Моя любой ценой - Дина Данич

Багров молча подходит и, положив ладонь мне на поясницу, настойчиво подталкивает к ресторану.

Мне до жути неловко. А ещё его рука кажется такой горячей, что мне не по себе от такого, пусть и целомудренного контакта.

Нас, конечно же, не останавливают. Напротив, встречают как дорогих гостей. Распорядитель лично проводит и ничем не выказывает, что мой внешний вид неподобающий. Остаётся лишь догадываться о степени влиятельности Багрова.

Но вот когда нас приводят в отдельный небольшой зал, который больше похож на кабинет, я напрягаюсь уже всерьёз.

— Ваш официант скоро пойдёт, — услужливо произносит распорядитель и уходит, закрыв за собой дверь. Щелчок замка кажется мне оглушающе громким.

Оглядываюсь по сторонам, медленно отхожу к дальней стене. Сам Феликс стоит у двери. Его руки убраны в карманы, а поза кажется расслабленной. Но я не обольщаюсь. Все это лишь видимость.

До меня очень ясно доходит, что я по глупости сама шагнула в ловушку. И если Багров захочет, то сделает со мной все. А судя по взгляду, он точно хочет.

Наверное, я все же дура. Но сдаваться легко не стану. Поэтому хватаю со стола нож с вилкой и выставляю перед собой.

— Я буду кричать, — максимально угрожающе говорю. — Только троньте.

Расслабленное выражение тут же исчезает с лица Феликса. Похоже, зверя я все же раздраконила…

11. Злата

— Положи и сядь за стол, — выдает он. Причем звучит это как приказ! Хотя голоса Багров не повышает. — Злата.

Я против воли выполняю то, что Феликс говорит, сажусь, а внутри — словно струна натянута. И жду.

Мужчина медленно подходит, садится напротив.

— Ты боишься, — произносит уже немного мягче. — Не стоит. Я не обижаю женщин.

— Только преследуете, — невольно вырывается у меня.

— Оказываю внимание, — усмехается он. — Разве тебе неприятно?

— Что именно? — раздраженно фыркаю, сложив руки на груди. Почему-то от его пристального взгляда хочется спрятаться. Опять это чувство, будто я раздетая. — Что меня лишают права выбора?

— Посмотри на это иначе, Золотинка. Тебе показывают новые возможности.

— А если они мне не нужны?

— Ты сама не знаешь, что тебе нужно, — хищно ухмыляется Феликс, подаваясь вперёд. И я словно зверёк перед огромным диким зверем. Сижу и едва дышу. Настолько подавляет его энергетика.

— Вы вообще можете принимать, что не всегда ваше мнение — единственно верное?!

Ответом мне служит снисходительный взгляд. Ещё один.

— Очень скоро ты поймёшь, что зря бегаешь, красота. И оценишь.

— Звучит очень самонадеянно.

Тут дверь открывается, и входят целых два официанта, у каждого по подносу, и они ловко расставляют тарелки.

Я растерянно наблюдаю за их действиями. А разве нам не принесут меню?

Молодые люди быстро уходят, снова оставляя нас одних.

— Приятного аппетита, — говорит Феликс как ни в чем не бывало.

Смотрю на содержимое тарелок и понимаю, что там все то, что я ем обычно после репетиций. И что… мой режим и правда не будет испорчен.

Поднимаю растерянный взгляд на мужчину, тот лишь едва заметно улыбается. В этот момент я испытываю забытое чувство — когда о тебе заботятся. И хотя я понимаю, что это всего лишь способ убедить меня, склонить в нужную ему сторону, мне все равно приятно.

— Спасибо, — скованно отвечаю. — И вам тоже.

— Может, пора перейти на “ты”? — неожиданно предлагает Багров. Замираю под его взглядом. — Смелее, Золотинка. Я не кусаюсь.

Смущаюсь от его откровенной усмешки. И несмело киваю.

— Вот и умница.

Я все жду, что Феликс продолжит давить, загонять меня в угол, но он с безмятежным видом занят своей едой. И я слегка расслабляюсь. Тем более что готовят здесь просто обалденно. Сама не замечаю, как все съедаю.

После репетиций у меня всегда просыпается бешеный аппетит. Так что, закончив с едой, я чувствую себя уже более спокойно. И будто поняв это, Феликс снова вынуждает меня напрячься.

— Потанцуем?

— Здесь?

— Можем пойти в общий зал, — пожимает плечами. — Но мне показалось, там тебе будет неловко, и ты не сможешь отдохнуть.

Я подвисаю от его слов. То есть, выходит, отдельный кабинет он попросил, чтобы не смущать меня? Недоверчиво смотрю на Багрова, пытаясь понять — так и есть, или я ищу в нем хоть что-то хорошее?

— Не думал, что ты такая трусишка, — подначивает тот меня. Наклоняется в сторону и на панели рядом со столом нажимает какие-то кнопки. Звучит приятная медленная музыка. А я недоверчиво смотрю на Феликса. Он, что, не шутил?

— Ты слишком быстро сбежала после концерта. Так что должна мне танец.

Его наглость поражает. Откуда вообще берутся такие мужчины?

— Злата?

Вот вроде бы спрашивает, но на деле выходит, что подчиняет своей воле. И я сдаюсь, решив, что проще уступить и поскорее закончить этот ужин, чем продолжать спорить.

Наша разница в росте сейчас особенно чувствуется, когда я в простых кедах. И то, насколько огромный Багров, только усугубляет рядом с ним ощущение беспомощности.

— Дыши, — шепчет он, усмехаясь уголком губ. — Дыши, красота. Иначе мне придётся сделать тебе искусственное дыхание.

Рвано вдыхаю. Пытаюсь отстраниться, выдержать расстояние между нами. Но куда там! Все мои попытки приводят к тому, что Багров в итоге прижимается ко мне еще плотнее. И теперь у меня еще меньше возможностей для маневра.

Но не только. Помимо этого я теперь вполне определенно чувствую… хм… мужской интерес ко мне. И судя по размеру…

— И о чем это ты думаешь? — довольно ухмыляется Багров, а я краснею ещё сильнее, прячу взгляд, но мужчина настойчиво приподнимает мое лицо и, пока собираюсь с мыслями, атакует мой рот.

Реально. По-другому не скажешь. Этот поцелуй не имеет ничего общего с тем, как целовал меня Паша. Да, в прошлый раз Багров, похоже, сдерживал свои порывы.

Больше всего происходящее похоже на половой акт. Но языком. И это… Боже, это должно отталкивать и быть противным, но вопреки всем здравым мыслями в животе появляется томление, которое изредка бывало, пусть и в гораздо меньшей степени, с женихом.

Я растеряна и ошеломлена. А Феликс внаглую пользуется этим. Танец уже давно превратился в настоящую прелюдию. Его наглые руки уже вовсю трогают мои ягодицы.

Кажется, вот-вот все происходящее перейдёт на новый уровень, и вряд ли я смогу выстоять против напора настойчивого ухажера.

— Сладкая какая, — урчит Феликс, нагло проводя пальцами между ног. Поверх одежды, да, но и этого хватает, чтобы тело будто током прострелило. — Уверен, ты уже мокрая насквозь. Давай, расслабься, впусти меня, не думай.

Его слова долетают до меня как-то отдаленно. Тело словно своей жизнью