Огненная чародейка - Оливия Гейтс

Она сжала кулаки, не позволяя себе к нему прикоснуться.

– А что изменилось сейчас?

– Ты. Твое возвращение. Это значит, ты готова встретиться с демонами своей души и избавиться от них. Теперь ты будешь вспоминать хорошее и думать о хорошем. Я тоже изменился. Я отстранился от своей семейки и полностью на твоей стороне.

Слезы, которые она сдерживала восемь лет, покатились по ее щекам. Роксана и Джалал потянулись друг к другу, и он заключил ее в объятия.

– Значит, ты мне веришь? – тихо спросил Джалал.

Она подняла голову, дрожа от радости и волнения:

– Что еще это может значить, мой замечательный волчище?

– То, что ты слишком отзывчивая, поэтому прощаешь меня, хотя по-прежнему веришь, будто я подружился с тобой, имея определенную цель – соблазнить и увести от Хайдара.

Она ухмыльнулась и ткнула пальцем в ямочку на его левой щеке:

– Как будто у тебя получилось бы меня соблазнить. Как будто ты этого хотел…

Он с облегчением улыбнулся:

– Меня бы позабавили обвинения Хайдара, если бы я так на него не злился. После того как мы с тобой по знакомились, я чувствовал: ты – моя настоящая сестра– близнец, драгоценная моя!

Роксана всхлипнула, услышав, как он ее назвал:

– Ты не представляешь, как я по тебе скучала, мой драгоценный!

– Да? – усмехнулся Джалал. – Значит, я прощен? А я-то надеялся, моя Роксана стала твердой, как алмаз. Ты же по-прежнему сентиментальна…

Вскочив, она потянула его за обе руки:

– Я еще не завтракала. Составишь мне компанию?

Его улыбка могла бы осветить весь мир.

– Конечно! Я не ел со вчерашнего дня – так волновался, представляя наш разговор…

– И этот человек когда-то плавал с акулами?

– Драгоценная моя, во-первых, я плавал с ними ради огромной суммы в долларах, которая пошла на благотворительность. Во-вторых, твой возможный отказ и, что еще хуже, мое неумение исцелить твою душевную боль гораздо страшнее акульей пасти.

Она крепко поцеловала его в щеку.

В течение следующего часа они смеялись, обменивались новостями и никак не могли наговориться. Словно вернулось прошлое, когда Роксана, разделавшись с делами, бежала к своему партнеру по сквошу – каждый раз, когда он был в королевстве.

Они пили мятный чай, когда Джалал сказал:

– Ты снова мой друг, моя сестра, но мне еще нужны твои профессиональные услуги.

Она подняла брови:

– Ой-ой. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Ты думаешь, – он обвел рукой вокруг, – я затеял все это ради своей просьбы?

Роксана ответила не сразу:

– Нет. Я слишком тебе доверяю.

– Несколько часов назад ты нисколько мне не доверяла.

Она покачала головой:

– Это неправда. Ты относился ко мне искренне. А потом я решила – ты вычеркнул меня из своей жизни. Иногда я скучала по твоей дружбе сильнее, чем по иллюзии своей любви к Хайдару…

Он порывисто обнял ее:

– Не могу выразить словами, как сожалею, что имен но моя семья заставила тебя страдать! И что я к этому тоже причастен. – Джалал отстранился, держа ее за плечи. – Но я больше не позволю тебя обижать.

Роксана кивнула, слезы все еще катились по ее лицу. Он осторожно вытер слезинки.

– А ты рассмотришь мою просьбу?

Она шутливо оттолкнула его от себя.

– Сразу скажу, друзья не могут быть партнерами по бизнесу.

– Бывают исключения. Когда дружат и работают два порядочных человека, результаты могут быть впечатляющими.

Повернувшись к нему лицом, она села поудобнее, поджав под себя ноги.

– Ладно. Что ты предлагаешь?

Джалал принял точно такую же позу, как Роксана.

– Ко мне обращались старейшины четырех крупных кланов Азмахара, предлагая стать их кандидатом на трон.

– Меня попросили рассмотреть в качестве кандидатов тебя, Рашида аль-Мансури и… Хайдара, – кивнула Роксана.

Он заметил, с какой заминкой она упомянула Хайдара, но ничего не сказал.

– Я хочу, чтобы ты стала моим консультантом и советником по всем вопросам. В такой неоднозначной ситуации мне нужен человек, которому я смогу безоговорочно доверять. Кто сохраняет нейтралитет и знает политическую и экономическую ситуацию в стране. Есть ли еще кто-нибудь, отвечающий этим требованиям?

– Спасибо за доверие. – Она прикусила губу. – Но тогда мне придется видеться… с ним.

– Если ты против, я отзываю свою просьбу. Мы с Хайдаром, вероятно, никогда уже не увидимся.

У нее екнуло сердце.

– Все настолько плохо?

– Я не разговаривал с ним два года.

– Вы никогда не были с ним близки, но вас тянуло друг к другу…

– Я тоже так думал. Восемь лет назад мы договорились никогда больше не встречаться. Но жизнь сводила нас снова и снова. Во время кризиса в Зохаиде мы вроде бы сблизились, как в детстве. Но потом опять столкнулись. – Джалал скривился. – Во время нашей последней встречи он от меня отрекся.

Роксана прерывисто вздохнула:

– Хорошо, я помогу тебе. Но это не должно навредить моей работе. И я не стану разглашать информацию, которая предоставляет тебе преимущество. Делай собственные выводы и пользуйся моими предложения ми. И конечно, я буду помогать тебе неофициально, по-дружески.

Роксана не поняла, что принесло Джалалу большее облегчение: ее согласие сотрудничать с ним или поставленное ею условие.