Манящая опасность - Барбара Ханней

- Я очень просил его держать это в тайне, - перебил Айзек и замолчал, когда официант принес им воду. - Но в самом деле: не мог же я оказаться настолько бессовестным, чтобы в один прекрасный день попросту испариться, не поблагодарив человека, который сделал мне столько добра.

Однако ты покинул меня и без всяких угрызений совести заставил страдать! - Еле сдерживая слезы, Тереза поболтала содержимое своего стакана. Кусочки льда зазвенели, ударяясь друг о друга. Ей хотелось плакать. Неужели отец способен на предательство? За что все объединились против нее? Глазами, полными печали, Тереза смотрела на вереницы яхт, стоявших на якоре в бухте.

- Он знал, что ты собираешься уезжать? - Она не могла не задать этот вопрос, но сможет ли выслушать ответ?

- О нет, совсем нет. Он не имел к этому отношения.

Тереза глубоко вздохнула. Она обещала себе, что никогда не задаст Айзеку главного вопроса, но сейчас не владела собой.

- Мне нужно знать, Айзек... Как ты мог исчезнуть, ничего мне не сказав, после того.., что было между нами? Чем я тебе досадила, что ты решил сбежать?

Он сделал большой глоток и перевел дух. Тереза сжала руки с такой силой, что ногти врезались в кожу.

- Причин было много. Все шло к такому исходу. Между нами столько различий, словно мы выросли на разных планетах.

- Но это же не так! - выкрикнула она. - Мы росли вместе в одном доме. У нас столько общего. Мы.., мы любили друг друга. - Голос ее сорвался, па щеках появился стыдливый румянец.

Он допил свою воду одним большим глотком, и лед зашуршал на дне стакана.

- Мы были слишком молоды, - ответил он. -Юношеская страсть делала нас неуправляемыми.

- Ты хочешь сказать, что все, что было между нами, происходило под влиянием страсти, и ничего больше?

- Возможно. - Он пожал плечами и сделал кислую мину, пытаясь изобразить удивление. -Знаешь ли, еще вчера ты была моей маленькой худенькой сестренкой, которая ужасно неумело играла в крикет, и вдруг превратилась, - он галантно улыбнулся, - в невероятно красивую женщину.

Им принесли еду, и они надолго замолчали, доставая ножи и вилки из бумажных пакетиков и пробуя приготовленные блюда.

- Ты обратила внимание, что даже официант не мог оторвать от тебя взгляда?

- Хочешь сказать, я превратилась в какую-то искусительницу?

- Нет, тебя вряд ли можно обвинить в этом.

- Ну что ж, и на том спасибо, - парировала она.

- Опять же, - продолжал он с усмешкой, - всего за одно лето ты стала очень женственной - это было так неожиданно, что совершенно выбило меня из колеи.

От возмущения у Терезы округлились глаза.

- Может, я должна извиниться за то, что повзрослела? Смешно! - Вне себя от возмущения она оттолкнула тарелку с почти нетронутым салатом. Затем, по мере того, как она вспоминала прошлое, выражение ее лица смягчилось.

- Я была безумно влюблена в тебя с детства.

- Твое восхищение мной значило очень много. Благодаря этому я окончил школу. Помнишь, как меня тянуло все бросить и вести уличную жизнь, околачиваясь в негритянских кварталах или в подворотнях? Но мысль о том, чтобы вместе с тобой поступить в университет, добиться чего-то в жизни, спасала меня.

Он улыбнулся, и Тереза растаяла. Она наклонилась к нему.

- Я много раз удирала из дома в надежде найти тебя где-то на холмах. Она застенчиво улыбнулась.

- Неужели? - отозвался он. - Я-то думал, ты просто хочешь поддерживать себя в форме, бегая вверх-вниз по этим проклятым козьим тропам. Мы могли бы стать чемпионами по бегу.

- Я выиграла забег только один раз.

- Когда я впервые поцеловал тебя?

- Потом мы бегали гораздо меньше. Зато у них были другие виды физических нагрузок, вспоминала Тереза. Нет, в тот первый раз между ними не произошло ничего особенного. Они были робкими и слегка испуганными, осторожно исследуя открывшийся им незнакомый и таинственный мир. Тереза никогда не думала, что Айзек может быть столь нежным и любящим.

- Было очень трудно вести себя дома так, будто ничего не случилось, добавил он.

- Да, мы старались изо всех сил, но я помню, что мама стала с тобой еще более сдержанна. Тень прошла по его лицу.

- И твой отец намекнул, что мне стоит проводить больше времени с "молодыми людьми", играя в футбол или катаясь на яхте. Помнишь, я два раза на все летние каникулы уезжал работать на уборку фруктов? Это была отцовская идея.

- Я ненавидела эти отъезды, - отозвалась Тереза. - Мне было невыносимо скучно без тебя. Но в конце концов ты накопил достаточно денег, чтобы поступить в университет и пойти на курсы подводного плавания.

- Да... - вздохнул Айзек. - Поступив в университет, мы вдруг получили долгожданную свободу...

Тереза допила воду и подняла глаза. Айзек, нахмурившись, смотрел на нее.

- Тогда мы были еще так молоды.

- Мы чуть было не свели моих родителей с ума своими выходками, улыбнулась Тереза.

Вдруг по какой-то непонятной причине выражение лица Айзека сделалось свирепым. Он скатал свою салфетку в маленький шарик и с силой бросил на тарелку.

- У них было достаточно причин для беспокойства, - пробормотал он сквозь стиснутые зубы. - Как же, их юная принцесса связалась с беспризорником!

- Послушать тебя, так у пас все происходит, как в диснеевском мультике, - огрызнулась она.

- Вся паша история столь же не правдоподобна. У нее перехватило дыхание.

- Не правдоподобна?! Для меня это было более чем правдоподобно.

- В самом деле? - издевательски спросил Айзек. Он откинулся на стуле и глубоко вздохнул.

Тереза невольно залюбовалась шириной его плеч, сильными мускулистыми руками. Когда она с трудом отвела взгляд, то заметила, что в глазах Айзека опять появилась печаль, как будто за прошедшие девять лет на его долю выпало слишком много тяжких испытаний.

Он поморщился.

- Знаешь, когда ты молод, то для тебя нет четкой границы между реальным и воображаемым, разумом и чувствами. Нет четких ориентиров. Невозможное начинает казаться возможным.

Тереза очень долго молчала, глядя в пространство. Над морем появилась чайка, и девушка смотрела, как та бросается с высоты в воду, ныряет, снова взлетает. Слова Айзека все еще звучали у нее в ушах. Неужели отношения между ними действительно невозможны? Она никогда так не считала. Конечно, мать встанет на их пути. Но это не такая уж неразрешимая проблема, разве не так?

- По-твоему, если бы мы встретились сейчас, уже будучи взрослыми, все было бы по-другому?

- Да, конечно. Ты ведь уже связала свою жизнь с другим.