В джазе только хулиганы - Dragonfly

Медленно покосившись на Соколова, греющего уши и пережёвывающего очередную конфетину, я заметила, как он подносит ко рту кружку. Специально ли, он громко-громко отхлебнул чай, не сводя с меня глаз.

— Ну хоть что-то же я могу?! — первая сдалась я. — Неужели всё так плохо?

— Некоторые посетители караоке поют грамотнее, чем ты, — хладнокровно продолжила Надин кромсать мою самооценку.

А между тем чуть наклонила голову влево и как-то иначе меня осмотрела.

— Так я всё-таки пою?

— Нет! Не поёшь. И не советую когда-либо серьёзно этим заниматься. Поищи у себя таланты в чём-нибудь другом.

— Ладно! Спасибо за совет…

Я обречённо вздохнула и отодвинулась с прохода. Где мои ботинки?!

— Тогда… тогда я пойду дальше работать в «Фа-соль». Может, у гостей чему-нибудь научусь…

— Ты устроилась в «Фа-соль»? — ошарашенно вскрикнула Надин и подскочила ко мне. Женские руки требовательно сжали мои плечи. — Через дорогу отсюда?! Как же… Как же… Регина! — заговорщически продолжила преподавательница. — А… раз ты не умеешь петь… почему бы тебе не уволиться?!

А-а-а-а! Сработало! У меня едва ли не закончились аргументы!

Я застыла в цепких ручках Надин Дмитриевны, снова зачем-то решив проверить реакцию Соколова. Он метался взглядом между нами двумя, а когда увидел, что я на него уставилась, мягко ухмыльнулся.

И хрен его знает, что это могло значить! Если он умудрялся лыбиться аки ангел, когда предлагал меня обматерить!

— Кхм… не буду… Не буду я увольняться! Я хочу работать в «Фа-соли»! И прославлять это заведение со всей вашей вокальной семейкой! Своим… бледненьким голосом!

Надин Дмитриевна вскрикнула. Надула щёки и прерывисто выдохнула, разглядывая потолок.

Не ищите там помощи! Уверена, вас наверху принимают за антихриста!

Хм… но после угрозы осквернения её трудов подмазаться всё-таки было надо.

— Я очень хочу научиться петь. Именно у ва-а-ас! — ласково протянула я, решившись придержать женщину за руки. Пан или пропал! — Вы топчик, Надин Дмитриевна.

Кирилл, уже наводящий на меня смущение своим молчаливым наблюдением, хохотнул и облизал нижнюю губу, слабо мотнув головой. Преподавательница бесшумно втянула воздух, брезгливо отстранилась и выпуталась из моих ладоней.

— Я знаю, — удручённо закатила она глаза. Да кто бы сомневался! — Ну, хорошо, Регина… Давай попробуем.

ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА! МНЕ НЕ ПОСЛЫШАЛОСЬ?

А-кукара-ча! А-кукара-ча! Надин меня взяла-а-а!

— Кхм-кхм-кхм, — прочистила я горло, чувствуя, как дрожат уголки губ, норовя растянуться до ушей. — Спасибо за шанс.

— Да не за что, — пожала преподавательница плечами, будто ей ничего не стоило согласиться. — Садись давай на диван, сейчас дам тебе листок. Напиши свой номер телефона, адрес, где учишься, где работаешь… ну это мы выяснили… график напиши, учебное расписание. В общем, всю подноготную. Только побыстрее, пожалуйста.

Едва ли не взвизгнув от бушующего внутри ликования, я с силой кивнула, ощутив, как сотрясся опьянённый успехом мозг, проморгалась и принялась переставлять ватные ноги в направлении дивана, пока Надин не передумала.

А она, судя по звукам, уже подошла к рабочему столу и залезла в ящик, что-то недовольно бубня про стыренные ручки. Плохо себя помня, я приблизилась к спасительному сидению, плюхнулась, стремительно проваливаясь глубже в мягкий поролон. Замельтешила рассеянным, ни на чём не останавливающимся взглядом вокруг и вдруг наткнулась на мужские руки, возмущённо укладывающиеся на стройные бока. Не поняла, что не так…

Послышался цокот коротких каблуков Надин Дмитриевны.

— Вот тебе листок, ручка, Регина. Главное, номер телефона запиши, — преподавательница статно подошла и уложила передо мной канцелярию. — Если чего-то не будет хватать или переносы наметятся… у нас такое часто бывает, детей много занимается, а они болеют… то буду тебя предупреждать.

Я сдавленно ойкнула. Номер телефона… это тот, который я потеряла?

— Так! — вскрикнула вдруг Надин. — Кирилл! А ты чего у меня без дела стоишь? Ну-ка быстро включай плюсовку и распевайся! Я понимаю, Италия — пройденный этап, но местные конкурсы никто не отменял!

Загнавшись непредвиденными тратами, которые, похоже, придётся совершить, чтобы оставаться на связи с родителями и Надин, я как-то не сразу поняла, что ещё не слышала, как исполняет лауреат первой степени. В караоке он отмалчивался…

— При ней что ли? — пренебрежительно промурчал Соколов.

Глава 7. Такова жизнь

— При ней что ли? — пренебрежительно промурчал Соколов. — А как же конфиденциальность?

— А при самом Онесто Росси ты петь не стеснялся? — усмехнулась Надин, от чего её ученик подавился чаем. — Цигель, цигель с флэшкой к ноутбуку! Распевайся сразу со словами, нет времени на упражнения!

Похоже, даже на гордых соколиков здесь находилась управа.

Кирилл смиренно поставил на стол кружку и залез в карман брюк.

— Только я… неважно себя чувствую сегодня, — тихо предупредил он, изогнув бровь, и тут же побрёл в сторону рабочего стола.

Надин так ничего ему и не ответила, только хмыкнула.

Конечно, неважно он себя чувствовал! Как осинка на ветру колыхался после пары литровых «рюмочек»! Удивительно, как Соколов вообще умудрился притащиться на занятие, когда в этот же день закончил обмывать кубок?!

Шоркающими шагами по коврам, а затем и линолеуму он добрался до рабочего стола и перегнулся через него к подоконнику. Нехотя достал ноутбук.

— Регин, — окликнула меня преподавательница. — Пиши! И фамилию с отчеством не забудь!

Я, до сих пор ещё не верящая в то, что выгрызла себе местечко, кивнула.

— А сколько будут стоить занятия, Надин Дмитриевна? — к слову о деньгах и новом телефоне…

— Не знаю, — пожала плечами преподавательница и хохотнула. Э-э-э… это как? — Я с детей денег не беру, а старшие сами оплачивают аренду. Спроси у Даши и Эли по сколько нужно скидываться. Мне от вас ничего не нужно…

Я уставилась на её шёлковый платок, на краешке которого только сейчас заметила надпись «Louis Vuitton», и изумлённо поджала губу. А если смотреть внимательнее, то можно было узреть и два кольца с внушительного размера камушками на безымянном пальце…

— Ничего не нужно, кроме дипломов! — насмешливо донеслось из противоположного конца кабинета.

— Это ей ближайшие лет пять не светит, — поправила Надин парня и снова обратилась ко мне. — «Расплатишься», если доживём до того знаменательного момента.

Значит, через пять лет… Я уже успела прочухать, что преподавательница не относилась к числу оптимистов или великих мотиваторов. Скорее, наоборот — она делала всё, чтобы я сама от неё ушла как можно скорее и дальше. Зато теперь хотя бы стало ясно, что Надин Дмитриевне от моего наличия в кабинете в материальном эквиваленте ни горячо, ни холодно.

— Не передумала, случайно, у меня учиться? — ехидно спросила она.

Я отрицательно мотнула головой и принялась аккуратно выписывать на лист свой новый домашний адрес.

Преподавательница