Заноза - Карина Рейн

Она, видите ли, «готова работать»…

В каком, чёрт возьми, розовом мире живёт эта девочка?

Поднялся на ноги и ослабил узел галстука; из окна открывался вид на город, который лежал словно на ладони, но сегодня он не успокаивал, а только раздражал ещё больше.

— Станислав Андреевич, к вам Инга Алексеевна… — раздался голос секретаря в динамике, но его перебили возмущённые вопли вышеупомянутой.

Инга яростно распахнула двери, всё ещё рыча что-то в сторону несчастной секретарши, и ворвалась внутрь, громко захлопнув дверь. В голове и так со вчерашнего дня звенел набат, так что у меня даже уши закладывало, но ей, как обычно, на всё наплевать. Впрочем, при виде меня её поведение поменялось: кокетливо поправив волосы, она направилась прямиком ко мне и оставила на щеке жирный след от помады.

Какая мерзость.

— Привет милый, — расплылась в елейной улыбке.

Иногда я смотрел на неё и не понимал, как позволил втянуть себя в это, но после всегда вспоминал причину, и зубы сжимались сами по себе.

— Зачем ты накричала на неё? — сухо поинтересовался.

— На кого? На эту бестолочь? — отмахнулась Инга. — Она не хотела впускать меня в твой кабинет.

— Я попросил её об этом, потому что у меня много работы — может, и на меня голос повысишь?

— Разве я могу? — подошла вплотную и, состроив невинное лицо, стиснула пальцами отвороты моего пиджака.

Вот оно, двуличие во плоти.

— У меня нет времени на флирт, я не врал про работу, — оторвал её от себя и снова сел в рабочее кресло.

— Вообще-то, я тоже занята, — надула губы, и меня начало мутить от её наигранной невинности. — Сегодня у меня встреча с флористом и кондитером, и нужно ещё пройтись по магазинам…

Да, тяжкий труд, ничего не скажешь.

— До свадьбы ещё два месяца, — слова слетели с языка с таким ощущением, будто на зубы попал песок.

— По-твоему, это много? — усмехнулась. — У большинства уходит полгода на то, что я сделала за два месяца. Ладно, лучше расскажи, как продвигаются поиски компаньонки для Валентины Игнатьевны?

— Вообще-то, она уже наняла человека, — нехотя поделился я.

Инга недобро прищурилась.

— Вот как? И кого же?

Я не спешил раскрывать карты — по той простой причине, что среди всех недостатков Инги неоправданная ревность была самым сильным. Мне пришлось перевести свою предыдущую секретаршу в другой отдел, потому что та была слишком красивой по мнению моей невесты, и уволить экономку, которая содержала в чистоте мою городскую квартиру — по той же причине. Порой подозрения Инги доходили до полного абсурда, и мне нередко приходилось осаживать невесту, угрожая ей её же отцом.

Правда, эффект держался недолго — до очередной красивой женщины на горизонте моей жизни.

— Это не важно, — ушёл от ответа. — Её наняла бабушка, так что теперь это её головная боль.

— Как скажешь, — выдала Инга свою любимую фразу, и теперь прищурился уже я: как-то быстро она сдалась. — Я ушла, увидимся вечером.

Только когда за ней захлопнулась дверь, я выдохнул и откинулся на спинку кресла. Это прозвучит дико, но в начале наших отношений, которые иначе как бизнес-проектом не назовёшь, мне даже казалось, что Инга идеально мне подходила. Она всегда отлично выглядит, знает себе цену и умеет подать себя так, чтобы произвести впечатление; предельно раскована, без комплексов и максимально умеет привлечь к себе внимание, не сказав при этом ни слова. Мне как бизнесмену рядом нужна была женщина, которая подходила мне по статусу и при этом не клялась в демонстративной в любви до гроба. Не то что бы я был противником чувств, но на данном этапе у меня не было времени искать ту единственную, которая к тому же вряд ли существовала. Мне проще было взять лучшее из того, что предлагает жизнь, и быть уверенным в том, что это в любом случае беспроигрышный вариант, а брак с Ингой плюсом ко всему ещё и сулил мне некоторые бонусы по укреплению позиций на финансовом рынке.

Правда, сейчас я не был уверен в том, что так уж здорово всё придумал.

Я старался работать в привычном режиме, но то и дело ловил себя на мыслях о том, что сейчас происходит в большом доме. Очень хотелось надеяться, что Алина не соврала о своей ответственности и не сожгла дом, к примеру, или не дала бабушке не те таблетки, или что-то украла, или вообще забила на работу. О том, что у меня самого проблемы, я понял в тот момент, когда в мой кабинет снова ворвалась взвинченная Инга. На часах было почти десять, в это время она обычно убивает вечер в каком-нибудь салоне красоты, приводя в порядок и так идеальное тело.

Неужели сломала ноготь? Или очередная «бестолочь» сделала ей не тот маникюр?

— Хорошо бы тебе для разнообразия научиться стучаться, — тяжело вздохнул я, закрывая ноутбук.

Всё рабочие моменты можно было перенести и на завтра, всё равно от меня сегодня толку мало.

— А тебе — научить свою бабку уважению! — чуть ли не проорала она.

Видит Бог, я готов мириться с любой её прихотью, но позволять оскорблять мою семью не позволю, даже если бабушка того заслуживает.

— Сбавь-ка тон, дорогая, — недобро предостерёг, и Инга на мгновение стушевалась. — Что бы там ни случилось, она почти в три раза старше тебя, так что сперва сама научись проявлять уважение.

— Она меня оскорбила! — уже не так резко и громко поделилась. — И всё из-за этой малолетней служанки! Неужели эта вертихвостка важнее меня? Я ведь почти твоя жена!

— Для начала приведи голову в порядок, — я начал терять терпение. — Из того бреда, что я сейчас услышал, я понял только то, что тебе не понравились слова бабушки.

— Это вовсе не бред. Она практически выставила меня вон за то, что я о ней беспокоюсь… И всё по тому, что я засомневалась, что эта девочка сумеет о ней позаботиться.

Я невольно хмыкнул: этого следовало ожидать. Уже по тому, как Валентина Игнатьевна отстаивала возможность самой провести собеседование, я понял, что от студентки-идеалистки мне не избавиться никогда — разве что она сама решит уйти. А уж если сюда влезла Инга, бабушка будет защищать девчонку вдвойне, потому что на дух не переносит мою невесту.

Ну и ещё я сомневался, что Инга сказала бабушке всё именно так, как сейчас расписывает мне.

— Тебе не стоило вмешиваться, — застегнул пуговицы на пиджаке. — Зачем тебя вообще туда понесло?

Её рот медленно распахнулся в идеальное «о».

— Поверить не могу, ты её