(Не) бывший папа - Клэр Вирго

— Вот и славно. собирай бумаги и жди меня в конференц-зале.

Она кивает, берет папки и скрывается в дверях, а я прохожу в кабинет, падаю в кресло и откидываюсь. мне нужно всего пять минут, чтобы сосредоточиться. Это очень важный клиент, один из богатейших людей страны обратился именно в мою фирму, и нельзя его упустить

Когда-то давно я начинал в мелкой юридической конторе на позиции младшего юрисконсульта, в быту «принеси-подай». Но мне повезло — меня заметил начальник и стал присматриваться, поручать сначала мелкие, потом все более крупные дела, и очень быстро я стал его помощником. Фирма специализировалась на бракоразводных процессах. И я бы до сих пор там работал, если бы однажды моего начальника не повязали за крупную взятку. И фирму распустили, пришлось все начинать с нуля.

И я начал. Благодаря опыту я научился изворачиваться и юлить, находить лазейки. Открыл сначала маленький кабинет и постепенно расширялся. В этот момент я и встретил Милу.

Мысли принимают другой оборот. Меня поглощают воспоминания о ее мягких руках и губах, о ласковых прикосновениях. Я постарался выбросить ее из головы, но сейчас память достает из закромов все новые и новые сцены, милые моменты, и я не могу ничего с этим сделать. Меня буквально затапливает лавиной из, казалось бы, давно забытых чувств и эмоций. И я теряюсь, тону, захлебываюсь в них. И главное — не хочу спасаться…

— Денис Алексеевич, — раздается голос Кати, — приехали.

С трудом выныриваю из мыслей, трясу головой, пытаясь прийти в себя и вспомнить, зачем я здесь. Ах да, Фролов, его жена, развод…

— Иду.

Встаю, быстро прокручивая в голове предполагаемый разговор. Все должно пройти идеально.

Идем вместе с Катей в конференц-зал. Там уже сидит Константин Фролов собственной персоной. Тучный, почти лысый и неприлично богатый. Он смотрит на меня, прищурившись, словно сканируя. Я привык. Так смотрят все богатеи. Да, я тоже не нуждаюсь, но его миллионов или даже миллиардов мне далеко.

— А вы точно справитесь. молодой человек? — спрашивает Константин.

— Для начала здравствуйте, — протягиваю руку, и он все-таки ее пожимает, хотя и не сразу. — И да, я справлюсь. У меня есть план.

— План? Это интересно.

Рядом с ним сидит и внимательно слушает какой-то востроносый прилизанный мужчина средних лет. Про таких говорят ничем не примечательный. В толпе столкнешься — не узнаешь. Но взгляд у него цепкий. Да и я научился отличать, так сказать, «коллег по цеху». Это наверняка его юрист, будет слушать и оценивать. Что ж, мне есть чем удивить.

Начинаю рассказывать, что я задумал, и лица обоих мужчин удивленно вытягиваются.

— А это законно? — спрашивает Фролов и поворачивается к своему юристу. Тот пристально изучает документы, но я вижу легкую улыбку.

— Что прямо не запрещено, то разрешено, — пожимает он плечами и кивает мне. — Может сработать.

— Может? — интересуется Константин немного недовольным тоном. — Максим Георгиевич, мне нужна не вероятность, а результат. Он будет?

Не успевает юрист ответить, как я встреваю в разговор.

— Будет, если все пойдет по плану. Вы со своей стороны сможете обеспечить всем необходимым, включая оплату тех, кого придется нанять?

— Без проблем, — отвечает Константин, вальяжно развалясь на стуле. — Если обеспечите мне нужный результат, в долгу не останусь. Посоветую вас всем своим друзьям, а уж в нашей среде браки и разводы — это как в туалет сходить. — Он смеется над своей скабрезной шуткой, а я морщусь. Воспитание и большие деньги не всегда идут рука об руку.

— Значит, договорились.

— Да, все, что нужно, я предоставлю. обо всем договаривайтесь с Максимом Георгиевичем, он моя правая и левая рука вместе взятые.

— Хорошо.

Я беру визитку, и мы подписываем бумаги и встаем. Пожимаем руки, и парочка уходит. Смотрю вслед. Прямо иллюстрация к рассказу Чехова «Толстый и тонкий».

Фыркаю и наконец расслабляюсь. Переговоры были нелегкими, но я доволен. Договор в кармане. Если все пройдет успешно, фирма выйдет на новый уровень.

Остаток дня проходит в рутине. Мы с Катей разбираем бумаги, обзваниваем клиентов и прочее. Да, я мог бы переложить это на плечи секретаря или нанять еще кого-то в помощь, финансы позволяют. Но, хотя я всецело доверяю Кате, в мозгу все время бьется мысль: «Хочешь, чтобы было сделано хорошо, сделай сам».

Наконец, наступает вечер. Тру лицо и беру пиджак. Надо забрать Руса обязательно поговорить с Милой. А потом с чистой совестью домой.

Не успеваю я войти, как слышу детские голоса. Заглядываю в группу: Рус сидит за одним столиком с девочкой и спокойно с ней играет в лего.

— Мне нравится твой папа. Я тоже такого хочу, — говорит она.

— Да, он хороший. Но я его не отдам, — заявляет сын.

— А я сама у него спрошу!

Она поднимает глаза, видит меня и вскакивает с места. Подлетает, обнимает за ноги, как всегда делает Рус, и заявляет:

— Будь моим папой!

Беспомощно смотрю на ребенка и не знаю, что сказать.

— Ира, иди сюда, не мешай дяде.

— Мам, я хочу, чтобы он был моим папой. Можно?

Поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с Милой. В ее глазах паника. А девочка все еще льнет ко мне, не желая отпускать.

— Ну пожалуйста! — раздается жалобный голосок.

Замираю, осознав, какое слово произнес ребенок, глядя на Милу. Мама! Мама?

***

Людмила

Стоило мне зайти на работу, как Анна Григорьевна сообщает, что меня вызывала заведующая. Неужели опять кто-то нажаловался? Но нет, всего лишь рабочие моменты, которые, однако, занимают слишком много времени. Уже пора бежать, завтрак скоро, и Антонина Николаевна меня отпускает. На лестнице сталкиваюсь с Денисом. Он смотрит на меня, явно хочет что-то сказать, но смотрит на часы и лишь кивает. Я киваю в ответ, и он сбегает по лестнице вниз и торопливо выбегает. А я не знаю, радоваться мне или огорчаться.

Решаю не забивать себе голову пустяками, и без того проблем полно. Мне сегодня еще на встречу идти с Федором Геннадьевичем, будь он неладен.

Дети спокойно играют весь день, занятия тоже проходят хорошо, и весь тихий час я пытаюсь представить весь разговор со своим вторым начальником. Предугадать все вопросы и ответы, все предложения, которые он может сделать. Хотя есть ощущение, что предложение будет только одно, но я намеревалась предложить другие варианты и очень надеялась его убедить. Отдавать долг натурой не входило в мои планы ни при каких обстоятельствах.

Сама не замечаю, как наступает вечер. Я заранее попросила родителей забрать детей пораньше, а тех, кого нет смогут, — оставить в соседней группе под присмотром другого воспитателя. Нужно еще в порядок себя привести и Иру отвести к соседке.