Друзья навсегда - Никки Логан

Спотыкаясь, она пошла к воде:

— Должно быть, это самый отвратительный напиток, какой я когда-либо пробовала.

Марк ответил так, словно с того момента, когда Бет в последний раз говорила, не прошло нескольких часов:

— Ты к нему привыкнешь. Он поможет тебе набраться сил.

Она посмотрела на темное неподвижное тело второй косатки:

— Ты действительно считаешь, что это ее детеныш?

— Да, вероятно.

— Он умер оттого, что слишком мал?

— Он не намного меньше своей матери. Я полагаю, что он не новорожденный. Некоторые выбросившиеся киты умирают через несколько дней, некоторые — через несколько часов. Как люди — кто-то сильнее остальных.

— Бедный малыш.

Они принялись методично поливать косатку водой.

— У тебя не было детей с Маккинли?

Бет оказалась не готова к тому, что этот вопрос вызовет в ее душе такую боль. Она отвернулась от Марка и стала увлажнять кожу косатки около глаз.

Вопрос Марка повис в ночной тишине. Он терпеливо ждал ответа.

— Нет. Детей не было, — выпалила она.

— Ты их не хотела?

«Я их не заслужила!»

Дети явно не должны рождаться в такой семье, какая была у нее с Демьеном.

— Не особенно… нет.

Пусть Марк думает о ней все, что ему заблагорассудится.

— Забавно.

Какое-то время Бет молчала, потом спросила:

— Что забавного?

— Я всегда считал, что ты будешь хорошей матерью. В глубине души я полагал, именно это привлекло тебя в Маккинли. Он рвался обзавестись семьей и детьми.

Бет тихонько фыркнула:

— Нет. Демьен был не в восторге от семейной жизни.

Демьен восторгался лишь одним — алкоголем. Поначалу, когда их семейные отношения немного разладились, Бет решила родить ребенка, чтобы сохранить брак. Но ситуация ухудшалась, и Бет поняла, что ее идея неосуществима.

— Чем же ты стала заниматься? — непринужденно спросил Марк. — В плане карьеры.

Она мгновенно напрягла плечи, отчего ей стало еще неудобнее поливать косатку водой. Бет охватило сильное смущение. Ее работа совсем не имела отношения к той блестящей карьере, которую воображал для нее Марк.

— Я работала в розничной торговле. — Она съежилась и покраснела. — Обслуживала клиентов.

Он нахмурился:

— Ты не окончила университет?

С трудом сглотнув, Бет сдержанно ответила:

— Нет.

Перестав поливать косатку водой, он уставился на Бет. Что читалось в его взгляде — удовлетворение или смущение?

— Демьен не хотел, чтобы я делала карьеру.

— Но он позволил тебе работать в торговле.

«Позволил».

Она поджала губы:

— Я решила работать. Я хотела, чтобы у меня было какое-нибудь занятие. Что-нибудь, не связанное с Демьеном и его семьей.

Марк покачал головой.

— Что? — спросила она.

— Ты так хотела учиться в университете, — сказал он.

В течение трех лет они оба мечтали учиться в одном университете. Так было до тех пор, пока у Бет не состоялся разговор с матерью Марка, который все изменил.

«Ты увлекаешь его своими мечтами, Бет, — нервно шептала ей миссис Дунканнон в тот день, когда Бет пришла к ним в дом, и крепко сжимала плечо шестнадцатилетней девушки. — Он не так умен, как ты, он не готов учиться дальше. Ему нужно работать и пробивать себе дорогу в жизни».

«Пока он с тобой, он никогда не добьется того, чего хочет от жизни. Он не собачонка, которую нужно обучать и отдавать ей приказы. Ради тебя, Бет Хьюз, он прыгнет в огонь. И иногда мне кажется, что когда-нибудь ты его об этом попросишь. Просто так, чтобы удостовериться, что он прыгнет».

После этого разговора Бет никогда больше не приходила в дом Марка. Его мать представила их дружбу в такой уродливой форме, что дальнейшее общение с Марком постоянно сопровождалось ощущением стыда со стороны Бет.

— Цели изменились. — Она пожала плечами. — А ты поехал после школы на Север.

Его взгляд затуманился.

— Я потерял… энтузиазм по отношению к дальнейшему образованию.

— Из-за меня?

«Или Джанис достала и тебя?»

Он свирепо на нее уставился:

— Ты отвечаешь за свои действия. Перестань брать на себя ответственность за мои поступки.

— Если твои цели изменились, почему тебя удивляет, что изменились мои? — спросила она.

— Потому что… — Марк прищурился. — Потому что ты — это ты. Ты могла бы добиться всего, чего пожелаешь.

Какое-то время царило молчание, слышалось только хлюпанье воды.

— Так чем тебя так привлек Маккинли, Бет?

Он по-прежнему считал, что Бет отказалась от своих планов из-за Демьена.

— Демьен был довольно безобидным…

«В начале наших отношений».

Марк покачал головой:

— Ты не была похожа на остальных подростков, Бет. Ты была резче, умнее. Ты никогда не отличалась беспечностью.

Она вздохнула:

— Я не выдержала и уступила Демьену, Марк. Он так активно меня преследовал, что вскружил мне голову.

Марк молчал и думал. Она решила добить его неизбежными воспоминаниями.

— В тот день за библиотекой… Когда ты сказал мне… Когда ты меня поцеловал… Ты обвинил меня в том, что я люблю красоваться на публике.

Он изучающее посмотрел на нее в упор:

— Я повел себя как идиот. Я обвинял тебя потому, что жаждал твоего внимания.

Удивленная, Бет подняла голову:

— Ты злился. Я знаю.

Он внимательно разглядывал ее, мысли путались в его голове.

— Ты объяснила, почему встречалась с Маккинли. Но непонятно, зачем ты вышла за него замуж.

Подобный вопрос Бет задавала себе в течение десяти лет. Еще до того, как жизнь с Демьеном стала невыносимой. Она нахмурилась.

— Демьен был какой-то двуличный. В школе он был чемпионом и отличником. Родители поощряли его быстрое взросление. Они нанимали ему репетиторов, настаивали на том, чтобы он занимался спортом, за обедом позволяли выпить вина… Но он так и остался подростком в душе, хотя внешне превратился в мужчину. Когда я согласилась с ним встречаться, он явно решил, что автоматически получит ко мне доступ… во всех смыслах. — Она пожала плечами. — Я вышла за него замуж потому, что переспала с ним.

Марк крепче прижал к телу косатки мокрое полотенце, которое порвалось, как и футболка, с которой работала Бет.