Девять дверей. Секрет парадоксов - Надежда Реинтова

А я тем временем задумалась, когда это он на «ты» перейти успел?

— Апория Ахилл, — громко произнес дознаватель, прижав ладони к груди нашего пленника. Им оказался мужчина лет тридцати с хвостиком. Пока он очухивался, приходя в себя, я пыталась припомнить, видела ли его раньше. Наш пленник был коренастый, с шапкой светло-соломенных волос, курносым носом на широкоскулом лице. Никого похожего даже на задворках моей покалеченной памяти отыскать не получалось.

Визуар, очнувшись, увидел свое положение и дергаться не решился. Бэрс, похлопав его по карманам, достал удостоверение.

— Имя, должность и цель. — Детектив был настроен решительно, а в его зеленых глазах блестели огоньки.

— Я Кремер Арава, визуар из Логии. Должен был выследить Солари Грихель, сотрудника архива, совершившую убийство и незаконно перешедшую в Эгоцентриум. После — арестовать и препроводить обратно в Логию. Но… — он замялся, — в местном посольстве мне сообщили, что следствие ведет наш дознаватель и требует найти улики по этому делу.

— А точнее? — нетерпеливо подгонял его Бэрс.

— Некую тетрадку, ну или дневник, с описанием пожара, — неожиданно для меня ответил наш пленник.

Я вздрогнула, и неприятный холодок пробежал по телу.

— Вы передали улику дознавателю? — следователь напрягся, словно кошка перед прыжком.

— Не я, а напарник.

Бэрс со злостью стукнул кулаком по подлокотнику кресла.

— Имя напарника?! — закрыв газа, спросил он.

— Дориан Варк.

Пойманный нами визуар не доверял нам и был сильно напуган.

— Почему вы напали на меня, если должны были арестовать? — вклинилась я в ход допроса.

— Дознаватель предупредил, что вы очень опасны и, если будете с сообщником, то живой вас не брать. — с опаской ответил он, взглядом прожигая во мне виртуальную дыру.

С округлившимися глазами я посмотрела на детектива, мол, вот это поворот! А он, прочитав мою реакцию, опять обратился к допрашиваемому:

— Вы лично общались с дознавателем? Можете сообщить его имя? — детектив застыл в ожидании.

— Нет, нам с напарником передали в посольстве ордер на изъятие улик, на арест и документ, предписывающий действия по обстоятельствам.

Бэрс с шумом выдохнул, только теперь понимая прокол в том, что мы упустили Варка, который обладал, как оказалось, большей информацией. Бэрс развязал Араву и показал ему свое удостоверение. Тот удивленно уставился на следователя после того, как посмотрел корочки.

— Никому ничего не сообщать в посольстве. Вот моя метка, — дознаватель протянул руку ладонью вверх. Арава провел своей над его ладонью. Я поняла, Бэрс подозревает, что ноги этого дела растут из самого «Посольства».

— Найдите напарника и ждите моих распоряжений. Если потребуется, вызовите мираж — свяжитесь со мной.

— Да, сэр. — кивнул визуар.

Когда дверь за ним закрылась, мы пошли доедать наш остывший ужин. Мы молча жевали, а меня разбирало любопытство после допроса Аравы.

— Скажите, мистер Бэрс, — подняв глаза от тарелки, произнесла я, — как это — «вызвать мираж»?

Детектив, выйдя из задумчивости, посмотрел на меня.

— Давай на «ты». И… просто, Марун.

Я кивнула, чувствуя, как краснею под его взглядом.

— С помощью миражей парадоксы общаются в Логии. — произнес он, но видя, что я не понимаю его, переформулировал свое объяснение. — Миражи — это способ общаться, как здесь телефоны.

Я представила себе пустыню, как караван верблюдов бредет по барханам, а вдалеке через расплывающийся раскаленный воздух возникает долгожданный оазис с пальмами, создающие спасительную тень и шумящий источник чистейшей воды. А через минуту, манящая картина развеивается, и мираж с оазисом исчезает, и только застрявший в комнате верблюд глупо топчется на месте. Я засмеялась над собственной игрой воображения. А парень, рассматривающий меня все это время, удивленно спросил:

— Что смешного?

И я описала ему картинку из своей головы. Детектив так и прыснул со смеху. Теперь уже я разглядывала его. У него была очень красивая улыбка с ровным рядом жемчужно-белых зубов и чувственными губами, женственный, чуть вздернутый подбородок, острые скулы. А взгляд его огромных глазищ пробирал меня до мурашек.

— Давай, я покажу тебе, что такое мираж и как его посылать. — предложил он, все еще смеясь надо мной.

Я обрадовалась, предвкушая необыкновенное зрелище.

— Протяни свою руку ладонью вверх, — скомандовал он. И я послушно раскрыла ладонь, словно сидя перед гадалкой. Марун провел своей рукой, не прикасаясь к моей. И я почувствовала, словно у меня через пальцы по всему телу хлынул раскалённый магматический поток.

— Ух, ты! — воскликнула я, а детектив, не сводя с меня глаз, таинственно произнес:

— Это мы обменялись метками.

— А что это такое? — я, почему-то, перешла на шепот.

Ему явно льстило мое почти детское любопытство и восторг, и он пояснил:

— У каждого человека есть своя неповторимая аура, знаешь, как папиллярные линии на коже. Теперь мы сможем посылать друг другу миражи. Смотри, — и он четко произнес, — Парадокс мирикулум.

И тут воздух возле него, словно раскаляясь, потек, а у меня зачесалась ладонь, а где-то в подсознании мелькнул образ дознавателя. Не зная, что это видение не моя разыгравшаяся фантазия, а некий сигнал того, кто пытался связаться со мной, я покраснела и чисто машинально потерла ладошку, и в это же мгновение возле меня заклубилось белое облако. Помахав рукой, Марун воскликнул:

— Привет, Лара!

Мое имя в уменьшительной форме из его уст прозвучало очень ласково и непринужденно, будто он уже целую вечность зовет меня так. В груди стало тепло и волнительно, как от самого лучшего в жизни комплемента. Пряча раскрасневшейся щеки, я отвернулась от детектива и столкнулась с его копией, то же самое вторящей из облака.

— Здорово! — вырвалось у меня в унисон с моей проекцией, восхищенно глядящей на Маруна из кучевого. Детектив взмахнул рукой, и мираж рассеялся.

— Неужели ты не помнишь такие элементарные вещи? — задрав вверх брови, спросил он.

Я только помотала головой.

— Ничего не помню. Только кошмары вижу во сне, — настроение у меня испортилось.

Марун осторожно взял меня за руку и, заглянув мне в глаза, произнес:

— Обещаю, что помогу тебе вернуть твое прошлое.

А я не знала, что ответить и, окончательно смутившись, встала из-за стола и прошла в комнату, чтобы приготовить спальное место для него. Старенькое кресло, скрипнув, разложилось на манер раскладушки. Расстилая простыню, я не заметила, как он встал за моей спиной, поэтому, резко повернувшись, врезалась в него, а он от неожиданности обнял меня, но, откашлявшись, тут же отпустил. А я с пылающими щеками бросилась искать для него подушку и одеяло.

3 глава. Вернуться к началу

Утром Бэрс ушел в посольство выяснить, успел ли Дориан