Дневник на итальянском - Элиза Харрис

Тогда-то, я и узнала в ней себя. Джулия так же, как я раньше, боялась нового окружения. Не хотела привязываться и привыкать. Но что-то в её невинном, честном и открытом взгляде заставляло узнать девушку получше.

На том уроке мы разговорились. Она даже ненароком промолвилась, как устала и хочет скорее уехать от своей семьи, которая уже долгие оды, не спрашивая мнения дочери, перевозят её с места на места.

— Ни друзей, ни любимого человека…я даже себя за всю жизнь не нашла, — вяло улыбнулась Джулия, исповедуясь.

С того дня, мы дружили втроем. Иногда звали Джулию пить кофе после школы, а пару недель назад, Эбби позвала нас обоих на ночёвку. Правда, тогда её дом был пустой, и обожаемый подругой кузен, решил притащить своих дружков, ссылаясь, что им скучно. Эбби воевала с Рэном, я скалилась на Джеймса, а Джулия всячески пыталась избегать Яна, который с первого её дня, пытался над ней издеваться.

А что на счёт Зимнего бала? Это, как оказалось, стало отличным поводом получить хорошие оценки в счет участия в танце и прогулять уроки. Джеймс постоянно оттаптывал мне ноги, отвлекал поцелуями и не раз искушал просто уйти с репетиции. Всё же, танец был почти готов, до бала оставалось чуть больше недели, а до Рождества полмесяца.

Вы хоть раз задались вопросом, что произошло с Асей? Куда делся Сэм? Вот и я нет. Как бы подозрительно не казалось их отсутствие, я была настолько счастлива, что не думала о людях, отравляющих нам жизнь. И всё же, это было моей ошибкой. За которую пришлось платить слишком большую цену…Но об этом позже.

Первый снег уже срывался, опускаясь белыми хлопьями на серую сухую землю. Эбби с Джулией сидели в моей комнате, забравшись на кровать с ногами и пили горячий какао. Джеймс уехал с парнями за костюмами на бал, оставив нас в полной тишине и спокойствии. А такое случалось крайне редко.

С момента, как мы официально стали парой, — естественно, об этом я узнала совершенно случайно, — этот парень не отходит от меня ни на минуту. И это не от переизбытка чувств и нежности. Просто он так и не избавился от привычки периодически выводить меня из себя. А ещё, Джеймс, видимо, был мазохистом. Любил получать время от времени чем-то тяжелым по голове. Правда, за это, он не выпускал меня следующие несколько часов из кровати, щекоча и…а дальше, уверена, вы понимаете, чем он может занять это время.

И я была не против.

Казалось, с каждым днем, я влюблялась в него всё больше. Даже тогда, когда это казалось уже невозможным. Мне больше не хотелось убеждать себя в неправильности своих чувств и наших отношений, я просто следовала зову сердца. И оставалась летать в облаках, перематывая в голове каждый наш совместный момент. Правда, признаться честно, это удавалось крайне редко, потому что Джеймс каждую секунду выбрасывал что-то не поддавающееся логике.

С ним невозможно было соскучиться. С Джеймсом каждый мой день был праздником. Ну, или поводом записаться на приём к психотерапевту, потому что, порой, от его действий, у меня начинало дергать глаз. И все равно я так сильно любила его, что перестала видеть окружающий мир.

Кстати, эскизы мои не узнавала ни я, ни мама. Портфолио, которое я готовила годами, оказалось в самом дальнем ящике, и за несколько недель, я наработала новое. Мама говорит, во мне раскрылся собственный, индивидуальный и ни на что не похожий стиль. И, конечно же, родительница утверждает, что это любовь творит чудеса. А мой благоверный, услышав это, вознесся к небесам так высоко, что стукнулся головой об луну.

— Ой, Эрика, завидую белой завистью… — мечтательно вздохнула Джулия, вглядываясь в эскиз бального платья, которое я прямо в тот момент пыталась закончить. — Ты такая талантливая! Уже жалею, что повелась на поводу мамы, и купила платье в том дорогущем бутике. Нет, ну за что такие деньги? За кусок ткани, который даже сшит не ровно? У тебя потрясающие работы. Тебе срочно нужен свой бренд одежды!

— Я когда увидела впервые её эскизы, говорила о том же, — поддакивала Эбби, и я обернулась, тепло улыбнулась подруге. — Но разве наша красавица кого-то слушает? Её хоть об стену головой бей, ничего не докажешь!

— Не напомнишь, у кого я этого набралась? — ухмыльнулась я, изогнув бровь.

— У осла этого, сводного братишки своего! — и тут же осеклась, поджав губы, чтобы не рассмеяться. — Ну ладно, он перестал быть ослом в тот день, когда облапал тебя на кухне, а ты мне об этом даже ничего не сказала. — пожала плечами подруга, как ни в чем не бывало.

— Эбигейл! — опешила я, Эбби вовсю улыбалась, а Джулия залилась звонким смехом.

— Знаешь, ты будешь самой красивой на балу в этом платье… — продолжала с восхищением разглядывать эскиз Джулия, а я хитро улыбалась, понимая, кто на самом деле будет сиять в этом платье.

— Готово! — оборвав последнюю нить, вывернула я на лицевую сторону нежную атласную ткань цвета чайной розы, протягивая Эбби. — Меряй.

Подруга, подавившись какао, шокировано заморгала, переводя взгляд с платья на меня.

— Че-го? — изогнула она бровь, явно не разделяя моего веселья. — Ты же не хочешь сказать, что это платье…

— Да, оно твое, — я потянула подругу за ладонь, заставив подняться на ноги. — Там ты можешь переодеться. У тебя пять минут. Мы ждём!

— Эрика, оно прекрасно, но…

— Отказы не принимаются! — уставила я руки в боки, довольно разглядывая, с каким трепетом берет в руки платье подруга. А потом, в её глазах мелькнула первая слеза, и она накинулась на меня с объятиями так быстро, что я едва удержала равновесие.

— Спасибо…правда, спасибо!

И не выдержав нежностей, которые подруга на дух не переносила, Эбигейл исчезла в моей мастерской, надевая труды, над которыми я просидела бессонные ночи последних двух недель.

— Я жалею, что упустила столько времени перед тем, как встретила вас. — задумчиво смотрела в окно Джулия. — У меня друзей никогда не было. Как только я начинала к кому-то привязываться, родители переезжали. Поэтому, однажды, я бросила идею заводить себе друзей. Меня стали считать зашуганной новенькой, и в каждом классе навешивали новое, более странное клише.

— Джулия…

— Нет, прошу, только не жалей меня! — улыбнулась она. — Я только с вами начала проявлять свой характер. Даже родителям на днях нагрубила.

— Ты всё ещё уверена, что мы хорошо на тебя влияем? — усмехнулась я.

— Конечно! Ты не представляешь насколько важно для меня было научиться говорить «нет». Все вокруг привыкли, что