Мягкая кукла - Анастасия Исаева

Вспомнив, как одна смотрела за бойкой четырехлеткой, Вера содрогнулась.

— Надо поискать компанию. Может, твоя мама согласится на этот раз?

— Я поговорю с ней.

— Спасибо.

Муж открыл четвертую мини-бутылочку.

— Сереж, ты на что-то сердишься?

— Не на тебя. Иди ко мне, — указал себе на колени.

Собрав юбку, она аккуратно села боком. Резкая смена настроения — тоже в его характере. За ним нелегко поспевать. Но надо.

Не стоило и пытаться сберечь нежный шелк от складок — Сережа безжалостно смял его, лаская ее бедро.

— Я подумала…

— Знаю, детка. Прости за резкость. Я злюсь на себя. Не учел, какая ты…

Алкогольное дыхание овеяло Верину шею. Легкий поцелуй, еле уловимые касания бархатной обнаженной спины и мурашки рассыпались по коже.

— Я — какая?

— Моя. Нежная и домашняя. И притащил в этот вертеп.

— Я не против иногда куда-то выбраться.

— Тебе понравилось чужое восхищение.

От проскользнувших в его голосе ноток недовольства подвело живот. Ревность они прошли давным-давно. Здесь что-то другое.

Собственничество?

Поддернув платье, она села лицом к лицу и посмотрела ему прямо в глаза. В родной синеве не было гнева, а что-то другое. Зовущее. Балдея от того, что чувствовала его желание, Вера подалась вперед и прошептала.

— Ты просил «ух».

— Да. И ты меня уела. Об тебя только ленивый не сломал глаза. Но ты моя.

— Твоя. Я не пыталась тебя «уесть».

Ловкими пальцами он расстегнул молнию на боку, пробрался под платье и коснулся чувствительной груди. Громкость им сегодня противопоказана, пришлось прикусить губу. А потом и его слегка куснуть. Чтобы не забывался.

— Значит, я сам себя поимел. Хотел это сделать прямо там, возле стола с закусками…

Комната резко крутанулась. Воздух выскочил из легких. Под голой спиной ощущалось велюровое сиденье, а под ягодицами — ладони Сережи. Кричать нельзя.

— Се… ре…

Не останавливается. Вера вцепилась ему в волосы, и он наконец оторвался от нее.

— Пожа… ста. Мне сложно… не кричать, — прошептала Вера и указала глазами на дверь, за которой спала их дочь.

— Краснеешь. Такая бесхитростная и понятная.

— Совершенно понятная? — с легким вызовом спросила Вера.

— Мне — да.

— Приведи пример.

— Сегодня ты с завистью смотрела на Рину.

— На кого? — переспросила Вера, хотя интуиция подсказывала, что речь о той блондинке.

— На стерву в брючном костюме.

— Чему я завидовала?

— Она была как рыба в воде. А ты тушевалась и хотела платье поскромнее. И совсем зря. Если надо, я сотню раз скажу, что ты обалденная и красивая.

Словно в утешение, Сережа поцеловал ее. Хотя зачем себе врать? Не в утешении дело. Он хочет закончить то, что они начали. Но Вера не поддалась. Остались вопросы.

— Почему ты назвал ее стервой?

— Совсем не следишь за новостями, Верунь? Рина из нашего города. Только что ободрала мужа при разводе.

— Наверное, было за что ободрать.

— Это конечно да. Он спалился со своими бабами, и не раз.

— Она очень красивая. И зачем такой изменять?!

— Говорят, характер дрянь.

— Так разводился бы!

— Простая ты, Верунь. Зачем разводиться, если в остальном устраивает? Добрал чуток и обратно домой.

— Ну значит она молодец, что ободрала его!

Разговор пошел совсем не туда, а вот действия — куда надо. Платье уже было на полу. Его двойка — там же. На нем осталась только рубашка. И то не для него. После Вера любила спать в его вещах.

— Молодец в данном случае не она. Адвокат ее — хваткий гад. Розанов если взялся, то считай, дело выиграно.

Тело отвечало: делало все, что положено для себя и для Сережи, но мысли были далеко. Так вот кто была клиентка Виктора в их городе. Не так давно он сказал, что дело наконец-то закончилось, и что на одну разведенную женщину теперь больше. А она-то, клуша, даже не подумала поискать ответы в интернете. Там, наверное, все есть: кто, с кем, почему и сколько…

Дальше думать не получилось. Захватила волна, расходящаяся от центра естества. Смывая и расслабляя, она не смогла унести ровно одну мысль — впервые она думала о другом мужчине во время близости. И почему-то совсем не было совестно.

* * *

Второй и главный день свадьбы проводился в гольф-клубе. Всего лишь в ресторане, но к нему прилагался вид на зеленые поля, смешные машинки с козырьками и доступ на веранду у озера.

Утром молодые оформляли отношения в загсе. Пригласив лишь ближний круг гостей. А остальным велели приезжать к назначенному часу за город.

— Такое ощущение, что мы в Вегасе, — шепнула Вера мужу.

Все окна и прочие источники дневного света надежно завешены. Внутри не так агрессивно, но все же достаточно интенсивно воплощена тема казино. Множество огоньков. Сукно. Игровые автоматы.

— Только бы обошлось без Элвиса, — пробубнил Сережа.

— Мне кажется, мы зря притащили сюда Каро. И неважно, что ей дали почетную роль.

Они одновременно взглянули на дочь в пышном красном платье. Как ни удивительно, но Каро спокойно согласилась на перформанс с рассыпанием белых лепестков из корзинки.

— Ты же знаешь, насколько это важно. И она не единственный ребенок здесь. Все продумано. Пусть развлекается. Вы с ней отлично смотритесь вместе.

Верин наряд тоже был с пышной юбкой, тоже с короткими рукавами, тоже красный. Конечно, вместо удобных сандаликов пришлось влезть в узкие лодочки. Чего не сделаешь ради сделки мужа. Даже вспомнишь как это — ходить на каблуках.

Коротали время за фуршетом на улице. Предполагалось, что перед собравшимися новобрачные обменяются клятвами. И затем начнется празднование и ближе к вечеру обещали что-то совсем не детское. Вера настаивала, что они к тому времени уедут.

Пока дочь с другими детьми смотрела шоу фокусника, а муж налаживал контакты, Вера размышляла, стоит ли писать Виктору, что она встретила его клиентку. Сегодня Рина была в платье. Провокационном. В статичной позе не придраться — ткань струилась, обрисовывая изгибы и ничего не показывая. Но стоило сделать шаг, легкий шифон разлетался, обнажая ногу так, что еще бы на сантиметр выше и уже опасно. Но нужный сантиметр был.

«Встретила здесь твою клиентку Р. Выглядит великолепно».

«Твоя землячка?»

«Да».

«Они с мужем стоили друг друга».

«Она тоже ему изменяла?»

«Не доказано».

Какой принципиальный! Вера давно заметила, что несмотря на короткие сообщения, формулировки Виктора часто бывают двусмысленными. И что он, такой умный и жесткий, нашел интересного в ней? Почему общается? Спросить напрямую было страшновато.

Организатор свадьбы объявила, что молодые с близким задерживаются. Они шлют свои извинения и просят набраться терпения. Также напомнили, что для гостей открыт маленький