Наперекор - Екатерина Васина

Солнцезащитный крем мне в помощь. Им я натерлась от души. На голову шляпу, на ноги - шорты, на грудь честного второго размера - футболку. Ну и сандалии, конечно. Специально купила для путешествия: легкие, на прочной подошве.

- Я часа на три. - крикнула маме, одновременно проверяя документы в рюкзаке и местные деньги.

- Погоди. - отозвалась она. - Довезу до центра. Мне все равно заехать кое-куда надо по делам. Обратно уже доберешься сама.

Я мысленно выдохнула. Ну надо же: несколько часов с родителями и уже чувствую себя маленькой девочкой, которой с мамой легче и не так страшно. Так дело дойдет до того, что стану звать ее с собой просить интервью у Дамиана.

Просто представила на миг картину: я тычу пальцем в ошарашенного владельца заповедника и капризно говорю: “мама-а-а, он не хочет разговаривать со мной”.

- Рада, что у тебя хорошее настроение. - отметила родительница, успевшая переодеться в голубой сарафан. - Но учти, что ржать в одиночку не самая здоровая привычка.

- Я не в одиночку. - парировала в ответ. - Я со своими мыслями беседую.

- Дочь, я не психолог и не психиатр, но разговаривать со своими мыслями нездорово вдвойне. Так, поехали.

Центр Мванзы выглядел… ну как центр. Светлые здания с плоскими крышами, в основном - административные. Дороги, наполненные автомобилями. Тротуары, где толкаются местные и туристы. Я прочитала, что здесь есть вполне интересные исторические места.

Мама высадила меня рядом с небольшой площадью, где бил фонтан. В разные стороны протянулись улицы, казавшиеся раскаленными добела из-за светлых строений и яркого солнца. Да уж, без солнцезащитных очков тут никак.

Я как раз раздумывала куда бы пойти, когда неподалеку раздался скрежет тормозов, а потом собачий визг. Следующий момент я запомнила отдельными кадрами. Вот с дороги вылетает собака, визжащая и подволакивающая задние лапы. Вот я бросаюсь к ней. Опять визжат тормоза, кто-то взвизгивает. Морда собаки прямо передо мной, она похожа на терьера. Боковым зрением заметила приближавшийся бампер автомобиля, зачем-то зажмурилась. Сбить не собьет, но задеть может. Я стояла на коленях перед собакой у края дороги.

Машина остановилась буквально сантиметров в двадцати. Собака продолжала визжать. Но дышала и, вроде, не собиралась умирать. Переломы?

- Идиотка! - заорали на английском. - Дура чертова, решила самоубиться? Давай лезь под другую машину!

Меня едва не снесло криком. Орал мужчина. Он вылез из машины, теперь подходил ко мне, продолжая ругаться. Английский я знала, ругаться на нем умела.

Только у меня дар речи пропал. Ко мне, пылая возмущением, приближался его заповедное высочество Дамиан Вольф. Собственной персоной в светлых штанах и белой футболке.

- Не ори! - одернула его.

Дамиан и сам осекся: увидел собаку. Потом обвел взглядом собравшуюся небольшую кучку людей.

- Не трогай ее. - приказал отрывисто. - Может укусить.

- Не укусит. - буркнула в ответ.

Трогать я не собиралась, пока не успокою. Собака продолжала повизгивать, когда заговорила с ней.

- Тихо, не бойся. - я разговаривала с ней по-русски. - Тебе больно, я понимаю. Давай мы поедем к врачу, посмотрим, что с тобой. Красивая собачка, умная, храбрая…

Я говорила все. что приходило на ум. Толпа постепенно рассасывалась, понимая, что ничего интересного не происходит. Собака перестала визжать, хотя ее и дрожала от боли. Но слушала внимательно. А потом… наклонила голову и лизнула меня в руку.

Пора.

Я поднимала ее очень осторожно. Знаю, многие бы сказали, что в голове у меня хлебушек. Брать раненную и явно бездомную собаку на руки, зная, что может укусить от боли и страха… ну так себе идея. Но в данном случае я слушала интуицию.

Собака не дернулась, только опять заскулила.

Я молча развернулась к Дамиану. Тот разглядывал меня круглыми глазами. Потом перевел взгляд на собаку, мотнул головой.

- Марш в салон.

Дважды повторять не пришлось. Я ухитрилась нырнуть на заднее сиденье, продолжая осторожно прижимать собаку к себе. В салоне оказалось прохладно, пахло древесным парфюмом. В меня буквально полетело то ли полотенце, то ли тряпка.

- Укрой ее. - произнес Дамиан, не оборачиваясь.

Мы влились в поток автомобилей, пока я лихорадочно и аккуратно накрывала собаку.

- Куда мы едем?

- А есть варианты? - огрызнулся Дамиан.

Я благоразумно проглотила достойный ответ. Он за рулем, да еще злой. Движение тут бешеное. Нам только аварии для полного счастья не хватает. Так что сидим молча и тихо разговариваем с собакой. Она прислушивалась к моему голосу, переставала скулить и тыкалась мордой в ладонь.

Нет, ну такое только в фильмах бывает! Первый же день, и я еду с Дамианом Вольфом в одной машине!

Правда, ехали мы недолго. Буквально через пятнадцать минут остановились рядом с небольшим и довольно замызганным зданием, вокруг которого росли чуть полинявшие от жары деревья. Тут было тихо, на длинном заборе лежали тощие кошки. Они проводили нашу машины сонными взглядами.

- Я так понимаю, это ветеринарка?

- Правильно думаешь. - кивнул Дамиан. - Вылезай.

Дверь он мне предусмотрительно открыл, но сам брать собаку не стал. Лишь поинтересовался:

- Не слишком тяжело?

- А у меня выбор есть? Тебя она цапнет.

Дамиан снова смерил меня странным взглядом, мотнул головой:

- Иди за мной.

Мне частенько приходилось бывать у ветеринара со своими питомцами, с теми, кого подбирала и пристраивала. Знакомый запах лекарств ударил в нос, в уши ввинтился визг. В следующий миг из дальнего кабинета вылетело нечто и, завывая, поскакало прямо на нас.

- … м-м-мать! - интеллигентно выразился Дамиан.

Я поняла, что ухитрилась запрыгнуть на один из стульев. Ага, вместе с собакой на руках. Она, кстати, притихла и круглыми глазами смотрела на завывающее нечто. Наш бравый владелец заповедника прижался к стене. Правильно. Неизвестно, что там за животное скачет.

Следом за воющим чудовищем выскочили ветеринар и, видимо, хозяйка чудовища.

- Хватайте Лисси!

- Она может убежать!

Орали они по-английски, но с сильным акцентом. Я поняла, что вот это воющее надо как-то поймать. Как? Плюхнуться на него в полете?

Но Дамиан нашел способ лучше. На входе висели занавески. Так он сорвал одну из них и, улучив момент, набросил на чудовище.

Оно взвизгнуло еще сильнее, запуталось и остановилось.

Тишина, правда, не наступила. Хотя ушам стало легче. То, что пряталось в занавеске, то и дело утробно рычало. Точно сообщало, что любому оторвет все выступающее при попытке поймать и вернуть в кабинет.