Скромность и тщеславие - Элен Бронтэ

— Я, наверное, задерживаю вас, мисс Эванс, — видимо, сомнения отразились на лице Лорен, и мисс Патриция истолковала их по-своему.

— Моя подруга в магазине, смотрит шляпки, а я сегодня не собиралась делать покупки.

— Вы так элегантны, — с легкой завистью вздохнула новая знакомая. — Наверное, ваша матушка научила вас, как правильно следует выбирать себе платья.

— Я, как и вы, рано лишилась матери. Но мне помогали советами старшая сестра и жена моего брата.

— Простите, я не хотела бы вас расстроить, — мисс Уайт смутилась собственной бестактности. — Наверное, у вас есть вкус. А я иногда не знаю, что мне к лицу, а что нет.

— Не стоит выбирать яркие цвета: розовый, красный, фиолетовый. Они не подходят вам по возрасту и не идут к вашим волосам. А вот зеленый, бирюзовый можно попробовать. И, конечно, белый, вы же еще очень молоды!

— Мне семнадцать лет, — застенчиво улыбнулась мисс Уайт, и ее улыбка по-настоящему украсила худенькое личико.

— Как и мне. — Лорен думала, что девушка моложе, вероятно, из-за своей худобы она казалась совсем юной.

— Вы живете в Лондоне постоянно? — теперь пришел черед мисс Патриции задавать вопросы.

— Я приехала погостить у своей подруги, она, кажется, скоро будет помолвлена. — Лорен заглянула в глубь магазина. — А вот и Уинифред. У нее волосы почти такого же цвета, как у вас, посмотрите на нее и представьте ее в туалетах разных оттенков. Какие цвета окажутся к лицу ей, такие пойдут и вам.

Уинифред выскочила на крыльцо и сердито погрозила Лорен пальцем.

— Лорен! Я столько времени тебя разыскиваю, а ты ушла и меня не предупредила! Пришлось взять обе шляпки, а я ведь хотела ограничиться только одной!

— Прости, Уинни! Мне пришлось срочно спасать эту леди от мошенничества продавщицы и приказчика. Подумай только, они хотели продать ей ужасный атлас под видом модной ткани!

Уинифред приветливо кивнула мисс Уайт:

— Теперь понятно, почему у прилавка с тканями продавщица ссорится с приказчиком. Я бы на месте этой леди отправилась к управляющему! Такие служащие портят репутацию Катлера!

— Я уже предлагала мисс Уайт сделать это, но она испытывает неловность.

Лорен представила леди друг другу, и Уинифред продолжила бы кипятиться, если бы рядом с магазином не остановилась большая, неуклюжая, но прочная карета. Из нее вышел высокий джентльмен и направился прямо к стоящим на крыльце дамам.

— Отец! — воскликнула мисс Уайт.

Лорен тут же с любопытством воззрилась на этого промышленника, но не нашла признаков грубости и низкого происхождения на вытянутом лице с решительным подбородком. Мужчина снял шляпу, его редеющая шевелюра была такого же цвета, что и у его дочери, но в остальном сходство оказалось не столь уж заметно.

— Ты уже закончила делать покупки? — спросил он лишенным нетерпения голосом после того, как поклонился незнакомым леди.

— Это мисс Эванс и мисс Гамильтон. Мисс Эванс не позволила мне совершить неосмотрительную покупку, и мы беседовали здесь… — Дочь, кажется, чуть побаивалась мистера Уайта. — Мне предложили безвкусный атлас и сказали, что именно такой оттенок сейчас очень моден.

— Мошенники! — рявкнул мистер Уайт. — Я говорил, что тебе не следует идти за покупками одной! Мы сейчас же пойдем и обличим их, после чего ноги моей больше не будет в этом магазине!

— Не надо, отец, прошу вас! Это унизительно. — Патриция обернулась к Лорен в поисках поддержки.

— Ваша дочь права, сэр, — Лорен пришлось вмешаться. — Я уже предлагала ей сообщить о людях, чьи поступки вредят репутации магазина, но она отказалась. Пожалуй, такие разбирательства бросают тень на всех, кто в них участвует. Леди не стоит поступать подобным образом.

— Вот видишь, что говорит настоящая леди! — мисс Уайт выделила слово «настоящая», и ее батюшка после паузы кивнул головой.

— Что ж, тогда нам пора ехать. Я благодарен вам, леди, за заботу о моей дочери. Увы, пробелы в ее образовании лежат на моей совести, я слишком поздно сообразил, что девушке требуется то, о чем мужчина может и не подозревать, и постарался исправить упущение. Жаль, что не слишком удачно.

— В Лондоне немало других магазинов, и я могла бы посоветовать мисс Уайт несколько, где ее не обманут, — вставила свое слово добросердечная Уинифред.

— Буду признателен вам, мисс. — Мистер Уайт достал из кармана пальто потрепанный блокнот и много раз очиненный карандаш и протянул дочери. — Запиши все, что скажет тебе эта леди, я подожду тебя в карете. Рад был увидеться с вами, мисс!

Он еще раз поклонился и вернулся к экипажу. Уинифред назвала адреса, и мисс Уайт добросовестно занесла их в отцовский блокнот, закрыла его и замешкалась. Видно было, что ей не хочется расставаться с новыми знакомыми, но заставить отца ждать — просто немыслимо.

«Может быть, у нее совсем нет подруг», — промелькнуло в голове Лорен.

— Мне жаль, что я не могу поговорить с вами еще немного, — пробормотала мисс Патриция. — Но отец не любит задерживаться…

— Я понимаю, мисс Уайт, — мягко сказала Лорен. — Может быть, мы еще увидимся где-нибудь, вы ведь еще побудете в Лондоне?

— Вы ходите на балы, в театр? — прибавила Уинифред.

— Да, мы два раза были в театре и один раз на балу у какого-то банкира, знакомого отца. Там оказалось скучно, — откровенно призналась мисс Уйат. — Но я буду надеяться на новую встречу с вами!

Она послала подругам воздушный поцелуй и осторожно спустилась по ступеням, путаясь в своем нелепом пальто.

— У банкира? — переспросила мисс Гамильтон.

— Я тебе все объясню по дороге в кондитерскую, мистер Монк, наверное, негодует. Вместо часа мы задержались едва ли не на полтора! — Одного упоминания о мистере Монке было достаточно, чтобы Уинифред позабыла о мисс Уайт и ее батюшке и поторопилась на встречу с будущим женихом.

Мистер Монк не высказал ни единого слова упрека, и вскоре обе леди с удовольствием пробовали пирожные и рассказывали джентльмену о происшествии в магазине.

— Скоро в Лондоне прохода не будет от этих промышленников с Севера, которые хотят любой ценой протиснуться в высший свет сами или хотя бы ввести в общество своих детей! — заявил мистер Монк. — Представляю, как вас поразили ужасные манеры этого человека!

— Вовсе нет, — вступилась Уинифред. — Если бы Лорен не сказала, что он не джентльмен, я бы ничего не заподозрила. А его дочь очень хорошенькая, лишь немного худовата и держится робко, что неудивительно — у нее ведь нет матери или кого-то, кто научил бы ее всему, что необходимо знать леди.

— Что ж, я рад, что знакомство не показалось вам уж очень неприятным, но навряд ли оно продолжится, а потому не стоит о нем больше говорить. Мисс Гамильтон, что вы думаете о том, чтобы показать вашей подруге последнюю постановку? Я с удовольствием посмотрю пьесу еще раз.