Заноза - Карина Рейн

— Давай проясним раз и навсегда: Алина — бабушкин выбор. Она живёт и работает в её доме и никакого отношения ко мне не имеет — это понятно?

— Как скажешь, милый, — вроде бы поверила, хотя подозрительность в её взгляде никуда не делась.

Я вышел из кабинета следом за Ингой и приписал в голове ещё один минус Алине.

Одни проблемы от неё.

5

Два следующих дня были вполне себе спокойными. Дом-учёба-работа, и так по кругу — за тем лишь исключением, что моим домом теперь стала квартира близняшек, так как видеть Марину и вспоминать о предательстве двух близких мне людей не хотелось. Макс больше не звонил и не писал, но у меня почему-то присутствовало стойкое и довольно неприятное ощущение, что эта глава моей жизни ещё не закончилась. Учёба давалась без труда, диплом тоже шёл хорошо — особенно после того, как Валентина Игнатьевна узнала его тему: оказывается, у них была собственная библиотека, в которой можно было найти книги на какую угодно тематику, и мне разрешили ею пользоваться, так что некоторое время в доме хозяйки я тратила на учёбу. Эти два дня барин в пределах видимости не появлялся, и я расслабилась.

Как оказалось, зря, потому что создавать проблемы он умел и на расстоянии.

В пятницу Баринов неожиданно нагрянул к Валентине Игнатьевне без предупреждения; вечер в его компании прошёл тихо-мирно, я бы даже сказала по-дружески — но ровно до того момента, пока я не засобиралась домой.

— Ты уже уходишь? — прервала беседу с внуком хозяйка.

— Да, через двадцать минут будет последняя маршрутка, — мягко улыбнулась я, стараясь не смотреть в сторону Гуся.

Но тот сам его привлёк, когда напряг и выпрямил спину и прищурил глаза.

— Ты едешь домой?

— Вас удивляет, что у меня есть дом? — непонимающе спросила.

Что ещё за реакция такая странная?

— Кстати, раз уж ты всё равно здесь, то мог бы подвезти Алину до дома, — предложила хозяйка, и моё лицо вытянулось от страха.

С Гусем? В одной машине?! Нет уж, увольте…

— Нет-нет, не нужно, всё в порядке, я вполне могу добраться сама.

— Вообще-то, я думал, она будет жить здесь, — огорошил меня барин.

Я перевела удивлённый взгляд на Валентину Игнатьевну и обратно на её внука.

Жить здесь? Но никто не…

— Я подумала, что не должна лишать девочку личного пространства и времени, — объяснила причину хозяйка.

— «Лишать девочку личного пространства и времени»? — передразнил Стас. Вот же… Гусь! — Этот дом имеет площадь небольшого государства с одиннадцатью жилыми комнатами — куда ещё больше личного пространства? Я бы не нанимал тебе компаньонку, если бы она была нужна здесь только днём — с таким же успехом я мог бы и сам продолжать присматривать за тобой. По-хорошему, эта «девочка» вообще должна быть рядом с тобой круглые сутки, ты и так пошла ей на уступки с её учёбой! Она ведь здесь не за «Спасибо» работает!

Вообще-то, хоть он и говорил со своей точки зрения Гуся — напыщенной и самоуверенной точки, — в его словах всё же был смысл. Конечно, добираться до учёбы я буду несколько дольше, придётся выходить на полчаса раньше, но это ведь сущие мелочи. Я всё равно съехала от тёти и в данный момент стесняла близняшек в их однокомнатной квартире, где и так не особо много места, а так я могла бы и впрямь уделять Валентине Игнатьевне больше времени.

— Стас… — начала хозяйка, но я впервые позволила себе перебить её.

— Да нет, он прав, — кивнула, принимая очередной вызов. — К тому же, это совсем не проблема.

Валентина Игнатьевна так просияла, что мне стало неуютно.

— В таком случае завтра после учёбы тебя заберёт мой водитель и поможет с багажом.

— В этом нет необходимости, — накинула куртку на плечи. — У меня всего одна сумка.

Это чистая правда. Когда я переезжала в город, оставляя бабушку, то взяла с собой только самые необходимые вещи. Бабушка жила совсем недалеко, всего час езды на автобусе, так что я в любой момент могла заехать к ней, если мне что-то было нужно. Мебели у меня тем более никакой, раз уж я жила у тёти, так что и любой переезд, даже самый неожиданный, не был для меня проблемой.

Я всегда налегке.

Словила на себе недоверчивый взгляд барина: он удивлён?

— Хорошо. А теперь Стас отвезёт тебя домой. — Барин собрался было возмутиться, но Валентина Игнатьевна не дала ему и слова вставить. — Он ведь не невоспитанный грубиян и не откажется сделать такую мелочь?

Гусь стиснул челюсть, но покорно поднялся на ноги и молча потопал к выходу — даже до свидания бабушке не сказал! А вот я попрощалась с хозяйкой, пообещав завтра приехать с вещами, и вышла на улицу; барин уже завёл двигатель и нетерпеливо сжимал руками руль, демонстративно посматривая на часы. Я спокойно села на пассажирское сиденье, пристёгиваясь ремнём безопасности, и перевела на него вопросительный взгляд, который барин проигнорировал. Он уверенно вёл машину по дороге, и только когда мы въехали в пределы центра, я поняла, что не называла ему адрес, хотя с точки зрения маршрута он ехал правильно.

— Откуда вы знаете, где я живу? — удивлённо выдохнула.

— Думаешь, я позволил бы бабушке впустить в свой дом, кого попало? После того, как она заявила, что полна решимости предоставить вам работу, я приказал своим людям выяснить о вас всё — вплоть до домашнего адреса.

— Так, давайте сразу уточним: кто попало — это я? — фыркнула в ответ. — Вам не кажется, что вы ведёте себя, как неотёсанный грубиян?

— Нет, не кажется, — твёрдо отрезал. — Если что-то касается моей семьи, то я должен быть на сто процентов уверен в её безопасности.

Ну, это звучало разумно. Это ведь я знала, что не способна на подлость, но барин имел все права сомневаться во мне. И всё же он был неоправданно груб.

— Знаете, сначала я сомневалась, но теперь вижу, что ваша невеста и вы — отличная пара.

— Что вы хотите этим сказать? — остановился он на светофоре.

— Ей тоже слегка поджимает корона, — пожала плечами я.

Он ничего не ответил — только прибавил газу, когда загорелся зелёный — видимо, хотел поскорее