От него не сбежать - Мария Высоцкая

– Ты пришел меня оскорблять?

– Я? Нет. Я пришел открыть тебе глаза.

– Полтора месяца делал вид, что меня не существует, а теперь напился и приперся в мой дом? Благодетель. Справлюсь как-нибудь без тебя.

Луизка тяжело дышит, ее ноздри раздуваются. Она злится. Кидается в меня подушкой и вылетает из комнаты, громко хлопнув дверью.

– Ну и вали, – ору вслед, а минут через пять чувствую, что не могу встать. Сон в этот раз одерживает верх.

Утром на меня выливается ведро холодной воды. Лу мстит за ночь и без зазрения совести опрокидывает на меня эту чертову емкость ледяной жидкости. Литров десять.

Матерюсь, подрываясь с кровати.

– Совсем больная?

– Доброе утро, – Луиза приторно улыбается и ставит ведро на пол, – завтракать будешь? Нам через тридцать минут нужно быть в университете.

– Что? – часто моргаю и все никак не могу перебороть свое похмелье даже на каплю.

– В душ, есть – и на учебу, Мел… Вяземский, – говорит громко и очень звонко.

Морщусь от ее воплей.

– Я понял, только не ори.

Лу протягивает мне полотенце и указывает на дверь в свою ванную. Сама же выходит из спальни.

Какого черта я сюда приперся вчера? Видимо, снова переклинило. До ломки захотелось ее увидеть. Увидел, блть.

Мы едим вдвоем, в полной тишине. Оказывается, ее предки свалили на пару дней в столицу. Мелкого прихватили с собой. Так что мой вчерашний визит доставил дискомфорт только Луизке.

Она не говорит со мной, пока ест, и в машине тоже молчит. На университетской парковке сразу вылетает на улицу. Выходит и вздрагивает от бьющей рядом с ней хлопушки. Рябина ржет и хлопает ее по плечу:

– С днем рождения, подруга!

Сава еще что-то мелет, а я закрываю глаза. День рождения, черт. У нее сегодня этот гадкий праздник. Гадкий, потому что свои я предпочитаю не отмечать.

Она уходит, а я никак не могу отпустить ее из поля своего зрения. Чертов слабак.

На пары не иду. Рябина поддерживает мой порыв. Мы заваливаемся в бар неподалеку. Я отпиваюсь минералкой, Сава налегает на пиво.

– Я думал, вы все. Никаких вечеринок больше.

– Она замуж выходит, – говорю просто так. Не делюсь информацией, нет. Просто говорю.

– За кого?

– Угадай с одного раза.

– Явно не за тебя.

– Явно.

– И?

– Баста. Это точно все.

– Устрой ей день рождения. Ресторан, не знаю, сюрприз какой. Устрой и скажи все прямо.

– Что именно? – строю из себя идиота. Хотя я он и есть.

Рябина закатывает глаза и свинчивает крышку с еще одной бутылки солодового.

Мы сидим здесь несколько часов. Подтягивается еще пара знакомых. Все бухают, веселятся. Я же сижу в стороне. Вроде и присутствую, шучу, что-то говорю, но внутри никак не могу перебороть себя и перестать о ней думать.

– Пацаны, я погнал, – вытаскиваю ключи и, натянув на глаза черные очки, выхожу из бара.

Рябина прав. Стоит уже поставить во всем этом жирную точку. Сказать ей.

Из бара еду к себе на квартиру. Съемная студия в новом жилом комплексе. Выбираю подарок на сайте ювелирки, и его в течение часа доставляют домой. Заказываю ужин, какие-то нелепые шары, а потом звоню Луизе.

Время почти четыре. Пары у нее уже должны были закончиться. Она отвечает не сразу. Маринует. Но когда ее звонкий голос прорывается, все, что я могу сказать:

– Нужна твоя помощь. Срочно.

– Где ты?

– На квартире.

– Я приеду. Сразу, как только смогу. Сегодня.

Лу отключается. Соврал, знаю. Но не думаю, что она бы приехала сюда, попроси я ее об этом с неприсущей мне любезностью.

Хабибуллина появляется час через пару часов. Взвинченная, немного растрепанная.

– Лифт сломан, – объясняет свои пылающие щеки, – консьержка долго извинялась, прежде чем я поперлась по лестнице. Кто тебя вообще надоумил снять квартиру на четырнадцатом этаже? Сейчас сдохну, – скидывает балетки с острыми носиками и по стенке сползает на пол.

– Воды?

– Ага, – Луиза кивает и осматривает квартиру. Замирает. Открывает рот, но звуков не издает.

– С днем рождения, – чещу затылок и делаю шаг назад.

– Спасибо, – на ее лице пробивается улыбка. Она смотрит на розовые и белые шары с теплом. – Никакой помощи не нужно, да? – проводит пальцами по своему запястью.

– Нет. Утром, да и вчера, вышло хреново. Прости.

– Все нормально, – Лу выпрямляется, расстегивает пуговицу на клетчатом пиджаке и медленно стаскивает его с плеч, оставаясь в одном платье.

– Там еду привезли… я подумал… шампанского? – бормочу несвязно, понимая, что похож на придурка.

– Давай.

Луиза вышагивает в кухонную зону и внимательно наблюдает за тем, как я достаю бокалы.

– Забыл, – вытаскиваю из холодильника бутылку игристого и выдергиваю пробку с громким хлопком. Сладкая пена стекает по горлышку, моим пальцам, образовывая на кафеле небольшую лужу.

– О чем? – Лу смеется и подставляет бокалы.

Разливаю шипящий напиток и, ополоснув руки, дергаю ящик у прикроватной тумбочки. Вытаскиваю коробку и, вернувшись на кухню, протягиваю это розовое недоразумение с бантом Лу.

– Это мне?

– Себе покупал, но что-то не подошло, – ухмыляюсь.

Луиза развязывает бант и вытаскивает из длинного бархатного футляра цепочку. Сжимает пальцами кулон с инкрустированным топазом.

– Мой камень-талисман? – закусывает нижнюю губу, но продолжает улыбаться. – Помоги, – заводит руки за шею, чтобы накинуть цепочку.

Щелкаю замком и вскользь касаюсь пальцами ее выступающих позвонков. В штанах становится тесно. Твою мать.

Делаю шаг в сторону и залпом выпиваю бокал с шампанским, а после снова наполняю его доверху алкоголем.

– Что между нами произошло? – Лу тупит взгляд и смотрит в пол. –  Я тебя чем-то обидела?

– Нет.

– Ты игнорируешь меня полтора месяца, я не понимаю.

– Просто не было настроения. Бесит. Все.

Прихватываю роллы и ставлю на стол на низких ножках у дивана. Включаю телевизор.

– Я должна была рассказать про свадьбу. Даже пыталась, но ты трубку не брал.

– Это твое дело, – пожимаю плечами, – твоя жизнь.

Лу кивает и садится рядом. Почти. Между нами сантиметров десять. Ее пальцы сжимают бокал. Она делает глоток и на несколько секунд прикрывает глаза. Залипаю на ее розовых, влажных от шампанского губах.