвижном воздухе, и казалось, что они находятся в тропиках, а не в пригороде Лондона.

Горничная внесла кофе на подносе и осторожно поставила на стол.

– Разлить кофе, сэр? – спросила она.

– Спасибо, Ханна, мы все сделаем сами.

Девушка ушла.

– Желаешь бренди или ликер?

– Мне только кофе.

Он добавил сливок и передал ей чашку.

– Спасибо. – Френ почему-то стало приятно, когда она поняла, что он все еще помнит ее привычки.

– Ты не хочешь немного подвигаться?

– Я хочу только спать. Допью кофе и пойду.

– Все еще сердишься на меня? – поинтересовался Блейз.

– Ты ждешь, я приду в восторг от того, что за мной шпионили?

– Нет, – признался он просто.

– Как долго он наблюдал за мной?

– Еще до отъезда из Штатов в Лондон.

– Значит, вот откуда ты знаешь подробности о моей личной жизни. – Ее вдруг поразила мысль. – Предполагаю, ты следил и за Керком? Тогда… Значит, ты должен знать, где он.

– Понимаешь, твой жених ухитрился улизнуть от человека, который следил за ним.

– До или после его поездки в Амстердам?

– А он не ездил в Амстердам.

– Но я сама видела, как он улетел.

– Ты поцеловала его на прощание, но он не сел в самолет. Он вышел из аэропорта и исчез.

– Я не верю, – решительно сказала Френ. – Ты точно знаешь, что твой детектив следил за тем, за кем нужно?

– Он следовал за мужчиной, с которым ты прощалась: блондин приятной наружности, не старше тридцати, стройный.

– Да, но… – Она покачала головой, словно это могло что-то прояснить. – Должно быть, здесь какая-то ошибка. Керк никогда не передумал бы в последнюю минуту… И почему тогда он не вернулся в магазин?

– Потому что не хотел, чтобы ты знала, что он не уехал.

Неожиданно ей надоела эта бессмысленная перепалка, и она перешла в наступление:

– Отлично. Ожерелье доставлено, оно у тебя. А ты продолжаешь порочить его репутацию, обвинять в авантюризме и планировании кражи твоих драгоценных рубинов. Знаешь, что я думаю по этому поводу? – Она на миг остановилась.

– Что я должен извиниться перед ним, – предположил Блейз.

– Да!

– Когда он приедет, так и сделаю. А ты?

– Что я?

– Перед тобой я обязан извиниться?

Она улыбнулась.

– Из-за того, что подумал, будто я желаю удрать куда-нибудь в Южную Америку, прихватив с собой краденое украшение? Это смешно.

Глаза его заблестели.

– Рад, что позабавил тебя. В конце концов, мы были когда-то хорошими друзьями.

Что-то в том, как он смотрел на ее губы, заставило ее насторожиться.

Поставив чашку на столик, Френ вцепилась в подлокотники кресла.

– Если не возражаешь, пойду спать. Такой изнурительный день… Если Керк приедет…

– Мортимер, без сомнения, впустит его.

– Тогда спокойной ночи.

Быстро встав, он подошел к ней и подхватил легко, словно перышко. Глаза его уставились прямо в ее расширенные зрачки. Сердце ее ухнуло куда-то вниз, и она перестала ощущать его биение.

– Будет намного легче, если ты обхватишь руками меня за шею, – предложил он.

Она не шелохнулась.

– Ну же! Или ты забыла, как это делается?

Френ разозлилась. Он явно издевается над нею! Закусив губу, она скользнула руками вокруг его шеи и обняла. Пальцы коснулись коротких вьющихся волос на затылке.

– Так удобнее, – мягко сказал он.

Он шел, а она краем глаза разглядывала его красивое лицо. Наконец спросила:

– К тебе приедет много гостей? Я имею в виду – на выходные?

– Около сорока человек. Один или двое закадычных друзей отца, соседи, деловые знакомые и их жены.

Френ удивилась.

– Я предполагала, что будет домашняя вечеринка для друзей и близких.

Блейз легко внес ее по ступенькам, даже дыхание не сбилось. В какой же он прекрасной форме, подумала она.

– Я вообще не хотел помолвки. Мелинда жаждала похвастаться прилюдно ожерельем и модельером…

Итак, он давно знал, кто модельер. Но зачем же тогда он пригласил ее на вечеринку? Не утерпев, она спросила его об этом. Ответом было: так захотела Мелинда.

Они приближались к дверям ее комнаты, и Френ соображала, как поблагодарить Блейза за помощь, но вместо того, чтобы поставить ее на ноги, как она ожидала, он посоветовал ей крепко держаться и, повернув ручку, вошел в комнату, закрыв ногой дверь.

– Что ты делаешь? – Голос ее прозвучал неожиданно высоко, почти визгливо.

– Что с тобой?

– Зачем ты вошел? – Она отчаянно старалась изобразить ярость, чтобы скрыть свой страх перед ним.

– Тебе может понадобиться помощь.

– Мне не нужна никакая помощь. Поставь меня, – холодно попросила она.

Пройдя к кровати, он положил Френ, а сам сел на краю. Итак, он поймал ее в ловушку.

Шторы были опущены, лампа затемнена с одной стороны, так что она лежала в освещенном круге, а его лицо было в тени.

– Теперь лучше? – вкрадчиво поинтересовался он.

Ничуть не лучше было лежать перед ним, сидящим, поэтому Френ попыталась хотя бы приподняться на локтях.

Блейз потянулся к ней и одним движением опять уложил ее навзничь. Склонившись над Френ, Блейз смотрел в ее широко открытые глаза, слушал прерывистое дыхание.

Френ прошептала:

– Пожалуйста, Блейз, позволь мне встать.

– Так удобнее и тебе, и мне, – удовлетворенно заметил он и расслабленно откинулся на спину.

Она осторожно перевела дух.

– Теперь позволь мне встать.

Увидев, как она бледна, он успокоил девушку:

– Не волнуйся, я не посягну на тебя в отсутствие твоего жениха.

Она взметнула ресницы.

– Тогда чего же ты добиваешься?