Один маленький грех - Лиз Карлайл

— Боже милостивый! И что ты сделал? — Меррик Маклахлан перегнулся через стол, за которым они завтракали, в упор глядя на брата.

— Сказал ей, что она может остаться, — повторил Аласдэр. — Было поздно, бушевала гроза. Что еще мне было делать?

— Сказать ей, чтобы собирала вещички, — посоветовал Куин, хотя его рот был набит кусками почек. — Аласдэр, это очень старый трюк. Не могу поверить, что ты попался на него.

Меррик в негодовании отодвинулся от стола вместе со стулом.

— Должно быть, это все из-за вчерашнего удара по голове, — сказал он, направляясь к буфету, чтобы налить себе еще кофе. — Какая-то девка явилась к тебе с младенцем на руках, сказала тебе, что он твой, и ты сразу поверил ей?

— Она не девка, Меррик. Она совсем молоденькая девчушка. — Аласдэр порадовался, что не упомянул о трехстах фунтах, которые выманила у него мисс Гамильтон. Он бездумно оглядывал свою превосходно устроенную столовую и гадал, есть ли правда в словах брата. Может быть, он в самом деле немного спятил? Еще ему представлялось, что при свете дня все исчезнет как сон. Увы, этого не случилось…

— Ты собираешься все это съесть? — спросил Куин, указывая на все растущую горку копченой рыбы, которую Аласдэр механически продолжая накладывать на тарелку.

— Забирай себе, пожалуйста, — несколько запоздало предложил Аласдэр, потому что Куин уже переложил половину рыбы на свою тарелку. — Хотя как ты можешь есть после вчерашнего, не понимаю.

— У меня железный желудок, — заявил Куин, управляясь с яйцами. —Аласдэр, ты становишься мягкотелым. Можно еще кофе, Меррик?

Меррик наполнил чашку Куина и вернулся на свой стул.

— Аласдэр, что ты сказал слугам? — требовательно спросил он. — Дом, наверное, уже жужжит от сплетен.

— Моих слуг трудно шокировать, — невозмутимо отвечал хозяин. — Я сказал Уэллингзу, что ребенок передан мне под опеку, и он поверил. Особенно если принять во внимание, что мисс Гамильтон явно шотландка и похожа скорее на мою дочку, чем на ловкую девку.

— Но, Аласдэр, — начал Куин, — кто-нибудь мог припомнить, что ты ездил в Шотландию, и сделать соответствующие выводы. Ты редко бываешь там.

Аласдэр повернулся к нему.

— Очень редко, — согласился он. — За последние три года я был дома только один раз. Но в тот год, если ты помнишь, мы с тобой провели охотничий сезон в Нортумбрии, в охотничьем домике лорда Девеллина.

— Да, помню, — сказал Куин.

— И мы собирались пробыть там все праздники, — продолжил Аласдэр. — Но когда ты и Дев подцепили тех двух француженок в Ньюкасле, я оказался, так сказать, не у дел.

— Мы предлагали тебе присоединиться, — проворчал Куин.

Аласдэр покачал головой.

— Мне пришло в голову поехать домой, — сказал он, — раз уж я был менее чем на полдороге к нему. И у меня не было с собой слуги.

— Что ты хочешь этим сказать? — рявкнул Меррик.

— Никто, кроме Куина и Девеллина, не мог бы вспомнить, что я тогда был в Шотландии.

— Я все же скажу, что ты должен отделаться от нее, Аласдэр, — предостерег его брат. — Пока ты еще не принял на себя ответственность, а если и так, все равно эта маленькая плутовка ничего не сможет сделать.

— Видит Бог, Меррик, мне совсем не по душе, что в доме появился ребенок, — мрачно произнес Аласдэр. — Но будь я проклят, если малышке придется голодать из-за меня. Я слишком хорошо помню, что такое чувствовать себя нежеланным ребенком.

— Отец был строг, — сказал Меррик, — но мы никогда не голодали.

— Говори за себя, — запальчиво оборвал его брат. — Голод бывает разным.

— Ну, лучше всего до выяснения всех обстоятельств отправить ее в гостиницу, — вмешался Куин, похоже, из желания предотвратить ссору.

Аласдэр покачал головой.

— Не могу, — признался он. — Малышка едва начала ходить, а мисс Гамильтон сама почти дитя. Она показалась мне наивной и мягкосердечной. Я даже сомневаюсь, была ли она когда-нибудь за всю свою жизнь южнее Инвернесса.

— Веселенькая история, — сказал Меррик. — Ты будешь дураком, если не пошлешь маленькую шлюшку с ребенком собирать вещички. Кроме того, дядюшка Ангус ничего не сможет тебе рассказать. В апреле его корабль ушел в Малакку.

— Неужели? Я совсем забыл, — заволновался Аласдэр.

— Какое это имеет значение? — с вызовом сказал Меррик. — Он скорее всего сказал бы тебе, что эта леди Ачанолт ненамного лучше обычной шлюхи и что они не могут доказать, что ребенок твой.

Аласдэр отодвинул тарелку.

— В этом, дорогой братец, ты можешь ошибаться, — парировал он. — Ваше отношение начинает меня возмущать.

В порыве негодования он позвонил, вызывая лакея, но в комнату вошел сам дворецкий.

— Да, сэр?

— Мисс Гамильтон уже проснулась, Уэллингз? Дворецкий сделал большие глаза.

— Конечно, сэр, — отвечал он. — Она поднялась до зари и попросила лист почтовой бумаги.

— Почтовой бумаги? — повторил Аласдэр. Уэллингз кивнул.

— Она написала письмо и попросила непременно сегодня отправить его с первой почтовой каретой в Борнемут. Я полагаю, сейчас она в классной.

А-а… да. Отказ от места у полковника в Борнемуте. То есть она на самом деле остается. Аласдэр откинулся в кресле.

— Будь добр, проводи ее сюда, — сказал он. — И скажи, чтобы она пришла с ребенком.

В столовой воцарилось натянутое молчание. Но очень скоро в дверь тихонько постучали. Мисс Гамильтон вошла в комнату — и показалась Аласдэру еще меньше, чем при первой встрече. Половину ее красиво вылепленного лица занимали излучающие свет зеленые глазищи. Сегодня она была в коричневом шерстяном платье, которое, как ни странно, не выглядело некрасиво-тусклым, а, напротив, смотрелось элегантно. Коричневый оттенок прекрасно сочетался с цветом ее волос, которые она слегка закрутила. Такое сочетание подчеркивало нежность кожи цвета слоновой кости, и Аласдэр только сейчас заметил, что девушка совсем не была простушкой. Она обладала хрупкой, утонченной красотой — красотой женщины, а не девочки. Это открытие немного обескуражило его.

— Проходите, мисс Гамильтон, — вымолвил он, вставая. Она неловко присела и прошла с девочкой дальше. На этот раз малышка была одета в кружевное платьице поверх панталончиков, собранных на лодыжках голубыми лентами. Она смело шагала впереди, показывая на что-то за окном и фыркая от смеха.

— Мисс Гамильтон, мой брат Меррик Маклахлан, — сказал Аласдэр. — А это граф Уинвуд. Они пожелали увидеть девочку. Не могли бы вы показать ее моему брату?