Габриэль - Кира Монро

Я сузила глаза.

— Мартини. Конечно, сухой.

Я отвернулась, сделала глубокий вдох, борясь с сохранением самообладания.

«Кем этот мудак себя возомнил?»

— Нет? Как насчёт «Секса на пляже»? «Волосатый пупок»? — он прикусил нижнюю губу, забавляясь сам с собой.

Я фыркнула и сложила руки.

— Ты плохо разбираешься в людях. И, очевидно, лифт не доезжает до верхнего этажа, — я улыбнулась и подняла свой пустой бокал, чтобы подкрепить свои слова. — Этот бокал выглядит так, будто я только что выпила «Космо»? Мартини? Или один из тех фруктовых напитков, с которыми ты, похоже, так хорошо знаком, — я повернулась к официанту, который наблюдал за нами, как за теннисным матчем. — Мне, пожалуйста, чистый бурбон.

— Интересно, — прокомментировал назойливый мужчина, продолжая пристально смотреть на меня. Его часы сверкают в отражении потолочных светильников. Я сосредоточилась на его руке, которая демонстрировала не только кольца, но и татуировки на пальцах. Он теребил свою короткую, аккуратно подстриженную бороду, а затем задумчиво провёл пальцем по губам.

Я старалась не ерзать под его строгим взглядом, не сомневаясь, что он — проблема. Он ясно дал понять, что с ним не стоит связываться.

Но сейчас я не могла отступить.

— Правда? — спросила я в ответ, стараясь выглядеть и звучать холодно, спокойно и собранно. — Похоже, ты знаешь меня как свои пять пальцев, хотя и промахнулся мимо цели на целый километр, что уже многое говорит о тебе. Почему бы тебе тогда не рассказать что-нибудь интересное о себе?

— Ты не знаешь, кто я? — спросил он высокомерно, сузив глаза.

Мышцы его точёной челюсти дернулись в раздражении. Я решила подыграть ему, потому что, честно говоря, не знала, кто он такой.

— А я должна? — с недоумением огляделась вокруг и заметила, что несколько девушек, включая Ванессу и её подруг, бросают на меня завистливые взгляды.

Моя сестра и Клара были поражены.

— Итак, ты меня не знаешь. Но что-то же заставило тебя проявить интерес ко мне раньше.

Самодовольная ухмылка на его лице заставила мою руку дернуться в предвкушении: интересно, каково это — ударить его по этому красивому лицу.

— Это была смелость, — непринуждённо ответила я.

Ему не нужно было знать, что мой мозг на мгновение перестал функционировать.

— Смелость?

— Да. Знаешь, вызов? И я никогда не отступаю от него, — я закрутила кончик волос на пальце. — Так что не раздувай своё и без того огромное эго.

Кажется, он на мгновение задумался, прежде чем приподнять свои тёмные брови:

— Ты, должно быть, говоришь правду — иначе ты бы не разговаривала со мной так, как сейчас.

Он снова откинулся назад, сложив руки, и его чёрная рубашка расстегнулась в верхней части. На загорелой груди и вдоль шеи виднелись несколько татуировок.

— Дай угадаю, женщины бросаются к твоим ногам, верно?

Официант поставил наши напитки и, не оглядываясь, вернулся на свой пост, который он занимал весь вечер.

В ответ он снова пожал широкими плечами.

— Похоже, твой друг тебя не боится.

Когда я перевела взгляд на Луку, который разговаривал с Луной, я заметила, что он не был так сильно вовлечён в разговор, поскольку его глаза перебегали на Карлу за то короткое время, что я наблюдала за ним.

— Ему это не нужно. Он мой кузен, — ответил Габриэль.

Наступило неловкое молчание, прежде чем он заговорил снова:

— Меня зовут Габриэль, но большинство людей зовут меня Габ.

— Ну, Грабби, — сказала я, намеренно игнорируя прозвище. — Почему ты здесь? Похоже, ты не ищешь любовных отношений, не говоря уже о долгосрочных. Ты мог бы получить любую женщину, какую захочешь, но вместо этого ты выбрал место для быстрого свидания, — я наклонилась вперёд и приподняла брови.

— Я Габриэль, а не Грабиэль, — он поднёс бокал с виски к губам и сделал глоток, не сводя с меня глаз. — И назовём это… моральной поддержкой.

Может быть, дело в алкоголе, но я нахожу эту ситуацию уморительной и разражаюсь смехом. Он прищурил глаза и огляделся вокруг, так как мой громкий смех привлёк несколько любопытных взглядов.

Я успокаиваюсь, вытираю глаза и снова выпиваю.

— О Боже, мне это было нужно, — говорю я.

Тянусь к проходящему мимо официанту и хватаю его за руку:

— Извините, ещё бурбона, пожалуйста.

Официант кивает и уходит, чтобы принести мой напиток.

Прозвенел звонок, и я подумала, что наш странный, но немного забавный обмен мнениями закончился. Однако, один взгляд на него заставил человека, который пробирался к моему столику, отвлечься.

Габриэль продолжал наблюдать за мной:

— Почему в это так трудно поверить?

— Грабби, Грабби, Грабби, — вздохнула я, глядя на красивого и немного пугающего мужчину передо мной. — Вы, мужчины, все одинаковые. Вы говорите одно, а подразумеваете совершенно другое, не так ли? Это как в начале знакомства: каждый старается показать себя с лучшей стороны, желая зацепить другого человека, пока его истинный характер не проявит своё уродливое лицо.

Я наклонилась вперёд и продолжила:

— Мы оба знаем, что истинная причина твоего присутствия здесь сегодня не имеет ничего общего с моральной поддержкой. И как бы ты ни хотел показать себя крутым парнем, я всё равно лучше тебя. Я вижу боль в твоих глазах. Ты что-то скрываешь.

Он молчал, и мы сидели так несколько минут, глядя друг на друга. Должно быть, я начала пьянеть, потому что его тёмные глаза, кажется, теряют свою свирепость и смягчаются. Я закрыла глаза и покачала головой, а когда открыла их снова, на меня опять смотрел тот же холодный, безразличный взгляд.

Мужчина покачал головой, продолжая наблюдать за мной:

— Кто-то провернул этот номер с тобой, не так ли, ragazza? Как тебя зовут?

— Разве это имеет значение?

Прозвенел звонок.

— Что ж, похоже, меня спас звонок. Увидимся, — я отстраняю его взмахом руки.

Но он не шелохнулся. Пока мы смотрели друг на друга, я почувствовала, как меня затягивает в темноту, из которой нет выхода. Тлеющий пожар исходил не только от его глаз, но и от его присутствия, удушая меня.

Если он не уйдёт, значит, уйду я. Я отдаю ему честь. Затем снова поднимаю свой бокал и опрокидываю его содержимое:

— Хорошо. Arrivederci.

«Ты только что, блядь, отдала честь? Неважно».

Я встала так быстро, что пошатнулась и задохнулась. Не от того, как быстро я вскочила со своего места, а от тёплого ощущения его руки, обхватившей мою руку, в то время как другая рука крепко держала меня за талию, помогая мне стоять ровно.

Я подняла на него глаза. Его тёмные глаза буравили