Манящая опасность - Барбара Ханней

- Думаю, нам нужно встретиться и все обговорить, прежде чем ты с головой окунешься в свою новую жизнь. "Антарес" никуда не денется.

- Ты уверен в этом?

- На все сто.

- Нам не придется погружаться в "неприятные воспоминания"?

Айзек глянул на нее, и его рука крепко сжала баранку. Терезе стало любопытно, не пожалел ли он о своем опрометчивом приглашении.

- Будем надеяться, что нет. - Айзек перевел взгляд на дорогу. - Я уверен: мы можем вполне интеллигентно побеседовать.

- Что ж, хорошо. Заезжай за мной в час. Тереза сказала себе, что сумеет это пережить.

В разговоре она будет старательно избегать любых опасных тем, вроде обсуждения причин его исчезновения. Пусть он рассказывает про свои деловые успехи. А она расскажет ему о планах Пола построить дом на холме. Так она думала.

В час дня Айзек показался в дверях. Даже в джинсах и в простой белой футболке он выглядел весьма элегантно.

- Если можно, я бы хотел заглянуть внутрь. Терезу удивила его просьба. Нахмурившись, она отступила назад и жестом разрешила ему войти.

- Я никогда не был в таких заведениях. И уж конечно, не учился в них. - Он усмехнулся. - Моей матери всегда не...

- Я понимаю, - остановила его Тереза. - Ты слишком много испытал, когда был маленьким...

Она замолчала. У Айзека вдруг сделался такой растерянный вид. Не стоит вдаваться в подробности его детства. Давным-давно Тереза узнала о нем все. Его мать пристрастилась к наркотикам после ухода отца Айзека из дома. Позже им сообщили, что тот погиб...

- Если хочешь, можешь посмотреть, как это выглядит вблизи. Обстановка у нас очень простая.

Айзек задумчиво почесал подбородок, разглядывая маленькое помещение, которое изнутри выглядело нисколько не лучше, чем снаружи.

- Мне казалось, что подобные школы - это современные просторные здания с огромными окнами, окруженные живописными тенистыми садиками с игровыми площадками.

- Большинство именно так и выглядят. Но вот наша - жалкий благотворительный приют.

Она наблюдала, как Айзек осматривал комнату. Он приостановился перед тем, что считалось учительским столом. Это был обычный деревянный кухонный стол, к тому же достаточно ветхий. Партами служили такие же древние столы, столешницы которых покрыли пластиком, а ножки укоротили, чтобы ученикам было удобнее сидеть. На каждом столе стояло по несколько белых коробок, в которых обычно продаются блюда быстрого приготовления. В коробках лежали мелки, цветная бумага, кусочки фольги. В одном из углов виднелись сложенный ковер и кучка изодранных школьных сумок.

Если убогость обстановки удивила Айзека, то при виде игравших там детей он потерял все свое самообладание. Мастере ошеломленно посмотрел на них, и его загорелое лицо вдруг побледнело.

- Все эти дети.., они из бедных семей?

- А кого ты ожидал увидеть здесь? Чистеньких, опрятно одетых ребятишек, тщательно причесанных и довольных жизнью?

- Да, наверное, что-то вроде того.

На фоне худеньких мальчишек и девчонок, которые в это время бежали мыть руки перед обедом, Айзек выглядел совершенно растерянным. Он ошеломленно смотрел на ребятню, одетую в обноски или в кое-как перекроенную взрослую одежду.

- И ты работаешь здесь?

- Да, как видишь, - пожала плечами Тереза. -Конечно, все в пашей школе висит па волоске. Денег у пас ни гроша, а родители у детей безработные. Но мы ухитряемся не падать духом.

Она пересекла комнату, чтобы помочь мальчику в очках завернуть кран в умывальнике. Айзек наблюдал за ними с выражением полного замешательства. Он потер глаза руками, как будто сомневался в реальности того, что видел.

- Знаешь ли, Пол тоже не хочет, чтобы я здесь работала. Он эту школу прямо терпеть не может.

- Да нет же.., я не имел в виду ничего подобного...

- Ну так как, я все еще Королева Холма? Он недовольно поежился и сжал зубы... Две дородные женщины средних лет раздавали детям пластиковые тарелки с бутербродами и миски с нарезанными фруктами. Одна из них взглянула на Айзека с нескрываемым любопытством, и на ее лице появилась широкая улыбка.

- Так это твой жених, Тереза? Наконец-то мы его увидели. - Женщина кивнула Айзеку, окинув его оценивающим взглядом. - Нечего сказать, хорошенький сюрприз ты приберегла для всех, - заметила она. - Хотя теперь-то я понимаю, почему ты так тщательно его скрывала.

- Нет, Хильда, - ответила Тереза, которую больше всего потрясла не ошибка помощницы, а странный задорный блеск, появившийся в глазах Айзека. Это не Пол. Это мой.., брат - Айзек.

- Ах, вот как. - Хильда была явно разочарована.

- К тому времени, как детей нужно будет укладывать спать, я вернусь, пообещала Тереза, направляясь с Айзеком к выходу.

Она открыла дверь со скромной табличкой, на которой было написано: "Директор школы-интерната Тереза Морроу". Айзек не смог удержаться от горькой усмешки.

- Ну и что ты все-таки здесь делаешь? Изображаешь из себя вторую Мать Терезу?

Ее передернуло. Откуда у него столько сарказма?

- Я-то думала, хоть ты меня поймешь, - примирительно сказала она. Разве эти дети не заслуживают такого же отношения, как и дети из благополучных семей?

- Вообще-то да... Но я все равно не представляю, как ты можешь здесь работать.

- Боюсь, это будет продолжаться недолго, вздохнула Тереза. - Земля в этом районе постоянно дорожает. Ходят слухи, что бизнесмены положили на нее глаз. Если они начнут действовать, у нас не останется ни единого шанса. Да и Полу не нравится, что я здесь работаю, он хочет, чтобы я нашла работу в более престижном месте.

- Для него так важно твое место на социальной лестнице нашего города?

Тереза вздохнула.

- Естественно.

- А как ты к этому относишься? Тереза не хотела обсуждать данную проблему. Она лукаво улыбнулась.

- Я думаю, постепенно мне удастся убедить его изменить мнение по некоторым вопросам.

Каким-то образом она совершенно ясно почувствовала, что Айзек ожидал другого ответа.

Они приехали в ресторанчик "На юте", расположенный на самом берегу, откуда открывался замечательный вид на море. Южное солнце уже давно светило в полную силу, поэтому они выбрали столик под тентом. Оба, не сговариваясь, заказали пресные лепешки из тыквы, салат и минеральную воду.

Айзек откашлялся.

- Я должен признаться, - начал он, как только они сделали заказ, - что все эти годы продолжал общаться с отцом.

Если бы Айзек признался, что жить ему остается три педели, Тереза, наверное, испугалась бы не так сильно.

- Серьезно? - выдавила она. - Он никогда не говорил...