Не бойся, ты со мной! - Мелани Милберн

Кабинка была слишком маленькой. Нине не хватало воздуха, ноги сделались ватными. Голова кружилась от мыслей – сказать правду? сбежать? или продолжать лгать в ожидании, когда топор падет на ее злосчастную голову?

И все-таки удача улыбнулась ей: он не спросил свидетельство о рождении Джорджии. Нина улыбнулась.

– Почему вы улыбаетесь? – спросил Марк. – Кстати, как быстро вы собираетесь растранжирить сумму, которую я вам заплачу?

– Это зависит от того, насколько вы щедры, – бросила она в ответ.

Марк округлил глаза и в нетерпении начал жать на одну и ту же кнопку.

– Мы еще пока не женаты, и я бы посоветовал вам сосчитать каждый пенни, пока они не исчезли.

Двери лифта раскрылись, и Нина поспешила выйти.

Она никогда не испытывала такого страха: ей часто доводилось играть роль Нади, но сейчас при одной мысли о сестре Нине становилось неловко. Она чувствовала пристальное внимание Марка. Украдкой, когда он считал, что она не видит, его взгляд скользил по ее телу. И от его взгляда она вспыхивала ранее незнакомым ей огнем. Случайное прикосновение его руки казалось Нине сродни удару тока.

Попробуй влюбиться в мистера Марселло и получишь одни неприятности…

Приемная в штаб-квартире банковской империи клана Марселло не оставляла сомнений в состоятельности своих владельцев: блестящий черный мрамор, ковры с высоким ворсом и чудесный вид из окна.

Нина кинула взгляд на картину на стене и едва не охнула, узнав в ней одно из полотен Ренуара.

– Мистер Марселло, – обратилась к Марку секретарша. – Мистер Хайгейт ждет в вестибюле для гостей.

– Следуйте за мной, – бросил он через плечо. Что-то в его голосе подсказало Нине, что он обращается к ней, а не к своей роскошной секретарше, не сводившей с нее изумленных глаз.

– Привет, – Нина протянула женщине руку. – Я Нина, невеста Марка. А это Джорджия, его племянница, дочка Андре.

Секретарша, едва пожав руку, отшатнулась.

– Я… я думала, ваше имя Надя, – выдавила молодая женщина. – Вы не помните? – Она выразительно округлила глаза. – Мы встречались.

Нина даже представить себе не могла, что Надя забегала в это здание, где мимо охраны даже мышь не проскочит.

– В сентябре, когда Марк был в Италии, – напомнила секретарша. – Андре вел переговоры, но вы настаивали на встрече с ним.

Нина знала, что Марк слышит каждое слово, и лихорадочно подбирала слова. Видимо, Надя виделась с Андре во время беременности. Нина продолжала молча гладить головку Джорджии.

– О, да… я тогда была немного не в себе… Секретарша перевела взгляд на спящего ребенка.

– Она очень похожа на Андре, да?

Нина кивнула, решив воздержаться от дальнейших разговоров.

– Принимайте все звонки, Катрина, – скомандовал Марк и потом чуть изменившимся голосом продолжил: – Пойдем, cara, у нас дела.

Cara? Так итальянцы обращаются к любимым. Их отношения вышли на иной уровень.

В холле перед кабинетом Марка тоже висели бесценные полотна, напоминающие о больших денежных средствах этой семьи.

– Сюда. – Он открыл перед Ниной дверь. – Я попрошу Роберта Хайгейта присоединиться к нам.

Девушка устроилась на стуле, осторожно расположила Джорджию на коленях и огляделась. Стандартный офис; высокие полки с книгами по стенам, фолианты, свидетельствующие о богатстве и вкусе. Марк, без сомнения, являлся человеком начитанным. На полках расположились учебники по экономике и финансам, бестселлеры и шедевры классики.

Она по-доброму усмехнулась, обнаружив, что они читают одни и те же книги. Помимо их воли между ними было что-то общее.

Девушка обернулась на звук тихо скрипнувшей двери. На пороге появился мужчина лет пятидесяти пяти с папкой в руках. Марк с непроницаемым лицом шел за ним.

– Cara, это Роберт Хайгейт. Роберт, это моя невеста, Нина Селборн.

Нина начала подниматься, но Роберт жестом остановил ее. Он пожал девушке руку и с нежностью взглянул на малышку.

– Маленькое сокровище. У меня тоже две дочки. Они моя жизнь и мое мучение.

Нина робко улыбнулась.

– Нелегко быть родителем.

– Но уверяю вас, игра стоит свеч. Моя старшая собирается замуж через два-три месяца, а кажется, будто вчера она ссорилась с мамой из-за школьной формы.

Нина издала сдавленный смешок, вспомнив, как спорили в детстве из-за одежды мама и Надя, но обстановка не разрядилась. Марк нетерпеливо заерзал на стуле.

– Приступим, – Роберт открыл папку. – Я составил документы так, как вы и просили. Мне следует объяснить их содержание Нине?

– Не нужно, – попросил Марк. Он явно скучал.

Нина засмущалась. Она плохо разбиралась в юридических бумагах и очень боялась подвоха.

– Как желаете. – Роберт положил перед ней бумаги. – Это всего лишь формальности, Нина, обычная защита имущества в случае развода.

Девушка поискала глазами имя Джорджии. Вдруг, если брак не сложится, Марк сможет забрать ее? Но такого пункта Нина в документе не нашла.

– Вот сумма вашей компенсации, – Роберт указал на цифру. Нина сглотнула.

– Слишком… большая. – Она подняла глаза и поймала настороженный взгляд Марка. Он очень умен, и ей необходимо держать себя в руках, если он заподозрит…

– Подпишите здесь. – Роберт указал строчку. – И здесь. – Он перевернул страницу. – Прекрасно, спасибо. – Адвокат закрыл папку и повернулся к Марку. – Примите мои самые сердечные поздравления. Могу я поинтересоваться здоровьем вашего отца, Марк? Как он?

– Он справляется… пока что.

– Ужасный удар, и так быстро после матери.

– Да.

Лицо молодого человека оставалось непроницаемым, но голос звучал глубоко, в нем слышалось неподдельное беспокойство. Это представило его в новом свете, перед Ниной был не сумасшедший бизнесмен, желающий покорить мир, а человек тонко чувствующий, готовый защитить тех, кого он любит и за кого несет ответственность.

Он станет великолепным отцом для Джорджии.

Нина явственно увидела, как он смеется с Джорджией на вечере по поводу ее первого Рождества, радуется ее первому зубу, первым шагам, вот он провожает ее в первый раз в школу… на первое свидание…

– О чем ты думаешь, Нина? – Голос Марка вывел ее из-за задумчивости.

– Извините, – девушка непонимающе хлопала глазами.

– Роберт предлагает открыть отдельный счет на имя Джорджии. Имущество Андре будет принадлежать ей по достижении возраста…

Девушка в волнении вскочила на ноги и крепче прижала ребенка к груди.