Газетный роман - Нэнси Уоррен

— Как ты узнал это?

Губы Майка растянулись в широчайшей улыбке.

— Разве в школе журналистики тебя не учили такого рода вещам?

— Конечно, — пробормотала Тесс, теребя бретельку майки, — но у меня просто не было времени.

Майк усмехнулся:

— Так тебе говорит что-нибудь это имя?

— Натан Макартур? — она медленно покачала головой. — Нет.

— Черт. — Майк надеялся, что она знает.

Зря он, конечно, связывается с этой девчонкой, но у него нет выхода, ему нужны ее контакты. Майк набрал в грудь воздуха:

— Итак?

— Что? — Тесс скрестила руки на груди, и Майк внутренне застонал: это все равно, что искушать голодающего картинками роскошных яств. Он с трудом отвел взгляд.

— Я раскопал столько грязи на Кэдмана, что впору надевать резиновые перчатки. Он затевает новую аферу, и на этот раз я прижму его как миленького. Мое предложение заключается вот в чем: мы делимся информацией. Я покажу тебе все бумаги на Кэдмана, познакомлю с источниками, а ты сообщишь мне все, что тебе удастся узнать во время разговоров с его друзьями.

Тесс не отвечала, Майк видел, что она обдумывает все «за» и «против». Он сам долго не мог решиться обратиться к ней с этой просьбой.

«Она согласится, — подумал Майк, — она должна согласиться, если хочет когда-нибудь стать настоящим журналистом. Мы должны сотрудничать, чтобы вывести мошенника на чистую воду. Неужели она этого не видит?»

— А как насчет нашего пари?

— Пари остается в силе, сделка касается только обмена информацией.

— Ты имеешь в виду…

— Статья на первой полосе. Тот, у кого она выйдет первой, выиграл пари.

— Но ведь мы будем работать вместе, как же тогда? — занервничала Тесс.

— Мы условимся, что не будем печатать статьи, пока не соберем достаточно доказательств, то есть пока не убедим наших редакторов, что все написанное — чистая правда.

Глаза у нее широко раскрылись.

— Но ведь тогда все зависит от редактора тоже.

— Такова жестокая реальность, малышка, всегда есть риск.

Тесс выдохнула.

— О'кей. — Ее взгляд остановился на противоположной стене.

Майк проследил за взглядом и увидел на стене фотографию отца Тесс.

Она хочет что-то доказать дорогому папочке? Как интересно. Он поставил на стол полупустую бутылку.

— Мне пора, принцесса, спасибо за пиво.

— Подожди, — Тесс перевела взгляд на Майка. — А как мы будем обмениваться информацией? Странно будет, если мы вдруг начнем встречаться, когда всем известно, что…

— Что всем известно?

— Что… что мы… не перевариваем друг друга. Ты хоть читал мои рецензии?

— А может, все просто ошибаются? — Майк сделал шаг, взял девушку за подбородок и прижался к ее губам в коротком поцелуе. — Мы будем видеться в кинотеатре. — Он заглянул в затуманившиеся желанием глаза.

На лице у Тесс появилось мечтательное выражение, розовые губы были полураскрыты. Ох, и дурак же он! Думал обойтись одним поцелуем!

С губ Тесс сорвался стон. Мольба? Приглашение? Майк потерял голову. Он притянул девушку к себе и медленно накрыл ее губы своими.

Майк сдерживался изо всех сил, стараясь целовать ее нежно и неторопливо. Он опустил ресницы, обвел языком контур ее губ, потом проник кончиком языка внутрь, пробуя ее на вкус, превращая поцелуй из нежного и неторопливого в горячий и страстный.

Компьютер приглушенно жужжал, на улице проехала машина, но Майк слышал только биение ее пульса.

Он приподнял край маечки, обнажая нежную кожу, и Тесс задрожала, ее руки еще крепче обхватили его за плечи. Пальцы Майка скользнули выше, к груди.

Теперь стон вырвался у Майка — так мучительно сладко было прикасаться к ее груди. Не прерывая поцелуя, он ласкал соски, слегка сжимая их пальцами. Тесс вся дрожала, хватаясь за его плечи.

Он с трудом открыл глаза — дверь в ее спальню была приоткрыта. Майк уже собирался подхватить девушку на руки, но Тесс резко вырвалась.

— Нет, мы должны остановиться.

— Остановиться? — ужаснулся Майк.

Тесс прижалась щекой к его груди.

— Я знаю, как это трудно, но мы ведь соперники.

— Ну, сейчас я бы назвал нас одной командой.

Тесс рассмеялась. Волосы у нее растрепались, губы припухли, щеки разрумянились.

— Давай так договоримся: после того, как ты отведаешь ворону, мы решим, что делать с… — она выразительно посмотрела на него, — с этим.

— После того, как ты отведаешь ворону. Но почему-то мне кажется, ты не выдержишь так долго.

Глаза Тесс искрились смехом.

— На что спорим?

Майк улыбнулся:

— Еще одно пари? Побереги свои деньги, у тебя нет шансов выиграть.

Он вышел из квартиры, не в силах скрыть разочарование.

— Подвинься.

— Пардон? — Тесс подняла глаза.

Перед ней стоял Майк со стаканом попкорна в одной руке и содовой в другом. Он головой указал ей на другое кресло. Майк вел себя так, словно забыл, как страстно целовал ее несколько дней назад.

— Я всегда сижу здесь, у колонны, — запротестовала Тесс, — а ты с другой стороны прохода.

— Мы не можем секретничать, сидя так далеко друг от друга, — пояснил Майк.

— Ты что-то узнал? — Она пересела, хотя ее женская гордость была задета таким равнодушием.

Майк плюхнулся рядом.

— Я выяснил много интересных вещей, — сообщил он. — Попкорн? — Он протянул стакан Тесс, просыпав часть ей на колени.

— Нет, спасибо, — оттолкнула она стакан. — Почему он у тебя вечно просыпается?

— Девчонка в киоске от меня без ума и всегда насыпает мне с верхом. — Майк засунул в рот полную горсть попкорна.

— У нее просто руки трясутся, — прокомментировала Тесс.

От аромата попкорна у нее потекли слюнки. Она уже ела сегодня — ланч в японском ресторанчике, — но запах вредного и калорийного попкорна, похоже, нравился ее желудку куда больше.

— Ты говорила с Пибоди? — спросил Майк с набитым ртом.

— Сначала твои новости.

Майк сделал глоток содовой.

— Кэдман вчера играл в гольф.

— Вау! Его личный врач будет в восторге.

Майк ждал, когда ее любопытство возьмет верх.

— О'кей. С кем он играл в гольф?

Майк улыбнулся:

— А кто у нас самый главный в этом замечательном городе?