Бывшая жена - Дана Алексеева

Нельзя рубить с плеча.

Так можно и голову снести, не подумав…

Рубила уже однажды. Проходила. Тогда причиной была кажущаяся безысходность и чрезмерная эмоциональность, бушующая в крови.

Почти пять лет назад я сделала свой выбор. И сейчас должна быть в ответе за него.

Через кричащую мораль и собственные внутренние противоречия я пошла на постыдное дело. Да, пришлось так поступить, не горжусь этим… и не забуду никогда.

Но сделано это было не для того, чтобы в один «прекрасный» день перечеркнуть всё. Семью. Мужа, опустившегося до упреков. Отца, которого выбрала для своей дочери. Катя любит его всем своим маленьким сердечком. И я когда-то обещала себе полюбить Колю…

Да, не вышло… Но сохранить семью мне по силам.

Я разве плохо живу? Не хуже большинства, думаю. Крыша над головой, работа, дочка, муж… Ссоры, комплексы, недопонимания, усталость под вечер – тоже прилагаются. Стандартный багаж обычной женщины.

Раньше Коля не был так резок в выражениях и никогда не делал замечаний по поводу моей внешности. Может, потому что уделяла больше времени для себя?

Да, я начинаю рыться именно в себе.

У всех проблем есть причины и методы, с помощью которых можно их искоренить.

Мужу не нравится, как одеваюсь? Без проблем. Пересмотрю свой гардероб и постараюсь выглядеть «с иголочки». Все любимые заношенные футболки пущу на тряпки. Нет, лучше сразу выброшу…

Не нравится моя прическа? Отложу денег и запишусь в парикмахерскую. Велика ли проблема? Я и так хотела туда заглянуть, только времени все не хватало. Вот дождалась…

Не устраивает фигура? Да, она и меня не очень-то устаивает… Прямо перед зеркалом еще ничего, а вот боком – кошмар. Что ж, тренажерный зал и правильное питание ждут меня.

Всё, по существу. Всё не столь критично, ведь так?

«Ты дура», – где-то пищит голосок в подсознании, но я безжалостно его давлю.

Ежедневный макияж, которым пренебрегала, теперь красуется на моем лице. Платья, убранные на дальнюю полку, становятся актуальными и заменяют удобные джинсы и кофточки.

Да чего уж там, я даже укладку делаю с утра вместо привычного пучка или хвоста! Правда из-за недосыпа стою перед зеркалом с глазами как у китайца, но ничего… Привыкну.

Вот такая разукрашенная, с натянутой улыбкой от мыслей: «А как иначе? Как не улыбаться, все же хорошо!» – прощаюсь с мужем и дочкой, которые подвезли меня с утра до больницы.

– Сегодня заберу тебя пораньше на занятие. Не скучай, – целую Катюшу и захлопываю дверь.

Машу вслед уезжающей машине и, когда та скрывается из виду, иду к центральному входу поликлиники.

Сегодня надеюсь обегать всех оставшихся специалистов. Сделать это будет легче, чем в прошлый раз. По крайней мере физически, ведь сейчас на ногах удобная обувь на плоской подошве.

Да, я прислушалась к совету доктора Бродского. Что такого? Здоровье все-таки важнее.

Да и морально в больнице будет тоже легче, ведь хирург пройден, а это значит, что лицо бывшего не замаячит перед носом.

Как и предполагала, за два часа мне удалось поставить заветные штампики во всех кабинетах, кроме терапевта.

Сижу в очереди и зависаю в телефоне. Смотреть на других пациентов или тупо пялиться в стену или пол – не моё. Лучше поубиваю звезды «три в ряд» и скоротаю время, которое в больничной очереди тянется, как кисель.

– Вы следующая, – напоминает женщина-«контролер», запомнившая весь порядок очереди и жестко следящая за его исполнением.

– О, спасибо, – хватаю свои вещи и захожу в кабинет.

– Добрый день, – приветливо улыбаюсь врачам и усаживаюсь на место.

Терапевт отдает заполнять бумажки второму специалисту и просит пройти за ширму, чтобы провести осмотр и послушать меня.

В этот момент в кабинет заходит еще один доктор и обращается к врачу с каким-то вопросом.

Я чертыхаюсь про себя: «Бродский чувствует меня сквозь стены?»

Артем замечает меня и кивает в знак приветствия.

«Да пошел ты», – строю мину с таким посылом и отворачиваюсь.

– Подождите, сейчас послушаю пациентку и обсудим… За ширму, пожалуйста, – кивает мне терапевт.

Я расстегиваю пуговицы на платье и приспускаю его, оголяя вверх.

Ширма хорошо прикрывает от посторонних глаз людей, которые могут зайти в кабинет… Но не спасает от любопытного взора доктора, который между делом разговаривает с терапевтом и откровенно пялится на меня.

Нет, он, конечно, делает вид, что беседует, но я-то вижу и чувствую, как горит моя грудь, облаченная в белый лиф, от его взгляда.

Аня, он просто врач, просто врач…

Вон меня другой мужчина исследует стетоскопом, он тоже мысленно оценил размер и лифчик, и ничего, живем дальше…

Но терапевт проводит осмотр, а в нескольких метрах – бывший муж, которому просто по статусу не положено таращиться на меня полуголую!

– Одевайтесь.

О, святые небеса, эти минуты длились вечность. Я одеваюсь и жду, пока оформят нужные бумажки.

– Всех специалистов уже прошли? – интересуется терапевт.

– Да, – не без гордости заявляю. – Осталось заключение сделать.

– После трех подойдете в двадцать первый кабинет и сделаете без проблем.

– Почему после трех?

– Потому, что заключения делают после трех, – усмехается терапевт и поправляет очки. – Держите ваши документы, можете быть свободны.

Что за невезуха! «А что они до трех часов делают?» – я стесняюсь спросить.

Покидаю кабинет и иду уточнять полученную информацию в регистратуре.

– То есть до обеда никак? – спрашиваю в который раз, на что молодая девушка за стеклом недовольно хлопает ресницами, мысленно посылая меня на все четыре стороны.

Конечно, я же не дочь мера, в конце концов. Значит, придется идти в больницу завтра после трех, потому что сегодня после обеда у меня работа и занятия до вечера.

– Аня, – окликивает знакомый мужской голос сзади.

Бродский…

Медленно разворачиваюсь. А может, он захотел поиграть в супергероя и помочь мне? Было бы неплохо. Хоть какая-то польза от встречи с бывшим.

– Ты на столе забыла, – протягивает листок, один из ста, скопившихся в карте.

Облом с блатом и халявой, походу.

– Спасибо, – чуть киваю и беру листок.

– Домой?

– А что, подвезти хочешь? – усмехаюсь и сминаю алые губы. – Нам не по пути.