Всего один поцелуй - София Нэш

Куинн склонился к правой руке Аты, но тут же плавно сменил направление, заметив сухой, всегда скрюченный кулачок, который она отказывалась признавать и обсуждать.

Куинн поцеловал левую руку герцогини и сверкнул глазами:

— Большая честь и не меньшее удовольствие познакомиться с вами, ваша светлость.

— О, пожалуйста, раз уж я и мои подруги будем пользоваться вашим гостеприимством по меньшей мере месяц, прошу вас, называйте меня Атой, как делают все мои близкие.

— Почему бы и нет, мадам? Уверен, что скоро нас свяжут отношения самого доверительного свойства.

Ах, до чего же он обходителен! Легкое удивление лишь промелькнуло на его лице и тут же растаяло. Он мастерски скрыл те чувства, которые неизбежно должен был испытывать, обнаружив, что четыре дамы, о которых он до сего времени слыхом не слыхивал, получили приглашение надолго остановиться в его доме.

Ата вздохнула, и Джорджиана догадалась, что вдовствующая герцогиня горько сожалеет об утраченной молодости и, с радостью скинула бы лет сорок. Исключительно ради Куинна. Крайне возмутительно с его стороны обладать настолько выразительными глазами. Почти такими же, как у Тони, но гораздо более загадочными. Она потрогала брошь, спрятанную под шалью.

— Я рад, что Джорджиана так быстро выполнила мою просьбу и пригласила вас остановиться в Пенроузе, — благожелательно произнес он.

Боже, он нагло и беззастенчиво лгал, сводя на нет ее легкомысленное торжество от маленькой победы, которую она одержала, превысив свои полномочия. Думала, что одержала, но он легко и просто расставил все по местам.

— Я должна от всего сердца поблагодарить вас, — ответила Ата. — Мой внук и его супруга поселились в Эмберли, после того как две недели назад Розамунда разрешилась от бремени двойней. Стыдно признаться, но мы с подругами не отходили от малюток и совершенно не подпускали к ним маму и папу. Поэтому я приняла решение переехать…

Грейс Шеффи со смехом перебила ее:

— О, Ата, не стоит обманывать нашего радушного хозяина. — Графиня повернула к нему прелестное лицо и осенила взмахом ресниц фарфоровую белизну щек. Любое ее движение было исполнено той грации, о какой Джорджиане даже мечтать не приходилось. — Милорд, Люк Сент-Обин дал нам понять, что им с женой хотелось бы побыть в уединении.

— Помилуй, Грейс, — вмешалась Элизабет Эшбертон, — теперь ты говоришь неправду. Мы и глазом не успели моргнуть, как герцог приказал упаковать наши вещи и выпроводил нас вон. Не то чтобы я жаловалась, избави Бог. — Она взглянула на Куинна и продолжила со свойственным ей напором: — Он велел кучеру своей герцогской кареты доставить нас в лондонский особняк. Превосходный особняк, милорд, уверяю вас.

— Но не такой превосходный, как Эмберли, — сказала Ата, обиженно надув губы в манере, свойственной скорее ребенку, а не даме столь почтенного возраста.

— Ата предпочитает жить за городом, — пояснила Джорджиана, досадуя на то, что вновь вынуждена оправдываться.

— Моя дорогая леди, — Куинн ласково посмотрел на герцогиню, — для меня, очевидно, что ваш внук испытывает острую нехватку надлежащего воспитания. Если бы у меня была такая бабушка, как вы, мне бы и в голову не пришло отсылать ее, куда бы то ни было. Позвольте мне разместить вас со всеми удобствами, а потом задать ему хорошую трепку.

Он рассмеялся, когда герцогиня сделала вид, что всерьез раздумывает над его предложением.

Ата сжала его ладонь здоровой рукой.

— Мы с вами великолепно поладим, — произнесла она и лучезарно улыбнулась.

Чудесно. Теперь Ата целиком подпала под его колдовские чары — как и любая женщина, хоть раз повстречавшаяся с ним.

— Милорд, — раздался нежный, мелодичный голос Сары Уинтерс. — Позвольте от всей души поблагодарить вас за любезное приглашение погостить в вашем доме. Вы проявили необыкновенное великодушие, поскольку я более чем уверена, что вы впервые узнали о нашем существовании в тот момент, когда вошли в эту гостиную.

Слава Богу, хотя бы у Сары хватило опыта и мудрости найти верные слова.

— Мадам, вы глубоко ошибаетесь. Мы с Джорджианой составили список дел на сегодня, и приглашение стоит в нем первым пунктом. Вот, пожалуйста, убедитесь сами.

Джорджиана готова была сквозь землю провалиться. Она вспомнила, что в спешке оставила листок со своими планами в столовой после завтрака.

И вот теперь Куинн извлек из кармана ее список.

Тот самый, где черным по белому значилось: «Встреча с его высочеством».

Вот уж действительно его высочество. Покинув Голубую гостиную, Куинн улыбнулся. Редкая удача, когда, перетасовав случайные обстоятельства, удается выстроить из них изящный карточный домик — а потом эффектно и с удовольствием разрушить его в точно выбранный момент.

Дав знать лакею, что передумал ехать верхом, он решил насладиться пешей прогулкой к дому, где проживает семейство Уайлдов.

Острый соленый корнуоллский воздух, напоенный свежестью вчерашней грозы, щекотал ему ноздри. К благоуханию жасмина и роз из ухоженных регулярных садов примешивался аромат эвкалиптовых деревьев и пряный запах земли, доносившийся с огородов. Июль — самый лучший месяц в Пенроузе. Пчелы с жужжанием сновали туда-сюда по своим делам, работники на мозаике полей ловкими, привычными движениями раскладывали для просушки сено из поврежденных грозой стогов. И в точном соответствии со списком Джорджианы лесник обшаривал рощу в поисках браконьерских силков.

В том, что в поместье царил образцовый порядок, не было ничего удивительного — хозяйство Пенроуза всегда работало как превосходно отлаженный механизм. Остается выяснить, кого именно благодарить за работу. Куинн готов был съесть собственную шляпу — даже кивер португальских стрелков с зеленым плюмажем, который так нравился Фэрли, — если мистер Уайлд управляется здесь в одиночку. Очевидно, за всем этим стоял Уайлд-младший, Грейсон. И конечно, тут не обошлось без помощи его сестры. А вот как быть дальше — совсем другая история.

Не дело, когда в поместье один Уайлд является управляющим, а другая Уайлд — маркизой, да еще то ли подлинной, то ли мнимой.

Куинн с трудом открыл слегка заржавленную задвижку, вошел в калитку и направился к уютному, утопающему в розах коттеджу. Вот только стены, явно нуждавшиеся в свежей побелке, немного портили впечатление.

Он собирался постучать, но дверь внезапно распахнулась, и на пороге появилась миссис Уайлд.

— Куинн Фортескыо! — воскликнула полная немолодая женщина. — Мистер Уайлд ждет вас. Батюшки, как вы выросли. Ах, я прямо вздрогнула, когда вас увидела. Вы всегда были так похожи на нашего дорогого Энтони. Такая жалость. — Она поцокала языком.

Он поморщился.

— Вы просто обязаны помочь моей дочери. Она ведет себя неразумно, мои доводы ее не убеждают. Джорджиана, — она тараторила без остановки, ей не требовались логические паузы и время на то, чтобы перевести дыхание, — не желает принять на себя роль маркизы. Отказывается занять то место, которое принадлежит ей по праву.