Электрический идол - Кэти Роберт

очки, фиолетовые блестящие брюки, оранжевая толстовка с изображением кошки с выпученными глазами и красные кеды. Будучи одной из Тринадцати, можно делать все, что пожелаешь, а людям остается с этим соглашаться. Таковы преимущества власти. Похоже, Гермес меньше всего волнует, что о ней думают окружающие. Кажется, ей нравится повергать людей в шок и бросать вызов. Этого достаточно, чтобы она вызвала у меня интерес, но она одна из Тринадцати, а потому стараюсь держаться от нее подальше.

Но не сейчас.

Я не пытаюсь прикрыться и не краснею, не выдавая, что нахожусь в замешательстве.

– Здравствуй, Гермес.

– Привет, Психея. – Она наклоняется и смотрит на мою грудь. – Это бюстгальтер от Джульетты? Изумительный. И я так говорю не только из-за впечатляющего размера твоей груди.

Я стараюсь сохранять спокойствие. Мне нечасто доводилось общаться с Гермес, но во время тех нескольких разговоров, которые у нас с ней состоялись, чувствовала, будто иду по минному полю с завязанными глазами. Она нравится Персефоне, но у Персефоны теперь достаточно власти, чтобы общаться с Тринадцатью, не боясь последствий. Мне не так повезло. Для появления здесь Гермес нет объективных причин, но вопреки всему надеюсь, что ее привело сюда простое любопытство, а не обязанности.

– Чем могу помочь?

– Может, я просто хочу поболтать.

Это меня не успокаивает. Я замечаю ее озорной взгляд.

– В самом деле?

– Нет. – Она широко улыбается, заметив выражение моего лица. – Ладно, да, ты меня поймала. Я по официальному делу. У меня для тебя сообщение.

Черт побери, этого и боялась.

– Сообщение, которое не могло подождать, пока я оденусь.

Она пожимает плечами.

– Прости, милая. Оно помечено как срочное. Ты же знаешь, как все устроено.

Знаю, в теории. Я всегда обходила ловушки, которые расставляет элита Олимпа. Я тоже обладаю долей власти, раз моя мать Деметра, но действительность гораздо сложнее. Даже среди Тринадцати существует иерархия. Наследные титулы: Зевс, Аид и Посейдон – стоят отдельно. Статус остальных колеблется в зависимости от года, сезона, а порой и недели. Старшинство имеет значение, как и обязанности, связанные с титулом, – пример тому Арес и армия Олимпа.

Учитывая заключенные союзы, постоянные распри и мелкие обиды, стоит сделать одно неверное движение – и половина Олимпа ополчится против тебя.

Мы все видели, как это происходило с Гераклом. Будучи членом семьи Зевса, он должен был оставаться практически неуязвимым, но слишком усердствовал, пытаясь раскрыть темные тайны блистательного Верхнего города. В результате от него отвернулись все. По официальной версии он покинул Олимп по собственной воле, но, судя по тому, что теперь все боятся даже упоминать его имя, эта история говорит о другом.

Стоит перейти дорогу Тринадцати – и тебя сотрут с лица земли.

Я сдерживаю вздох.

– Хорошо, послушаем это сообщение.

Гермес выпрямляет спину и прокашливается. Когда она начинает говорить, с ее губ срывается мужской голос.

– Это все еще не скоро успокоится. Есть только один способ удержать наших матерей от войны. Встретимся сегодня вечером в «Эребусе». Приходи одна.

Я знаю этот голос.

– Эрос. – О чем он только думал? Нельзя, чтобы нас видели вместе. Папарацци, которые снабжают MuseWatch, обязательно узнают об этом, даже если мы встретимся там, где ни он, ни я обычно не бываем. Попасться во время случайной встречи – одно дело. Но если нас поймают снова, это разожжет адское пламя сплетен.

– Почему ему просто не позвонить мне, если он хочет поговорить?

Гермес вскидывает брови.

– И рисковать, если ты решишь записать разговор и использовать против него?

В ее словах есть смысл, но все же…

– В любом случае ничего не мешает мне это сделать.

– Может, он тебя обыщет – в очень сексуальной манере. – Гермес встает на цыпочки. – Знаешь, я должна спросить. Вы трахались в той уборной на вечеринке две недели назад?

– Нет. – Я вспоминаю Эроса в окровавленной рубашке, когда он произносит низким голосом: «Это кровь красотки, которая задавала слишком много вопросов». Он подручный Афродиты. Неужели она решила, что я представляю проблему, которую нужно устранить?

Нет, это лишено всякого смысла. В Олимпе существуют тысячи способов уничтожить кого-то без необходимости причинять физический вред. Даже будучи дочерью Деметры, я вряд ли неуязвима, и если бы Эрос хотел меня устранить, мог бы это сделать. Не назначая личную встречу.

Я не думая примеряю следующее платье. Оно так же ужасно, как и первое. Боги, ненавижу, когда дизайнеры ленятся. Сосредоточившись на этом, прихожу в себя и, когда вновь поворачиваюсь к Гермес, больше не рискую потерять самообладание.

– Полагаю, ответ ему не нужен.

– Нет. Ответом будет твое присутствие на встрече сегодня вечером – или отсутствие, смотря по обстоятельствам.

Я должна прийти. У меня нет выбора. Он прав: нам нужно поговорить о том фото и наших планах. Если Афродита злится из-за всего этого так же сильно, как моя мать, стоит предложить желтой прессе другой объект внимания, чтобы они забыли о нас и нашем запретном романе.

И все же… мы не можем допустить, чтобы появились новые фото, показывающие нас вместе. Назначенное Эросом место находится в Верхнем Складском районе, который большинство из Тринадцати обходят стороной, а значит, это делает и большинство папарацци. Все должно пройти хорошо, но это не означает, что мне можно расслабиться.

Я думаю о Гермес. Пользоваться ее услугами опасно. Ее заботят только она сама и, возможно, Дионис, а значит, не могу рассчитывать, что сообщение будет сохранено в тайне. Ей ничто не мешает выйти на сцену в каком-нибудь караоке и пропеть грязные тайны всех собравшихся в зале, что, по слухам, она и сделала примерно через год после того, как стала Гермес. До того момента никто не воспринимал ее всерьез, но после все увидели, какую она представляет угрозу.

Это наводит меня на мысль…

– Гермес, не хочешь поучаствовать в небольшой дружеской афере? В рамках твоих профессиональных обязанностей, разумеется.

Она лукаво улыбается.

– А знаешь, вы, женщины Димитриу, не перестаете меня удивлять. Я даже готова поучаствовать в этой дружеской афере бесплатно.

Не знаю, хорошо это или плохо, но я не из тех, кто смотрит дареному коню в зубы.

– Сегодня ты будешь веселиться.

– Я и так собиралась. У Диониса появился отличный новый товар, который мне не терпится попробовать.

Я не обращаю внимания на ее комментарий.

– Сходи куда-нибудь и опубликуй об этом пост. Отметь свое местоположение. Заставь всех поверить, что я с тобой. А потом устрой им веселую погоню. – Нет лучшего алиби, чем один из Тринадцати. Кто назовет Гермес лгуньей? Никто. Во всяком случае, не в лицо. Если