Заложница - Барбара Картленд

– Пятьдесят тысяч фунтов! – с трудом выдохнула леди Белвиль.

Люсинда ничего не сказала, только широко раскрыла глаза. Эстер от изумления села прямо на пол рядом с открытым чемоданом.

– О, Люсинда, как я за тебя рада! Подумай, как будет здорово, что ты сможешь тратить столько денег, сколько захочешь!

Леди Белвиль взглянула на старшую дочь, и лицо ее помрачнело.

– Это очень большие деньги, – сказала она, – еще неизвестно, что будет, когда лорд Меридан узнает…

Она остановилась и посмотрела на Эстер, которая даже с раскрасневшимися щеками и растрепанными волосами выглядела невероятно хорошенькой.

– Эстер, – неожиданно заговорила она, – послушай меня внимательно, еще не поздно изменить свое решение. Лорд Меридан еще не видел Люсинду, он считает тебя своей будущей женой. Почему бы тебе не поступить разумно и не выйти за него замуж? У тебя будут деньги, ты будешь жить в Лондоне, все будут восхищаться тобой. Твое положение в обществе будет недосягаемым. Одумайся, Эстер! Люсинда тебя поймет.

В комнате наступила тишина, и все, включая камеристку, выжидающе уставились на Эстер. Она обвела присутствующих взглядом и улыбнулась.

– Но я помолвлена с Колином.

– Послушай, Эстер, – настаивала леди Белвиль. – Конечно, Колин очень приятный молодой человек и все мы замечательно к нему относимся, но у него нет денег. Ты можешь прожить всю жизнь в бедности.

– Мы будем жить в этом маленьком домике у реки, – мечтательно проговорила Эстер. – Мы будем очень счастливы, и нам не нужно будет много денег.

– Но ты только подумай, как ты могла бы жить в Лондоне! – умоляла ее мать. – У тебя будет собственная ложа в опере, ты будешь иметь лучшие экипажи для прогулок. Все будут стремиться попасть к тебе на приемы. Ты будешь допущена в окружение самой королевы! А как ты будешь неотразима в знаменитых бриллиантах Мериданов!

Люсинда молча смотрела на свою сестру. Она еще не надела свое подвенечное платье, но шелковое нижнее белье и модный жесткий корсет неприятно сдавливали ее тело. Сверху был наброшен кружевной шелковый пеньюар, белизна и свежесть которого лишь подчеркивали нездоровый цвет ее кожи. Она напряженно прислушивалась к разговору, от которого зависело ее будущее, и лицо ее застыло от волнения.

– Эстер, ну пожалуйста, подумай, от чего ты отказываешься, – умоляла леди Белвиль.

– Мама, ты никак не хочешь меня понять, – отвечала Эстер. – Я люблю Колина и не пойду замуж ни за кого другого. Как я смогу стать женой человека, которого ни разу не видела! Подумай, какое мужество проявляет Люсинда! У меня никогда не было такой силы духа.

Она встряхнула головкой, и золотые локоны рассыпались по ее плечам.

– Господи Боже мой, сейчас уже поздно что-либо менять! – вмешался сэр Эдвард. – Вы сами отлично понимаете, что говорите глупости, Маргарет. Брачный контракт составлен и окончательно подписан.

Леди Белвиль бессильно вздохнула и отошла в угол комнаты.

Люсинда знала, что ее мать просто хочет скрыть выражение разочарования и недовольства. Разочарования, что не ее любимица будет блистать в высшем свете, и недовольства, что именно ее младшей дочери, к которой она никогда не испытывала особо нежных чувств, уготовано такое блестящее будущее.

Понимая, что эта сцена оставила у присутствующих чувство неловкости, сэр Эдвард поспешил вмешаться.

– Уже час дня, – сообщил он, взглянув на часы. – Скоро нам пора отравляться в церковь. Не могу понять, почему его светлость назначил церемонию на столь поздний час – четверть третьего! Может быть, это новая мода? Все умрут от голода, прежде чем доберутся до свадебного стола.

– По-моему, вы сказали, будто получили вчера письмо, извещающее о том, что Люсинда и ее муж не будут присутствовать на приеме, – сказала леди Белвиль.

– Ах да, конечно, у меня совершенно вылетело из головы, – поспешно ответил сэр Эдвард. – Я совсем забыл сказать тебе, Люсинда, о том, что твой муж хочет, чтобы вы сразу после церемонии отбыли в Лондон. Я считаю его манеру поведения просто возмутительной. Он даже не удосужился написать мне лично. Я получил извещение от его секретаря.

– Значит, он совсем не появится у нас? – изумленно спросила Люсинда.

– А как же быть с ее дорожным костюмом? – воскликнула леди Белвиль. – Неужели девочка отправится в Лондон прямо в подвенечном платье? В жизни не видела, чтобы с невестой обращались так неуважительно!

– Я и сам подумал, что это какая-то ошибка, – согласился сэр Эдвард. – Я поговорю с его светлостью, когда он приедет, и скажу ему, что он должен, хотя бы из вежливости, присутствовать на свадебном обеде. Естественно, все наши друзья и родственники рассчитывают познакомиться с ним.

– Я думаю, если его светлость что-то решил, тебе вряд ли удастся заставить его изменить свои планы, – сказала Люсинда.

– Я считаю, что этот господин должен по крайней мере соблюдать приличия! – рявкнул сэр Эдвард, и на лбу у него появилась складка, как всякий раз, когда ему перечили.

Люсинда улыбнулась.

– Я думаю, мама, что будет лучше упаковать мой дорожный костюм, не то мы его вовсе забудем здесь. А чемоданы и сундуки лучше вынести в холл, чтобы можно было уложить их в экипаж его светлости, пока мы будем в церкви.

– Но ты не можешь ехать в Лондон в свадебном платье! – ужаснулась леди Белвиль. – Ни одна уважающая себя девушка не позволит с собой так обращаться! Кроме того, что подумают люди?

– Я полагаю, они подумают, что мне вообще крупно повезло, что я заполучила себе мужа, – ответила Люсинда. – Тем более такого знатного и богатого, как граф Меридан!

– Ну знаешь, Люсинда! – резко оборвала ее леди Белвиль. – Как смеешь ты говорить такие вещи! Никогда не слышала таких вульгарных высказываний. Эдвард, в столовой для вас приготовили бокал вина и холодные закуски. Когда вы голодны, вы становитесь невыносимо раздражительным. И поскольку уже много времени, надо дать Люсинде хотя бы стакан молока с хлебом, не то во время венчания она просто упадет в обморок. И запомни, дитя мое, что мужчины терпеть не могут, когда у их жен кислый вид, особенно в день свадьбы!

– Не беспокойся, мама, – ответила Люсинда. – Я совсем не голодна и не собираюсь падать в обморок.

– Я не заметила, что уже так поздно! – воскликнула леди Белвиль. – Мы срочно должны идти одеваться. Люсинда, проследи, чтобы Агнес закончила упаковывать твои вещи. А свое подвенечное платье ты наденешь в самую последнюю минуту, чтобы не помять его.

– Хорошо, мама, – послушно ответила Люсинда.

Леди Белвиль торопливо вышла из комнаты, и сэр Эдвард последовал за ней.

Эстер медленно подошла к сестре.

– Ах, Люсинда, – улыбнулась она. – Как бы я хотела, чтобы это была моя свадьба. Ну ничего, мне осталось ждать всего несколько месяцев. Обещаешь приехать, когда я буду выходить замуж? Я так расстроюсь, если тебя не будет!