Страсть майора Тереха - Натализа Кофф

И вот здесь Тому пронзила дичайшая мысль. А кто сказал, что Терех холост? Отец, кажется, ни разу не распространялся на эту тему. Как и сам Терехов. Пусть он никому и не звонил в ее присутствии, не торчал в телефоне. И обручального колца на пальце майора не было.

Но ведь это ничего не значит! Кольцо можно и не носить. И жена, если таковая имеется, никуда не испарится.

Тома нервно усмехнулась. Да, определенно, дура. Возомнила невесть что, решила, раз уж Терех ее спас, улыбнулся пару раз, сверкнул перед ней мышцами и ямочками на щеках, значит, она ему понравилась? Набитая дура.

Головина выдохнула. Убрала вещи в шкаф. Заплела растрепанные волосы в косу и спустилась вниз, на кухню.

Раз уж других занятий у Томы нет, придется заняться готовкой. Тереху, даже если и женат, а питаться все равно нужно. И Томе тоже.

* * *

Кир смотрел на женские лодыжки. Наваждение какое-то! Помутнение разума и всех ранее здоровых частей мужского организма майора. Не иначе, а его сглазили, поломали в непонятных местах, у него срок годности истек! Да все сразу! Все вышло из-под контроля!

Лодыжки скрылись из виду на верхнем этаже. Киру удалось выдохнуть.

Так, нужно убрать воду с пола. Но Тереху было сложно двигаться. Казалось, он сделает шаг и ноги сами понесут его следом за Томой.

Ведьма она что ли!

Кир не узнавал себя. Он же здравомыслящий, прагматичный, привык просчитывать каждую мелочь и делать выводы.

Вот и сейчас… сделал. Только вывод оказался неутешительный.

Его переклинило на Томе Головиной. Нет, оно, конечно, понятно. Тамара – красавица. Стройная, гибкая, грациозная. Черты лица кукольные, глаза огромные. Волосы шикарные. И голос. Даже голос Киру нравился. Живое воображение майора мигом подсказало, что стоны в исполнении Томы снесут ему крышу. Впрочем, он и без стонов уже сбрендил.

Наклоняться было тяжко. Чертов непослушный, в полной боевой готовности член доставлял массу неудобств. Такими темпами Кир скоро вообще ходить не сможет.

– Дожил ты, майор, до маразма, – пробормотал Терех и вышел из дома вместе с ведром и тряпкой.

На первом этаже имелась и ванная комната, и кладовка, где можно было помыть и оставить ведро. Но Кир все же вышел на улицу. Он уже начинал думать, что спать в одном доме с Тамарой – опасно. А потому прикидывал, как поступить.

Оставить подопечную в домике одну – категорически нельзя. В идеале он должен держать ее в поле зрения все двадцать четыре часа. По идее, он должен спать рядом.

Спать, млять! А как ему спать с ней рядом, если он с трудом смотрит в ее сторону. И в мыслях он уже давным-давно Томку … в разных позах.

– Вот же сукамлятьматьвашу! – в сердцах прошипел Терехов.

Надо что-то делать. А что? Да и полковнику он пообещал, что с головы Томы ни волоска не упадет. И сам он будет держаться подальше.

Мужик он, или как? Слово офицера дал! Значит, будет держать.

* * *

Кир надолго завис во дворе дачи полковника. Изучил периметр, пути отхода, позаглядывал через забор к соседям. Прикинул все плюсы и минусы территории. Даже наколол дров. На всякий случай. Вдруг Тома решит искупаться в баньке. Или захочет посидеть у костра поздним вечером.

Словом, Терех занимал себя и свое тело работой, чтобы максимально оттянуть момент возвращения в дом.

Но время близилось к обеду. Здоровый и крепкий организм майора тонко намекал на прием пищи. Да и сам Кир решил, что запал слегка иссяк, а, следовательно, Томе ничто не угрожает. По крайней мере, Терех чувствовал, что может находиться рядом с девушкой и не бояться, что его мозги вновь поплывут.

Тома порхала от холодильника к плите, к столу и обратно. Что именно готовила девушка, Кир не уточнял. Но ароматы на весь первый этаж витали убойные.

Это было просто прекрасно. В животе майора моментально заурчало. Проснулся адский голод.

– Через десять минут можно обедать! – сообщила девушка и взглянула на Терехова.

Секунды две, не больше, Терех смотрел в удивленные глаза Томы Головиной. Видел, как меняется выражение ее лица. Как на щеках вспыхнул румянец, а тонкие пальцы торопливо убрали упавший на лицо локон.

Кир понял, что он даже не удосужился вернуть футболку на место. Швырнул на лавку у крыльца, а сам двигался по саду-огороду в одних штанах.

Ну не дебил ли? Дебил!

Потому что взгляд о Томы был потерянный. Ну вот, напугал девчонку.

– Душ приму, – пробормотал Терехов и прямиком потопал в ванную.

Дверь комнаты отсекла Кира от приятных ароматов будущего обеда, от робкого смущенного взгляда Томы, даже, кажется, от реальности.

Терех прикрыл глаза, уперся плечом в стену, стиснул кулаки до хруста.

Заставил себя вспомнить, что Томе всего лишь двадцать лет. И пусть она бойкая, боевая, дерзкая, а все равно – девчонка. Наивная и сопливая. Даже если и не девственница. А все равно глупышка.

Тереха понесло в самые дебри. Он совершенно не понимал, что с ним. Бесила мысль, что у Томы мог быть бойфренд. Или просто партнер. Молодежь ведь нынче со свободными взглядами. Для них сексом заняться – все равно, что чихнуть.

Да нет, Тома не такая. Видно же. И смутилась она, увидев Кира без футболки. Чтобы понять это, мозга, даже поплывшего, Киру хватило.

И все-таки Томка очень красивая. И косу заплела. Терех это заметил. Красиво заплела. Так она еще больше похожа на послушную девочку.

– Черт! Твою ж бабушку! – промычал Терех сквозь зубы и открыл глаза.

Душевая кабина сияла чистотой, становилось понятно, что и здесь Тома успела прибраться, пока он бегал по владениям полковника. И стало резко не хватать воздуха от мысли о том, что Тома была здесь несколько минут назад, наклонялась, прикасалась пальцами ко всему, что здесь было.

– Извращенец долбаный, – окрестил Кир сам себя и понял, что выбора у него не осталось. У него есть минут десять.

Майор Терех обязан оградить подопечную от опасности. Особенно, если опасность исходит от него самого.

Потому придется вспомнить далекую бурную юность и прибегнуть к помощи собственных рук.