Как я решила умереть от счастья - Софи де Вильнуази

На другой день, выйдя из лифта, сразу натыкаюсь на Лору, которая при виде моих волос воздевает оба больших пальца в знак полного одобрения. Надо сказать, я и в метро уже не чувствовала себя такой незаметной, как раньше.

— Ничего себе! Ты так изменилась, потряс!

— Спасибо!

— Пальто новое? Просто бомба!

— Да, видишь, я послушалась тебя. Спасибо, Лора, ты была абсолютно права, давно пора было сменить прическу.

— Слушай, да я и представить не могла, что ты так помолодеешь! И глаза, глаза появились на лице! Я даже не замечала, какие у тебя красивые черные глаза!

— Ты извини, у меня что-то голова побаливает, я схожу за кофе и сяду работать, ладно?

— Никуда не ходи, я сама кофе принесу! А потом покажу кое-что интересненькое.

Подмигнув, Лора убегает. Я, конечно, очень ей благодарна, но напрасно она ведет себя при всех, как будто мы сообщницы. Ох, боюсь, попаду я с ней в переплет. Откуда мне было знать, что она этой игрой так увлечется? Наверное, видит во мне любопытную задачу — как превратить гусеницу в бабочку. Ну, или хотя бы в моль.

— Держи, только осторожно, горячий! Короче, пока ты наводила красоту, я тоже не сидела без дела и подыскала тебе кое-кого. По-моему, подходит. Вот, сама посмотри и скажи, что думаешь.

И без спросу сует мне в руки свой смартфон. Передо мной фотография профиля на Фейсбуке: лысоватый мужчина с бородой на фоне поросшей лесом горы устремил взгляд в неведомые дали.

— Кто это?

— Эрик Лежен, он мой «френд».

— Френд?

— Да, друг на Фейсбуке. Мы с ним, в общем-то, не знакомы, но я посмотрела профиль. Вроде ни жены, ни детей нет, в отпуск ездит один или с друзьями, и симпатичный!

— Ты хочешь меня познакомить с человеком, которого не знаешь?

— А что, лицо у него славное, как ты и просила — не красавец, не урод. И живет в Париже, очень удачно!

— Но вы даже не знакомы! Как он стал твоим френдом, раз он тебе не друг?

— Ну, может, он друг моего друга, не помню уже. На Фейсбуке это сплошь и рядом. Хорошего человека сразу видно, и вовсе необязательно его знать. А уж если тебя кто «зафрендил», значит, у вас наверняка много общего!

Я разглядываю фотографию Эрика Лежена и думаю, что общего у нас с ним может быть. Точно не любовь к походам, мне за городом совсем тошно.

— Ладно, только если ты сама его не знаешь, как меня-то будешь знакомить с ним?

— Да уж как-нибудь исхитрюсь! Ты, главное, скажи, он тебе нравится?

Нет, главное не это, а понравлюсь ли ему я. Не в моем положении привередничать. Есть у него две руки, две ноги и пенис — надо брать! Я же не любовь до гроба ищу, а просто мужчину на одну ночь. Или на две. Ну, это уже детали.

— Не знаю, так сразу сложно сказать… Надеюсь, изо рта у него не пахнет, а вообще да, он мне нравится. Лицо в самом деле приятное, и природу он любит, это уже плюс.

Лора прямо дрожит от радости, будто накануне новогодних скидок.

— Здорово, сразу нашли подходящего парня! Про остальное мы еще подумаем. Класс, я так рада — ты не представляешь, все идет как по маслу!

— Да-да, спасибо, Лора, только ты не забывай, что это между нами, хорошо? Если услышу хоть малейший смешок у себя за спиной — лишу тебя обеденных талонов!

Она клянется быть могилой и выбегает из моего кабинета, повизгивая от удовольствия. Остаток дня я стараюсь наверстать недоработанное вчера и не пересекаться с Лорой. А еще с нетерпением и тревогой предвкушаю вечерний психотерапевтический сеанс.

— Вы сходили к парикмахеру?

— Да, по наводке моей ассистентки Лоры.

— Вам очень идет!

— Спасибо.

Я краснею, а он делает вид, что не заметил этого. Должно быть, я кажусь ему невероятно жалкой. И все же менее жалкой, чем на самом деле.

— Ну, как там ваши планы, о которых мы говорили в прошлый раз?

— Скажем так: я предпринимаю кое-какие шаги, чтобы познакомиться с мужчиной.

— Вижу, вы занялись собой, уже хорошо. Хоть на этот раз процедура была приятной?

— И да, и нет.

— Расскажите.

— Мне было приятно, это же просто счастье, когда о тебе заботятся, массаж делают, и все такое… Да еще мастер попался обаятельный, обходительный, приветливый, ну прямо сказочно повезло!

— Но?…

— Но вот парадокс — это было еще и мучительно.

— Что же вас мучило?

— Видите ли, когда ты одна, ты не только живешь одна, ешь одна, засыпаешь одна, просыпаешься одна и одна ходишь по магазинам. Когда ты одна, никто тебя не трогает, не гладит, не обнимает, не любит. Это тяжело. Мне безумно не хватает заботы, и физической, и душевной. А тот парикмахер Люлю, его руки, теплые, живые… они вызвали у меня такую бурю эмоций, что даже стыдно стало. Он-то прикасался ко мне просто по-доброму и в мыслях не имел ничего дурного, он вообще голубой. А я не знала, куда глаза девать. Чувствовала себя едва ли не извращенкой. Только совсем убогие вроде меня могут трепетать, стоит лишь кому-то до их затылка дотронуться! Только совсем несчастные. И совсем одинокие.

— Зато благодаря его прикосновению вы смогли ощутить себя живой.

— Верно. И мне было еще больнее, ведь он ко мне прикасался без какого-то чувства. А так, понимаете, механически. Нежно, мягко, но механически, я бы сказала — рефлекторно. Работа у него такая, он ласков со всеми клиентами, и только меня одну это потрясло.