Воплощенная мечта - Кристи Голд

— Нет, я просто хочу сказать, что сексуальная совместимость играет важную роль в семейной жизни. Или, по крайней мере, должна играть, но как заранее узнать, подойдете ли вы друг другу, если у вас ничего не было?

— А по-моему, секс не так уж и важен. — Похоже, Мэдисон всерьез начала злиться. — Неужели ты никогда не слышал, что страсть со временем утихает?

— Такое впечатление, что ты говоришь о собственном опыте. Ты была замужем?

— Нет, но у меня были длительные отношения. И именно из-за этого человека у меня теперь нет собаки.

— Так вы расстались из-за какого-то пса?

Мэдисон слабо улыбнулась:

— Просто не сошлись характерами. Он хотел тихой семейной жизни в провинции и кучу детей, а я хотела построить карьеру в крупном городе.

— Семья тебе совсем не нужна?

— Я не собираюсь повторять ошибку матери и отказываться от карьеры ради мужчины.

Да, похоже, ей тоже пришлось в этой жизни несладко.

— Она этой жизни не выбирала?

Мэдисон одним глотком допила оставшийся чай.

— Выбирала. Мама занималась исследованиями в области медицины, но все бросила ради своего помощника. Никогда не понимала, как ради кого-то можно отказаться от своих амбиций.

— Может, долгая взаимная страсть того стоит?

Мэдисон коротко рассмеялась:

— Извини, но что-то мне в это слабо верится. А если серьезно, то мне даже не хочется ставить рядом такие слова, как «страсть» и «родители».

Весьма интересно.

— А ты никогда ни к кому не питала длительной страсти?

— Как я уже говорила, страсть сильно переоценивают.

Мэдисон явно попадались не те мужчины. Сперва Зейн намеренно старался ее отпугнуть, чтобы она вернулась к себе в Штаты и оставила его в покое, но теперь он всерьез подумывал, что мог бы наглядно продемонстрировать ей силу истинной страсти.

Пристально вглядываясь в лицо Мэдисон, Зейн сосредоточился на ее губах.

— Ты никогда не встречала человека, от которого не могла бы отвести взгляд? Такого, ради которого стоило бы всем рискнуть?

— Что-то не припоминаю.

— Просто не верится, что ты добровольно отказываешься от всего, что дарят занятия любовью.

— А с чего ты взял, что я от чего-то отказываюсь? — выдохнула она.

Зейн осторожно провел кончиком пальца по ее губам.

— Иначе бы ты не стала отрицать все прелести секса.

Он рассчитывал, что она отстранится и начнет спорить, но вместо этого Мэдисон обвила его шею руками и приникла к его губам.

Зейн буквально чувствовал, как этот поцелуй ломает давно сдерживавшие ее преграды и на него обрушивается настоящий поток страсти. До этого он еще старался держать себя в руках, но теперь, когда эти мягкие губы с ароматом мяты настойчиво требовали от него ласк… Ухватив Мэдисон за бедра, он крепко прижал ее к себе, заставляя в полной мере ощутить, как сильно он ее хочет.

Краешком сознания Зейн все еще понимал, что должен немедленно остановиться, но вместо этого хотел лишь подхватить ее на руки и отнести в кровать, а еще лучше, забыв о пустых формальностях, взять ее прямо на месте… Он чувствовал, что уже не в силах остановиться, но…

За него это сделала сама Мэдисон.

— И что это было? — раскрасневшись, спросила она, высвободившись из его рук.

— Всепоглощающая страсть, — улыбнулся Зейн, — но ты, видимо, ее не узнала. Да это и неудивительно.

Мэдисон отступила на пару шагов и одернула блузку.

— Не угадал, это была огромная ошибка, и все из-за этой дурацкой горы плодородия.

Тут Мэдисон повернулась, чтобы уйти, но при этом пошатнулась, и Зейн ухватил ее за руку, не давая упасть.

— А может, во всем виноват чай, — прошептал он ей на ухо, обнимая со спины.

— Или я просто дура. — Мэдисон снова высвободилась из его рук и повернулась к нему. — Похоже, мне пора ложиться.

— Составить тебе компанию?

— Да… Нет, не нужна мне никакая компания.

С этими словами она скрылась за дверью, оставив возбужденного Зейна мечтать о несбыточном.

Пока что несбыточном.

Мэдисон хотелось натянуть на голову одеяло и громко закричать. А еще лучше — вообще стереть из памяти вчерашний вечер.

В дверь постучали. Может, сказать, чтоб до завтра ее не беспокоили? Или до послезавтра? Тогда она, наверно, сможет справиться со стыдом и выползти из комнаты.

Но вместо того чтобы пойти на поводу у своих желаний, Мэдисон героически выбралась из кровати и, надев халатик, поплелась к двери. Если она сейчас увидит причину своего отвратительного самочувствия, то, по крайней мере, сможет высказать все, что о ней думает… Или пригласит зайти…

Распахнув дверь, Мэдисон увидела Елену с подносом в руках.

— Доброе утро, мисс Фостер. Вам хорошо спалось?

— Лучше не бывает. — Наверное, именно это и называется спать как убитой. Или пьяной. — Что было в том чае?

— Ромашка. И еще немного всякого разного.

— А поконкретней?

— Травы, мед, шнапс.

Шнапс. Это многое объясняет.

— Предупреждать же нужно! Я выпила три чашки, а потом двадцать минут отмокала в душе, прежде чем сумела найти кровать.

— Извини, cara. Я просто хотела помочь тебе расслабиться.

— Тебе это удалось. — Да так замечательно, что она сама бросилась Зейну на шею.

Елена помахала рукой у Мэдисон перед подбородком:

— У меня есть бальзам, который отлично справляется с такими раздражениями.

Смутившись, Мэдисон пошла к зеркалу, посмотреть, что у нее с подбородком. Отлично, вчера она уснула с мокрой головой и теперь похожа на швабру, да еще на подбородке появилось огромное красное пятно.

— Похоже, это от нового косметического средства. Больше я к нему не прикоснусь.

— А это средство такое высокое, темноволосое и второй день небритое? — улыбнулась Елена.

Мэдисон всегда ненавидела врать, поэтому решила просто уклониться от ответа. Отвернувшись от зеркала, она указала на поднос с чашкой и печеньем:

— Надеюсь, это не чай?

— Это кофе, крепкий кофе. Я решила, что перед встречей с принцем Зейном тебе не помешает взбодриться.

Мэдисон не помнила, чтобы они договаривались о каком-то конкретном времени, но, с другой стороны, она вообще плохо помнила вчерашний вечер. Кроме поцелуя. Поцелуй она отлично запомнила.

— Когда он меня ждет?

— Прямо сейчас. Он в кабинете, но настроен весьма мрачно.