Рыжий доктор - Екатерина Вильмонт

– Факт! Правильно чувствуете. Но вы мне не просто нравитесь… Вы мне чертовски нравитесь! Но я… я просто не знаю, как с этим быть…

Она звонко рассмеялась.

– Как там было у Пушкина? «Ужасный век! Ужасные сердца!» Совсем мужиков загнобили… Я не стану обвинять вас в харрасменте, а просто приглашу вас к себе, вот прямо сейчас. Как вы на это смотрите? – лукаво улыбнулась она.

– С восторгом смотрю! Надо позвать официантку со счетом!

Она потянулась за своей сумочкой.

– Не вздумайте! – рявкнул он.

– Скальпель! Зажим! – фыркнула она. – Прелесть! Настоящий мужик чувствуется!

Он уже дрожал от нетерпения, так ему хотелось ее прижать к себе.

– Идем скорее, – хрипло прошептал доктор Симачев.

По пологому пандусу они поднялись на набережную.

– Ой, смотрите! – закричала Оксана.

По набережной на скейте катился мопс. Причем стоило доске замедлиться, как песик соскакивал, разбегался и, придав скорости скейту, катился дальше.

– С ума сойти! Смотри, Игорь!

– Да, удивительное зрелище! – пробормотал он, отметив про себя, что она уже говорит ему «ты».

По случаю субботы на набережной было очень много народу.

Доктор вдруг обнял Оксану за плечи и прижался губами к ее шее. И ощутил ответный импульс.

– Потерпи, Рыжик, нам уже близко, – прошептала она.

– Ты сводишь меня с ума!

Последние сто метров они почти уже бежали. Войдя в подъезд, оба замерли и бросились вверх по лестнице. Она жила на третьем этаже.

В октябре в Израиле темнеет куда раньше, чем в Москве.

Игорь Анатольевич вернулся к тетке в начале девятого в полном смятении. Открыл дверь своим ключом и тут же ему под ноги с воплем кинулся котенок. Доктор Симачев подхватил его на руки, поцеловал в лобик, прижал к себе.

– Прости, маленький! Такое дело…

Тетка тоже выглянула в прихожую.

– Тебя можно поздравить?

– С чем, тетя Роза?

– Дорогой мой, тут трудно что-то утаить… Я в окно видела, как вы с Оксанкой мчались… Ясно же зачем, если ты сразу же не появился. Что ж, она хорошая женщина, и тебе давно пора… Ишь, покраснел, как мальчишка… Ужинать будешь?

– Спасибо.

– Спасибо, буду, или, спасибо – нет?

– Буду!

– А найденыш твой извелся весь, плакал…

– Я уж извинился перед ним.

– Он принял твои извинения? – усмехнулась тетка.

– Судя по тому, что не слезает с моего плеча, принял, – рассмеялся Игорь Анатольевич.

– Это что же, курортный роман?

– Откуда я знаю… Я ведь скоро уеду…

– Ты влюбился?

– Откуда я знаю?

– Какие ж вы, мужики, гнусные… Она же небось влюблена уже до полусмерти…

– С чего вы взяли? – вдруг перепугался доктор Симачев.

– Ты ей сразу глянулся, а она не такая, чтоб первого попавшегося к себе тащить… Она женщина с глубокими чувствами…

– Тетя Роза, чего вы от меня хотите?

– Могу продолжить твой монолог: «Тетя Роза, чего вы от меня хотите? Чтобы я, переспав с женщиной, сразу сделал ей предложение? Бросил все и остался в Израиле, где мне нечего делать? Я сюда приехал ненадолго…» И так далее. Я права?

– Правы! Конечно правы! Но дело в том, тетя, что мы с Оксаной абсолютно взрослые люди. Она не девчонка, которую я лишил невинности…

– Замолчи! А то наговоришь такого, что самому потом тошно будет. Но ты, конечно, прав, я не стану лезть в ваши с Оксанкой дела. Меня все это не касается… Я пойду смотреть сериал, а ты помой посуду.

– Конечно, тетя Роза. И не надо на меня сердиться.

– А я и не сержусь… Ваше дело молодое…

Когда утром он вышел на кухню, тетушка стояла у окна.

– С добрым утром! Что вы там высматриваете?

– Ничего. Просто люблю смотреть в окно. А вон, кстати, твоя идет… На работу.

Он невольно подскочил к окну. Тетка ухмыльнулась. В самом деле, он увидел Оксану в шортах до колена и свободной белой рубашке. Она шла быстро и говорила по телефону. Его кинуло в дрожь. Если она оглянется… Он не успел придумать, что тогда будет, как она подняла руку. К ней быстро подъехало такси. Она села и уехала, не оглянулась. Вот и хорошо…

До отъезда доктор Симачев еще трижды побывал у Оксаны. Это была неподдельная страсть с обеих сторон, но никаких разговоров о дальнейшем никто не заводил. Казалось, оба понимали, что они с разных планет. Им было хорошо вместе, но…

Накануне отъезда Розалия Моисеевна спросила:

– Скажи, детка, а если я на прощальный ужин приглашу Оксану?

– Ничего не имею против.

Но Оксана отказалась, сославшись на то, что должна подготовить к конкурсу свою ученицу. С доктором Симачевым она попрощалась еще вчера. Надо признать, Игорь Анатольевич вздохнул с облегчением.

Тетка поехала провожать его в аэропорт.

– У тебя могут быть какие-то недоразумения из-за Рыжика, без иврита замучаешься…

Рыжику заранее была куплена небольшая переноска, но он в ней выглядел как-то сиротливо. Сердце доктора Симачева не выдержало, он достал малыша и сунул в карман ветровки.

– Игоречек, но в аэропорту его все же придется посадить в эту сумочку…

– Понятное дело, но пусть пока у меня побудет, жалко… Маленький ведь, а каково ему будет в аэропорту, как страшно…

– Так, может, оставишь его мне?

– Ни за что! – вырвалось у Игоря Анатольевича. – Это мой зверек, я его нашел!

В аэропорту документы Рыжика изучали куда придирчивее, нежели паспорт его хозяина.

– Спасибо огромное, тетя Розочка, что поехали с нами. Без вашей помощи я бы с ума сошел, – целуя тетке руку, проговорил Игорь Анатольевич.

– Ну я же знаю, как тут бывает, – усмехнулась тетка. – Иной раз без иврита совсем беда. Даже и с английским не всегда разберешься. Ну что, Игорек, я была так рада, что ты у меня гостил… С тобой легко и приятно, ты хороший мальчик, и уверена, что скоро у тебя все пройдет… Скажи, а что с Оксанкой?

Он смутился.

– Не знаю… Мы в разных странах… И вообще… Передавайте ей привет…

– Созваниваться будете?

– Там видно будет…

– Ох, какие вы, мужики, все-таки поганые… Ладно, думаю, жизнь покажет.

– Вот именно!