Единственное решение - Миллисент Лэмб

Грейс была настроена на победу. И она выиграла бы, если бы Дастин не мухлевал. Но он опередил ее ненамного.

— Так плохо я еще не играл. С тобой опасно иметь дело.

Грейс и не надеялась так здорово сыграть. Тем более что ей было трудно сосредоточиться на бросках, когда она мысленно, проговаривая это вслух, снимала с Дастина один предмет одежды за другим, оставив его в конце игры в одних белых плавках. Последние Грейс не рискнула снять, потому что тогда ей пришлось бы описать то, что скрывалось под ними.

Дастин не был таким застенчивым. Он начал с ее свитера, затем снял с Грейс бюстгальтер и начал описывать в деталях прелести ее грудей.

— У тебя что, пунктик на женских грудях? — не выдержала Грейс.

— Нет, интерес к ним появился благодаря тебе. Итак, я остановился на том, как великолепно они умещаются в моей ладони.

Грейс махнула рукой: говори, мол, что хочешь. Но, когда Дастин, мысленно сняв с нее одну сережку, начал описывать, что делает с ее ухом, она так возбудилась, что едва не потеряла сознание.

Несмотря на то что у Грейс дрожали руки от сладострастного провокационного голоса Дастина, она сумела довести счет до разницы всего в один бросок. Если она собьет более одной кегли, то выиграет матч.

— Надеюсь, ты понимаешь, что проиграл, — насмешливо заявила Грейс. — Один шар, и победа будет за мной.

— Вот как? Даже несмотря на то что я раздел тебя донага?

— Я не голая!

— Пока нет, — покладисто согласился Дастин. — Но у тебя в запасе всего один бросок, и, насколько я вижу, на тебе остался лишь один предмет туалета.

Действительно, если бы Дастин в самом деле ее раздевал, то Грейс стояла бы сейчас перед ним в одних трусиках. Грейс вспыхнула, представив, как он снимает их с нее.

— Ты ведь хочешь проиграть мне, не правда ли? — осведомился Дастин вкрадчивым бархатистым голосом. — Хочешь, чтобы я просунул свои пальцы внутрь этих белоснежных трусиков и… Нет, я сделаю это не так. Я подойду к тебе сзади и прижму тебя к себе с такой силой, чтобы ты почувствовала, насколько я возбужден. Я хочу быть внутри тебя, и ты это знаешь. Нестерпимо хочу.

Грейс стояла к нему спиной, поэтому он не мог видеть, как она тает от его мягкого хрипловатого голоса, как напряглись соски ее грудей.

— Я залезу в твои трусики, — продолжал плести эротическую паутину Дастин, — и поиграю с завитками волос, которые вижу сквозь шелковое кружево. Потом я почувствую на своих пальцах влагу. Ты ведь тоже хочешь меня? Ты раздвигаешь ноги, чтобы моя рука могла протиснуться внутрь… Ты уже готова принять меня, да?

Грейс словно приросла к полу. Она закрыла глаза и тут же поняла, что совершила ошибку. Соблазнительный шепот Дастина заполнял каждую клеточку ее сознания.

— Твои бедра прижимаются к моему твердому пенису, они напряжены и требуют, чтобы я закончил твои сладкие мучения, — журчал его голос. — Ты тяжело дышишь, твое сердце колотится как бешеное, и тебе кажется, что ты теряешь сознание. Я беру ладонями твои груди и нежно тяну за соски…

Собрав волю в кулак, Грей обернулась и посмотрела на искусителя.

— Может, тебе помочь, Грейс?

— Помочь?

Мне нужен ты, я хочу, чтобы ты сделал со мной все то, о чем только что говорил! — в отчаянии мысленно ответила она.

— Я имею в виду, помочь бросить шар. Это же твой последний шанс сравняться со мной.

Дастин встал за спиной Грейс, левой рукой обхватил ее за талию, а правой помог направить шар четко по желобу.

— Если ты промажешь, — шепнул он ей на ухо, — я отвезу тебя к себе домой и проделаю с тобой то, о чем только что сказал.

— Все…

У Грейс настолько отяжелел язык, что она смогла выдавить из себя только одно слово. А кончик языка Дастина тем временем скользил по ее уху.

— Угу. А мы еще не дошли до того момента, когда я сниму с тебя эти очень сексуальные, очень белые трусики. Тебе только нужно промазать, и ты получишь от меня то, чего жаждешь.

Он скользнул рукой вниз к ее животу и провел ладонью по тому месту, которое описывал минуту назад. Грейс почувствовала, как внутри нее разлилась горячая влага, и она в изнеможении прислонилась к Дастину. Его взбудораженное естество уперлось ей в ягодицы.

— Ты не забыла, как я все это сделаю? Мои пальцы будут ласкать нежный треугольник, ладонь сожмет упругую грудь… Помнишь? Тебе надо только промахнуться. Брось шар мимо кеглей, и я сниму с тебя трусики по-настоящему. Я проведу с тобой ночь и докажу, как нам может быть хорошо вместе. С прошлого воскресенья мое воображение рисует потрясающие сцены в постели с тобой. Ну, Грейс, бросай свой шар!

Ее мозг среагировал на его команду, и Грейс разжала пальцы. Сделав бросок, она отошла от Дастина — подальше от соблазна.

Шар медленно катился по желобу, казалось, что он вот-вот остановится.

— Спорим, он никогда не достигнет цели? Думаю, что выиграл я. — Дастин окинул Грейс плотоядным взглядом с головы до ног. — С нетерпением жду, когда смогу получить свой выигрыш.

Шар продолжал по-черепашьи катиться вперед, с каждым оборотом его скорость падала.

— Он не дотянет до конца. Ты проиграла, — подзуживал Дастин.

Шар докатился до той точки, с которой мог легко сбить первую кеглю, а вслед за ней и еще три, и замер. Кегля слегка зашаталась, и Грейс задержала дыхание. Упадет или не упадет?

— По правилам, если шар не доходит до кеглей, бросок считается проигранным, — не без удовольствия информировал ее Дастин. — Так что я выиграл.

— Нет! Смотри! — Первая кегля, словно поразмыслив немного, лениво зашаталась и упала. — Я сбила одну!

Дастин победил с минимальным преимуществом.