Кто сдастся первым? - Карен Бут

– Меня не было пару минут. Ты совсем не волнуешься? Может, мы только что зачали ребенка.

Анна отрицательно покачала головой.

– Я почти уверена, что ничего не случится. Не беспокойся об этом.

Лежа рядом с ней, обнаженной и такой сладкой, Джейкоб почувствовал, как волна желания накатывает на него.

– Не беспокоиться? Может, я чего-то не знаю?

– Просто поверь мне.

– Что? Ты принимаешь таблетки? Зачем тогда мы использовали презерватив?

Анна вздохнула и уткнулась лицом в подушку.

Джейкоб повернулся на бок и положил руку ей на спину… неужели она не понимает, насколько это важно?

– Анна, что происходит? Объясни мне.

Она повернулась и посмотрела на него:

– Я не могу забеременеть.

– Что?

– По крайней мере, пока не сделаю кое-какие процедуры.

– Прости. Но я ничего не понимаю.

Анна перевернулась, натянула простыню на грудь и села. Он ненавидел себя за то, что вынуждает ее говорить о личном.

– Врач в клинике сказал мне нечто такое, с чем я до сих пор не могу смириться. Судя по всему, я не могу иметь детей… поэтому захотела сделать искусственное оплодотворение.

– Тебе двадцать восемь лет. Зачем это нужно? – Джейкоб увидел, как от смущения порозовели щеки Анны. У него чуть не перехватило дыхание. Он хотел быть ближе к ней, ощущать ее запах, прикасаться.

– Я стала задумываться о ребенке после смерти отца. Задумываться о том, чего я хочу по-настоящему от жизни. Самой заветной моей мечтой была встреча с подходящим парнем. Женщине быть исполнительным директором не просто. Большинство мужчин стараются держаться подальше от таких особ.

Интересно, с какими мужчинами она встречалась? Джейкоб удержался, чтобы не спросить об этом вслух. Нет смысла, учитывая, что на пути их отношений все равно будет непреодолимое препятствие – Адам.

– Я не думал об этом.

– Я всегда. С некоторой иронией относилась к тем, кто одержим идеей завести ребенка. А когда потеряла отца, сразу почувствовала, насколько важна семья. Моя жизнь и мои близкие и родные неразделимы. Адам и Мелани женятся, и… – Ее голос дрогнул, она посмотрела в потолок. – Это самый худший ночной разговор. Прости.

Джейкоб терпеть не мог, когда Анна расстраивалась: он совершенно не представлял, как вести себя в подобной ситуации. Попытался представить ситуацию, когда бы он делился чем-то личным, и не смог. Он отдавал должное ее мужеству, ведь она открыто говорила о самом сокровенном.

– Все нормально. Ты можешь рассказать мне, если хочешь.

– Правда? Почему?

Джейкоб взял Анну за руку. Отнюдь не романтичный жест, он просто хотел утешить ее.

– Потому что мне не все равно.

Анна рассказала все, что объяснил ей врач о рубцовой ткани, которая практически лишила ее шанса на беременность, об операции. Он внимательно слушал, жалея, что ей пришлось пройти через все это. Ее явно волновал вопрос о возможности иметь ребенка. Иначе зачем бы она пошла в клинику?

– А что сказала твоя мама?

– Я ничего ей не говорила. И никому не говорила.

Если Анна никогда никому не рассказывала свою тайну, значит, он первый, кому она решилась довериться. Да, этот груз нелегко нести. Вот сейчас она в его постели, отдала самое ценное, что только можно, и теперь обнажает душу перед ним.

Джейкоб никогда не чувствовал вину за свою бизнес-авантюру, хотя этот секрет тяготил его. Он пытался спроектировать захват корпорации семьи Анны, и она понятия об этом не имела. А вдруг эта тайна станет известна всем? Она никогда не простит его. Да и разве можно такое простить?

– Почему ты никому не говорила об этом?

– Я не была уверена, что смогу сдержать слезы.

Джейкоб был рад, что она все же не расплакалась. Он не представлял, что нужно делать или говорить в таких случаях, кроме как обнять человека. Вот только сейчас это не работало.

– Но ведь врач сказал, что все поправимо. С помощью операции, верно?

– Да, но я хотела, чтобы все было просто и легко. Весь прошлый год стал кошмаром для меня. Решившись на ребенка, я хотела начать с уверенностью строить свое будущеее. А сейчас я чувствую себя побежденной.

– Значит, мы не могли зачать ребенка?

– Да, не могли.

Джейкоб почувствовал облегчение. Анна не может забеременеть из-за этой досадной оплошности с порвавшимся презервативом. Хорошо. Иначе все так запутается. Теперь можно переживать только по поводу поглощения «Лэнгтех». Это может потребовать определенных действий с его стороны. Джейкоб отлично умел разделять личные и деловые отношения, но сейчас его железные принципы поколебались.

– Ты сейчас чувствуешь себя лучше? А то мне показалось, немного запаниковал.

Джейкоб тихонько засмеялся.

– Я в порядке и хотел бы, чтобы ты сказала мне об этом раньше. Тогда мы могли бы не использовать презерватив. Я здоров, каждый год прохожу обследование. Кроме того, я всегда использовал контрацептивы, так что этот опыт интересен.

– Ты не знаешь, что такое заниматься сексом без презерватива?

– А разве ощущения так сильно отличаются?

На лице Анны появилась озорная улыбка. Его слова прозвучали так сексуально. Она пододвинулась ближе, пока их бедра не соприкоснулись, поцеловала его, разжигая огонь в крови, и переплела свои пальцы с его пальцами.

– Я слышала, ощущения совсем другие.

– Правда?

Она села на него.

– Почему бы нам не проверить эту теорию?