Люби меня через годы - Лилия Орланд

В общем, к дому Милены я подъехала совершенно спокойная и в хорошем настроении.

Татьяна Викторовна уже ушла на работу, и дверь мне открыла домработница Марина. Это была женщина средних лет, с чересчур ярким макияжем и объёмным шиньоном, выкрашенным в красно-каштановый цвет. Чем-то она неуловимо напоминала фрекен Бок из «Карлсона».

Впрочем, поздоровалась домработница вполне приветливо, и я решила пока не записывать её в разряд монстров.

— Саша пришла! — Милена только что была наверху лестницы и вот уже сжимала меня в крепких и искренних детских объятиях. Прям телепорт, а не ребёнок.

— Привет, малявка, — я провела рукой по её косичкам, подобные нежности немного сбивали меня с толку. — Чем сегодня займёмся?

— Марина учит меня печь торт к маминому дню рождения, хочешь с нами? — в её глазах стояла мольба, как будто я могла отказаться. Эта девочка совершенно не воспринимала меня как прислугу. А я слышала, что дети богатых родителей часто поступают именно так. И это казалось странным — Милена совсем не была капризной, избалованной девочкой. Напротив, она поражала своей искренностью и неиспорченностью.

— Конечно, хочу, — не могла не улыбнуться в ответ.

Мелкая просияла, схватила меня за руку и потащила в кухню. Войдя внутрь, я как будто оказалась в эпицентре маленького армагеддона. На всех поверхностях стояли чашки, чашечки, миски и кастрюльки, с содержимым и без него. Мойка была заполнена горой использованной посуды до самого крана. К тому же все столы, дверцы шкафов и даже пол были усыпаны тонким белым слоем.

— У вас произошло извержение мучного вулкана?

— Скорее, вулканическая активность одной маленькой девочки, — пояснила, улыбаясь, Марина, а малявка, устроившая кавардак в кухне, радостно захихикала. Ещё бы, её ж сравнили со стихийным бедствием.

— Это я чихнула, — похвасталась она.

— Ну будь здорова!

— Сейчас мы крем доварим и начнём убираться, — пояснила фрекен Бок, помешивая содержимое небольшой кастрюльки на плите, а стоявшая на детском стульчике Милена согласно закивала. Мол, точно всё уберём.

Когда раздался звонок у входной двери, только я ещё сохранила чистые руки, не перепачканные в креме или муке. Поэтому открывать отправили меня.

С улыбкой я шла по просторному холлу. Мне определённо повезло и с работой, и с подопечной. О чём-то подобном можно было только мечтать: я интересно провожу время с приятной девочкой и ещё получаю за это деньги.

Открывая дверь, продолжала улыбаться. Но вдруг улыбка сползла с моего лица.

Что?! Нет! Опять?

Я захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Как он узнал? И зачем пришёл сюда? Если обсудить субботнюю поездку в заповедник, это можно было сделать и завтра в школе. Мы ведь учимся в одном классе.

— Барановская, немедленно открой дверь! — раздался с другой стороны, слегка приглушённый дверью голос.

— И не подумаю, пока ты не объяснишь, зачем припёрся, Логинов!

— Я здесь живу! — вдруг заявил он и несколько раз ударил по двери кулаком. — А вот что ты здесь делаешь? Караулишь меня?

Я даже опешила от того, что он мог предположить подобное.

— Иди на фиг отсюда, — послала почти вежливо. Верить заявлениям Ярослава, что он живёт в этом доме, даже не собиралась

Но Логинов не оценил. Он начал яростно жать на кнопку звонка и вдобавок снова стучать кулаком по двери.

На шум из кухни выскочили Марина с Миленой.

— Что случилось?

Я даже не успела ответить, как они разглядели силуэт за узким окошком и обе расплылись в улыбках:

— Ярослав пришёл.

Логинов ввалился злой и взъерошенный.

— Что она тут делает? — указал пальцем на меня.

— Саша — моя няня, — почему-то начала оправдываться Милена. — А где твой ключ?

— Забыл, — буркнул Ярослав и протиснулся мимо меня, задев плечом. Специально.

— Это мой старший брат, — громким шёпотом прокомментировала Милена, пока этот грубиян поднимался по лестнице.

Судьба явно неблагосклонна ко мне и послала в мою жизнь чересчур много Логинова. Как будто открыла солонку не с той стороны, и вместо щепотки высыпалась целая куча. Теперь мой суп пересолен Логиновым. Он повсюду — в школе, на работе, даже на дополнительных занятиях в школьной газете.

Ну почему он не может быть хоть чуточку приятнее? Как сестра, например.

Настроение пропало. Мы с Миленой без особого энтузиазма помогли Марине прибрать кухню и отправились в сад, покачаться на качелях. Качели, кстати, были отличные — широкое сиденье, на котором можно поместиться вчетвером, и большой зелёный тент сверху. Не страшны ни дождь, ни солнце.

— Ты не обижайся на Ярослава, он хороший, — после долгого молчания вдруг выдала моя подопечная.

— Да? — недоверчиво хмыкнула я.

Милена уловила сарказм и бросилась на защиту брата.

— Да! Он добрый, просто…

— Что просто? — мне стало любопытно.

— Он говорит, что мама… — Милена смутилась и замолчала.

Да что ж такое, только мне собрались раскрыть семейную тайну и сразу на попятную.

— Что говорит Ярослав? — я подвинулась ближе к девочке и взяла её за руку. Знаю, что это нечестно манипулировать ребёнком, но желание узнать тайну оказалось сильнее мук совести. Причём намного.

Милена огляделась по сторонам, будто боялась, что её кто-то может услышать, а потом серьёзно посмотрела мне в глаза, почти по-взрослому.

— Ты никому не расскажешь?

— Никому, — я постаралась вложить в голос всю убеждённость, которую испытывала в этот момент. Да и кому говорить-то? У меня здесь даже друзей нет. Только эта маленькая девочка.

— Поклянись! — это было произнесено так торжественно, что я чуть не рассмеялась. Но сдержалась. Девчушку было откровенно жаль, да и вряд ли я сумею завоевать её доверие, если буду смеяться над тем, что для неё важно.

— Клянусь! — произнесла максимально серьёзно, даже ладонь перед собой выставила.

— Чем? — не отставала малявка.

— Своей пятёркой по русскому, — больше ничего не пришло в голову. Но, к счастью, Милену это устроило.

— Это всё из-за папы… — с тяжёлым вздохом выдала она и продолжила, понизив голос: — Яр, говорит, что мама его сожрала. — и тут же зачастила, вываливая на меня все свои сомнения и размышления: — Но мама не могла его сожрать, она же не чудище, она человек. И папа — человек. И он живой, я сама видела, мы ходили в кафе есть мороженое.

М-да, интересная ситуация.

— А что случилось с твоим папой? Где он?

— Ушёл…

— Почему?