Девять дверей. Секрет парадоксов - Надежда Реинтова

Стоя за дверью, я внимательно прислушивалась, к тому что говорил профессор. А в глазах стояла картина пожара… пожара, в котором сгорело вся деревня, в котором сгорел дом… мой дом, пропала моя семья: отец, мать и братья… На меня обрушилась вся тяжесть этой трагедии, и сильная боль в сердце, словно вставили и провернули нож, пронзила все мое существо. Я, буквально, захлебнулась от эмоций, вспоминая то мгновение, когда осознала, что произошло с моей семьей.

Слезы текли, текли, застилая все. Не видя дороги, я шла по коридорам института, наугад, не оглядываясь. Поэтому не заметила, как Марун догнал меня, взял под руку и повел к выходу.

Свежий вечерний воздух стал заботливо сушить мое лицо, приводить в чувство. Марун шагал рядом, не произнося ни слова, и лишь время от времени поглядывал на меня. Было не поздно, но улицы того района, где находился частный сектор почти не освещался. Да и зачем коммунальщикам ремонтировать старые фонари, если большая часть населения из избушек-развалюшек давно переехала в столицу.

Так уже привыкнув к темноте, мы пришли к «моему» дому. Неожиданно из мрака вынырнули две тени и двинулись к нам. В свете, просачивающегося сквозь занавески моих окон (я предусмотрительно оставила электричество включенным) мы разглядели двоих мужчин лет 30-35-ти. Они оба держали, направляя на нас, знакомые мне цилиндрические «фонарики», как тот, который я уже видела у Маруна.

— Не дергайся, — шепнул он мне и крепче сжал мою руку.

Один из незнакомцев вышел вперед, оказавшись в освещённом прямоугольнике. У него были длинные черные волосы, забранные в хвост, карие глаза и нос с горбинкой.

— Я, Константин Изотов — дознаватель Эгоцентриума Посольства 9-ти миров, уполномочен арестовать Маруна Бэрса за нарушение законов нашего мира и Логии: о превышении полномочий, злоупотреблении властью, данной вам, в связи с расследованием дела об убийстве охранника и использовании в этом деле главной подозреваемой Солари Грихель. Я и визуар, — он кивнул в сторону своего помощника, — Алексей Крынин, обязаны доставить вас обоих в отдел Посольства и заключить под стражу в камеру. После чего вас передадут властям Логии.

Эти двое повели нас в дом. Я шла следом за Бэрсом и думала, что же теперь делать. Этот местный дознаватель, уверенный в моей вине, не будет вести никакого расследования.

В доме арестовавший нас Изотов начал использовать магию, вызывая «транспортный проход», (как он назвал его), к месту нашего будущего заключения. Марун стоял рядом со мной. Его руки, как и мои, были скованны за спиной. Я тревожно посмотрела на него и заметила на его лице загадочную ухмылку. Он подмигнул мне, и я увидела — в его руке что-то блеснуло. Повернувшись спиной к моей спине, Марун сунул мне в руку маленькое круглое зеркальце. Я быстро сообразила, что он задумал и повернула зеркальце так, чтобы в нем отразились его скованные запястья. Бэрс тем временем что-то зашептал. Миг. И наручники исчезли. Но опытные сыщики быстро среагировали. Визуар крикнул заклинание, и огненная сфера полетела в детектива. Тот увернулся. Но Изотов уже успел кинуть заклятие «ножа». Я вскрикнула от того, что кофта на груди Маруна разошлась, а вокруг разреза расплылось кровавое пятно. А потом произошло то, что никто не ожидал. Детектив разбежался, что-то громко крикнул и влетел в большое трюмо. Зеркало со звонким чмоком проглотило его.

— Вы же говорили, он парадокс?! — ошалело воскликнул помощник Изотову.

Тот не ответил, только смачно выругался. Оба правоохранители повернулись ко мне, наверное, и от меня ожидая каких-нибудь фокусов.

Я стояла посреди комнаты с ошарашенным видом. В этот момент отчаяние затопило все мои чувства. Что будет с Маруном, ведь он сильно ранен. Помогая мне, он пошел на должностное преступление. Как же мне быть теперь? Ведь я не то, что его, но и себя спасти не могу. Я дернулась в панике и ощутила, как наручники больно врезались в кожу.

Воздух возле нас пошел волнами, и в пространстве раскрылась дыра. Я поняла, что это и есть транспортный портал, через который, под конвоем я попала прямиком в камеру. Визуар освободил мне руки и вышел. А Изотов повернулся ко мне и строго спросил:

— Вы знали, что Марун Бэрс обладает магией глассов?

Наверное, по моей удивленной физиономии дознаватель понял, что я не в курсе, о чем он говорит. Он уже собирался выходить, но я остановила его:

— Откуда вы знали, где нас искать? — Я не была уверенна, что он станет объяснять что-либо подозреваемой в убийстве. Но он, притормозив у выхода в камеру, все же ответил:

— Визуар из Логии Кремер Арава сообщил о том, как Бэрс напал на него и задержал, хотя тот имел с собой предписание арестовать вас. Мы стали проверять все возможные адреса, где вы можете быть.

«Значит, этот визуар не поверил Маруну, если сразу выболтал все в Посольстве», — подумала я, понимая всю абсурдность ситуации. В гонке за преступником, мы недооценили его. Он всех обыграл, стравил друг с другом, запутал. В отчаянии я села на скамейку и закрыла лицо руками. Мрачные мысли, как змеи поползли, свиваясь в отвратительно жуткий шипящий клубок. Дверь в камеру захлопнулась. Я неожиданно осознала, что убийца все время находился рядом и был в курсе нашего расследования. Следил за нами.

Сейчас злодей, заваривший эту кашу, думает, что теперь у него развязаны руки. Он начнет действовать, так как до этого все время оставался в тени. Осторожничал. Убрав нас с Бэрсом со своего пути, он, наконец, приступит к осуществлению своего плана. А план у него определенно есть, иначе бы он не пошел на преступления. По его расчетам дознавателя должны были уже арестовать, а я стану козлом отпущения, обвиненная в убийстве.

Если Марун жив (у меня заныло в груди), он найдет этого гада!

Завалившись на жесткий матрас, лежащий на тюремной скамейке, и, закрыв глаза, я подумала о своих родителях. И вспомнила, что, когда вернулась домой в свою деревню Вероми, она была вся объята пожаром. Но в доме я никого не обнаружила, поэтому не поверила в официальную версию несчастного случая. Ведь не могли же четверо человек просто так пропасть средь бела дня! Слезы сами брызнули из глаз при мысли о том, что я могу больше никогда не увидеть ласковые глаза мамы и не услышать слова поддержки от отца. А то, что шалопая Тилсана и фантазера Коригана