Бывший будущий муж - Айра Уайз

Но подняться со стула и оставить Тэда одного сейчас казалось ей дезертирством, предательством. Джессика встала, не выпуская руки брата, и поцеловала ее, потом наклонилась и нежно коснулась губами щеки.

— Я люблю тебя, дорогой, всегда любила и всегда буду любить, — шепнула она, потом быстро отвернулась и пошла к двери, ничего не видя перед собой сквозь пелену слез.

Найджел последовал за ней.

— Ты куда?

Она моргнула и оглянулась. Дверь в палату брата была закрыта, и они стояли посреди больничного коридора.

— Малыши. — Джессика кивнула в сторону их палаты. — Я хочу…

— Они в порядке, — заверил ее Найджел. — Я провел с ними последние два часа, пока ты сидела с Тэдом.

Два часа?! Джессика недоверчиво уставилась на него. Найджел провел два часа с новорожденными детьми… Как-то это не вязалось с ее представлением о нем.

— Я смотрел, как сестра занималась ими.

Потом она разрешила мне немного подержать мальчика…

По его красивому лицу пробежала какая-то тень — волна с трудом сдерживаемых эмоций, которая только подчеркнула боль. И Джессика ощутила внезапное чувство вины. Этот мужчина только что перенес тяжелую утрату, но был занят тем, что поддерживал и ее, и других, не давая себе ни минуты расслабления, ни минуты, чтобы справиться с собственным горем. С момента приезда в больницу она была словно в тумане, но Найджел делил свое время между нею, потрясенными матерью, братьями и сестрой.

Вот и сейчас он стоял рядом — сильный, волевой Скленнерд. Но она успела заметить опустошенность в синих глазах, а перед внутренним взором встала болезненная картина:

Найджел терпеливо сидит рядом с младенцами, ожидая возможности подержать на руках новорожденного мальчика, его последнюю связь с дорогой Кэт.

Нестерпимая жалость раздирала ее сердце — и за себя, и за него, и за всех его родных.

— О, Найджел, — прошептала Джессика, повинуясь непроизвольному импульсу обнять и утешить, излить на него слова симпатии и сострадания.

Он заметил ее порыв и моментально собрался.

Протянул сумочку и сухо сказал:

— Вот держи.

Джессика уставилась на него непонимающими глазами, чувствуя себя так, словно он захлопнул дверь у нее перед носом. Да почему бы и нет? — сказала она себе, вздрогнув всем телом и проглотив так и не произнесенные фразы. В конце концов мой брат жив, а его сестра умерла. И уж конечно утешение со стороны бывшей любовницы, ставшей лютым врагом, слишком большой удар для его гордости.

Джессика взяла сумочку, не проронив ни звука, повесила ее на плечо и зашагала к лифтам. Кресла в просторном коридоре пустовали остальные члены семейства Скленнерд давно отправились домой.

В полном молчании Найджел и Джессика сели в машину и поехали по ночным улицам.

Часы на приборной доске показывали начало четвертого утра. Ей казалось, что прошло не двадцать два часа, а по меньшей мере дней десять с тех пор, как она накануне покинула свою удобную постель.

Столько всего случилось за такой короткий промежуток времени… Слишком много, подумала Джессика, откинула голову назад и закрыла утомленные, воспаленные глаза.

Найджел покосился на свою спутницу, увидел, что она задремала, и скривился. Он не мог не заметить, какое впечатление произвел на нее своим поведением, когда словно закрылся в своей скорлупе. Но она не поняла, совсем не поняла истинных причин, побудивших его так поступить. Просто теплые, утешающие слова от нее, Джессики, могли оказаться последней каплей, которая лишила бы его с таким трудом поддерживаемого самообладания.

И все еще не закончилось, далеко не закончилось, Джессика пока даже не догадывалась, что ожидает ее впереди. И он прекрасно сознавал, что, как только она узнает, где ей предстоит жить, тут-то и начнется настоящая битва.

А Найджел никак не мог позволить себе ослабить бдительность, оказаться в эмоциональной зависимости от этой особы с ее яростно-упрямым и независимым характером.

Хотя, устало думал он, ведя машину по тихим, молчаливым улицам города, возможно, это уже случилось… Один взгляд на Джессику, сидящую рядом с ним, на ее вытянутые вперед длинные ноги, на красивый профиль — и он снова ощутил давно знакомое чувство.

Она всегда волновала его. И всегда будет волновать. Любил он ее или ненавидел, но хотел всегда. И именно это знание делало его столь уязвимым. Дай ей только малейшую возможность прибегнуть к своим чарам, и он загорится от крошечной искорки. Найджел настолько верил в это, что готов был пойти на что угодно, лишь бы Джессика не проснулась, пока он не уложит ее в постель, а сам не окажется за дверями спальни, желательно на другом этаже. Проклятая ведьма! И братец ее такой же!.. Недаром Кэти говорила, что они стали легкой добычей для этой темнокожей парочки.

Кэти… Найджел почувствовал, как в груди что-то оборвалось. Не в первый раз за сегодняшний длинный несчастный день. Как же ему не хватает дорогой малышки Кэт! Как же ему хочется вернуть ее, больше всего на свете хочется!.. И снова горькие, едкие слезы навернулись на глаза.

Найджел с силой нажал на акселератор, пытаясь хоть как-то ослабить владеющее им напряжение. За окном мелькали знакомые улицы. Впереди засветились красные огни светофора. Скорее, скорее! Он сильнее вдавил педаль в пол и устремился к перекрестку, бросая вызов проклятой старухе по имени Смерть.

Джессика шевельнулась и что-то пробормотала. Он покосился на нее, сжал челюсти и заставил себя сбавить скорость. Одной катастрофы на сегодня довольно. Мгновение безумия миновало, а молодая женщина продолжала спокойно спать, даже не подозревая, что он готов был рискнуть ее жизнью.

Но ощущение замешкалось. Замешкалось и продолжало жечь его изнутри, как кислота. Гнев, что так безвременно оборвалась молодая жизнь, пересилил даже горе. И Найджел угрюмо подумал, что знает лишь один способ как-то смягчить его.

«Мерседес» свернул на подъездную аллею и затормозил у дома. Джессика потянулась, открыла покрасневшие глаза и огляделась.

Найджел ждал, когда же она поймет, где оказалась.

К его удивлению, этого не случилось. Наверное, слишком устала, решил он. Джессика открыла дверцу и вышла. Он последовал ее примеру, достал из багажника сумку, поднялся на порог, достал из кармана ключи.

— У тебя, значит, есть ключи, — пробормотала она, с трудом сдерживая зевок.

— Да.

— Что ж, молодцы.

— Гмм… — удивился странноватому комментарию Найджел.

— Кэти и Тэд, — пояснила Джессика. — Молодцы, что оставляют тебе ключи от дома.

Он помолчал с непроницаемым выражением лица, подумал, заметила ли она, что говорит о Кэтрин, как о живой.

И снова в нем вспыхнул гнев. И снова усилием воли был подавлен.

— Хотя ничего странного, — почти проснувшись, продолжила Джессика. — Все Скленнерды почитают семейную сплоченность главной добродетелью.